***
День прошёл очень продуктивно и быстро, оставив после себя только лёгкую приятную усталость. Хрустнув шеей, Драко поднялся в свой кабинет, чтобы сегодня прийти пораньше на место встречи. Закрыв за собой дверь, он вспомнил, что ещё с утра не убрал стихотворение, и оно по-прежнему валяется где-то в недрах одной из папок. Такое безрассудство было непростительно. Поэтому Драко надёжно спрятал свою маленькую тайну, взял одну из ранее принесённых книжек и только после этого шагнул в камин, который отправил его туда, где были все его мысли в последние две недели.
Комната выглядела более обжитой с тех пор, как они впервые встретились здесь. Рядом с диваном теперь стоял небольшой журнальный столик, чтобы было удобнее делать заметки. На полу лежал ковёр, а обивка дивана поменялась. Помимо письменных принадлежностей в небольшом резном комоде теперь хранились ещё и свечи, потому как волшебники могли засиживаться допоздна, пытаясь разгадать происхождение их связи.
Драко подошёл к дивану, и положив книжку на журнальный стол, занял удобную позицию около подлокотника. Он думал, что волнение от ожидания когда-нибудь утихнет, но этого так и не произошло. Драко до сих пор с трепетом всматривался в камин, ожидая, когда из него выйдет отличница факультета Гриффиндор. Казалось ли ему это абсурдным? Наверное, уже нет. Те долгие вечера, проведённые с девушкой, поумерили его гордыню. Гермиона делала его более терпимым, более чувственным, более… человечным.
Он с улыбкой на губах вспоминал их первые неловкие попытки наладить контакт. Как она постоянно раздражала его своим поучительным тоном, и как бесилась с едких колкостей, которые сами слетали с его губ. Прикрыв глаза, Драко вспомнил, как в один из первых вечеров, Гермиона назвала его мерзким хорьком. Как же он тогда взбесился! Она знала на что давить и сделала это просто мастерски. Ведь не было ничего унизительнее, чем тот случай, когда лже-профессор обратил его в это мерзкое животное. Но отреагировав подобным образом, Драко не знал, что навлёк на себя ещё большую беду. Гермиона с превеликим удовольствием закрепила за ним это прозвище, каждый раз приходя в восторг, когда он от этого вскипал. Порой её просто хотелось убить.
Драко посмотрел на часы и отметил, что осталось всего пять минут. Обычно Гермиона приходила раньше, но, видимо, сегодня у неё много работы. Кстати, сколько не пытался Малфой заговорить с ней о нецелесообразности проверки его документации, девушка жёстко стояла на своём и пресекала все попытки вмешиваться в дела министерства. В конце концов Драко смирился, что эту битву ему не выиграть.
Часы пробили семь вечера. Почему её до сих пор нет? Может, что-то случилось? Сомнение, как склизкий червь прокралось внутрь. «Нет, нужно ещё подождать» — успокаивал себя Драко, поглаживая фамильное кольцо на пальце. Прошло ещё пять минут. Тишина начала давить на него, словно стены сжимались со всех сторон. Постукивая пальцами по подлокотнику, Драко пытался сдерживать негативные ощущения и волнение. «Это всего лишь пять минут», — твердил он про себя. Когда прошло ещё десять, он не выдержал и начал ходить из угла в угол, меряя пространство длинными жёсткими шагами. Драко не понимал, что происходит, с каждым новым отрезком раскаляя себя ещё больше. Мысленно он уже предположил всё самое плохое, но отметал это как можно дальше. «Она должна прийти. Она просто не может…»
Когда камин вспыхнул зелёным, на лице Драко сначала промелькнуло облегчение, а затем озадаченность. Лишь заметив Гермиону, он кинулся ей навстречу.
— Что случилось? — спросил он подходя ближе, но остановился в нескольких шагах.
Гермиона была явно чем-то удручена. Она смотрела в пол, не в силах поднять глаза. Одной рукой девушка обхватила локоть, словно пыталась отгородиться и защититься одновременно. Драко бегал по ней взглядом, пытаясь понять, что могло так беспокоить Грейнджер.