«Но кто придет первым, тот и получит все лучшие микроскопы? И все чайные пакетики», — Арсений сегодня болтал удивительно много, полистав историю переписки, я поняла, что раньше от него приходило одно сообщение в день.
«Только убирайте за собой», — тут же написал Дима.
Я почти пожалела его. Мы знакомы всего пару дней, но я уже точно знала, что Дима просто обожает этот поселок и старается всем нам привить к нему любовь и уважение. Как же ему должно быть грустно от того, что здесь поселился маньяк, сокращающий и без того небольшое население. Чайник закипел, я открыла пакетик с черным чаем и бросила в пустую кружку. Пар от кипятка поднялся вверх и ударил меня по лицу, заставив прикрыть глаза ради защиты. А что… А что, если Дима — и есть этот маньяк? Не то, чтобы я была уверена в этом на сто процентов, но отметать его кандидатуру так скоро нельзя. Он не очень высок, не плечист, и не с каждой девчонкой может справиться. Даже если мы говорим об омегах.
Но я — не детектив и не охотник, чтобы искать маньяка, ведь так? Взявшись за ручку кружки, я поняла, что дешёвая керамика греется. Придется заказывать сюда ещё и посуду. Пожалуй, нужно бы начать вести список необходимого. Посуда, микроволновка, электрошокер от убийцы омег… Спасет ли он меня? Я прикусила губу, поставив чашку на рабочий стол и подняв старые плотные жалюзи повыше. Если я спасусь от нападения маньяка, сразу же попаду в лапы к охотнику, ведь так? Он захочет проверить, почему убийца выбрал меня своей целью, и когда природа моя будет раскрыта, первый же паром доставит меня в лагерь для омег. Пока я не слишком стара, могу попасть в категорию «среднее», и меня отдадут какому-то менеджеру среднего звена. Всю свою жизнь я старалась выглядеть как можно более колючей: никаких нежных тонов в одежде, цветочных принтов и мягкости черт, ничто не должно было меня выдать. Черные не слишком длинные волосы, побольше острых серебряных украшений, темные тона…
«Я слышала, что у них есть специальный тест, который помогает выявить омег», — писала однажды девочка в чате.
«Какой ещё тест?», — спрашивали ее мы.
«Что-то вроде анализа крови на гормоны, его нужно взять в определенный день цикла, и чтобы омега не принимала таблетки пару дней».
«Но мы все на таблетках. Это не сработает, даже если они возьмут нашу кровь», — поделилась я, надеясь, что это действительно так.
«Если этот тест введут в школах, все девочки, что ещё не успели пережить свою первую течку и сесть на блокаторы, отправятся в лагеря».
Но тест все не вводили. Омега… Я замечала, что слово это все больше походит на ругательство. Беты сильно расстраиваются, если сравнить их с нами, перепутать, хотя бы предположить в ком-то из бет представительницу моего вида. Омег считали существами глупенькими, ведомыми и запуганными. Общество Альф внушало людям, что мы сами хотим в их лагеря, что природа создала нас такими, и лучшая свобода для нас — рабство. До чего же неприятно было думать об этом. И этот Александр… Во взгляде его читалось чистейшее презрение. «Их учат распознавать омег с одного только взгляда», — подсказал разум, и я заерзала на месте. Нужно проверить, пила ли я сегодня таблетку.
Я поднялась с места, и старенький стул скрипнул, проехав по видавшему виды паркету. Таблетница лежала на видном месте, потому я не могла дать охотнику войти. Уж если распознавание омеги по лицу ещё могло быть лишь слухом, но таблетки для сглаживания течки любой охотник узнает с одного только взгляда. Омег часто ловили при попытке приобрести очередную партию. Мама сильно рисковала, списывая то одну палетку, то две, то три, чтобы оставить мне на черный день. Она работала в аптеке, и это очень помогало… Следующую партию таблеток мама отправит мне почтой. Благо, тут не такой жёсткий досмотр, можно переклеить упаковку: и никто не полезет в пачку анальгина. Но был у меня и запасной вариант, и именно он подтолкнул к заветному «да», в ответ на предложение научного руководителя.
«Вот, как он выглядит. Мох — синяя шляпка. Но он растет только в тундровой полосе», — писали девчонки в чате, прикладывая фотографии.
«Какой хорошенький», — отвечали другие омеги.
Но я не увидела ничего особенного. Светло-синие цветы едва-едва достигали в диаметре сантиметра, острые лепестки походили на маленькие звезды, а вовсе не на шляпки. Природа здесь не так разнообразна, и цветам не нужно напитываться невероятными красками, приобретать невиданные размеры. Они не конкурировали за внимание насекомых. Редкая арктическая мошка пропустит цветок любой формы и размера, ему даже не нужно источать сладкий запах, чтобы приманить кого-то. Маленькие синие звёздочки цветов, смотревшие на меня с картинки, сотни лет спасают омег от безумия, что дарит нам гормональная буря. Именно они помогут мне обмануть собственную природу. Я сохранила рецепт, по которому наши пра-прабабушки готовили для себя настойки, один глоток которых помогает, как таблетка успокоительного. Я знала, что из вытяжки именно этого цветка и делали блокаторы, добавляя лишь пару ингредиентов.