– Здесь десятки альф на военной базе, – отвечал его собеседник с надрывом.
– Но у них свои аптеки!
Кажется... Кажется, что я узнала его, высокого мужчину. Он и правда работал фармацевтом в аптеке. Анатолий? Что-то такое, старомодное, ведь и носителю имени было уже за пятьдесят. Лицо его я помнила смутно, пару раз заходила, чтобы купить таблетки от болей в горле. Мне пора бы купить хороший шарф, чтобы не простывать так часто от местных ветров. Я прикусила губу, чувствуя, как быстро заколотилось мое сердце. От страха или предвкушения чего-то плохого – сложно сказать. Жаль, что Саша не успел установить камеру, что у нас нет записи этого странного диалога. Я бы включила телефон, но Котов явно взбесится, если я начну двигаться. Гости прошли вперёд, и теперь мы могли видеть их лишь через щели в бесконечных стеллажах, держащих нераспределенные коробки.
– Мне насрать на твои трудности, Коля. Изыщи возможность, – отвечал человек, что и горбился, и говорил, как подросток во время гормональной перестройки. – Она сводит меня с ума, понимаешь?
– Да-да, я это заметил, – затравленно отвечал мужчина, которого звали все же Николаем, а не Анатолием.
– Она ведь специально это делает. Сука перестала пить таблетки, и я не могу больше это терпеть.
Котов взглянул на меня так, словно хотел громко сказать: «а я же тебе говорил». Хорошо, что нам обоим нужно было держать рты закрытыми. Выходит, маньяк и правда был альфой. Если, конечно, человек этот – наш маньяк, и говорил он именно обо мне. Прямых признаний не было, но совпадений хватало. Подросток? Я попыталась вспомнить, какими были объятья смерти в ту роковую ночь. Да, в теле нападавшего и правда не хватало силы, я даже решила, что накинулась на меня женщина средних лет, но... Подросток? Возможно. Парню не хватало роста, что весьма необычно для альфы, а то, как он сгибался в спине, отбирало недостающий рост ещё больше. Пожалуй, в сравнении с другими альфами он и правда проигрывал. Выместить злость на них с такими данными не получится, потому урод выбрал более лёгкую жертву.
Омег. Мое многострадальное племя. Я сильнее прикусила губу, сдержав ругательство, упрямо рвущееся с запертого за зубами языка. Такое поведение – не ново, но до чего же противно сознавать. Я в очередной раз пожалела о том, что омегам не положено носить с собой средства для самообороны. Хотелось оставить на его морде след, залить перцем и пинать, пинать, пинать, пока из тела не выпадут кишки. Может, шанс ещё представится? Сколько невинных девушек, сколько молодых загубленных жизней… Незнакомцы прошли дальше, в самую глубь помещения, и Котов начал двигаться к двери.
– Нам нужно выбираться отсюда, – шепнул он мне на ухо. – Идём. Только тихо, смотри под ноги.
– Серьезно? Мы не будем их арестовывать? – спросила я с надеждой.
– Я буду, Василиса. Не ты. Их двое, и они могут быть вооружены. Я должен посадить тебя в машину и взять табельное оружие, – холодно ответил альфа.
– А почему ты не взял его раньше?
Охотник не ответил. Забыл? Раньше Котов представлялся мне человеком, сотканным из сплошных обязательств. Он словно не мог ошибиться, не мог преступить закон или провести час-другой за игрой в телефоне. У Котова не было слабостей, он – почти карикатурный блюститель закона силы. Закона, придуманного альфами. Только пожив с ним под одной крышей я поняла, что имею дело с человеком, простым смертным. Кажется, что от волнения перед своим первым преступлением, Котов просто забыл про пистолет. Жаль, что и его тоже можно застать врасплох. Я плотно сжала губы, чувствуя, что сердце всё ускоряет темп. Пожалуй, охотник прав, и мне действительно следует укрыться в безопасном месте. Котов ведь может броситься мне на защиту, и маньяк снова уйдет из наших рук. Но как же все хорошо получилось!
– Так давай просто сдадим надоедливую суку властям, и ее заберут в лагерь? – спросил высокий мужчина, в голосе его слышалась нервная дрожь. – Заживём на вырученные деньги...
– Мне не нужны деньги за их поимку! – разозлился пацан, и голос его надломился, с гормонами явная проблема. – Мне нужно возмездие!
Но я ничего не сделала этому сумасшедшему. Ничего, за что должна была отвечать. Да никому я не переходила дорогу, если так подумать, всю жизнь вела себя аккуратно, точно мир – один большой музей, в котором я лишь гость с самым дешёвым билетом, с пропуском на одну единственную выставку. Что-то внутри меня хотело броситься вперёд, кинуться на маньяка и расцарапать ему все лицо. Омежья же часть моей натуры надеялась на Котова, на его сильные плечи. Я и сама не успела заметить, как вцепилась в его руку от возрастающего волнения... И охотник не возражал мне. Мы двигались к выходу полуползком, и пальцы начинали прилипать к холодному металлическому полу, если задерживаться приходилось больше пары секунд. Коленки тут же заболели, но альфа заставлял меня двигаться все ближе и ближе к распахнутой настежь двери.