— Итак, сегодня мы рассматриваем дело Драко Малфоя, который обвиняется в пособничестве изменникам и террористам, угрожающим всему магическому миру.
Лицо Драко от удивления вытянулось. Обвинение в измене он слышал. Но терроризм?
— Драко Малфой, скажите, как Вы связаны с Люциусом и Нарциссой Малфой? — задал совершенно глупый, по мнению парня, вопрос один из судей.
— Они мои родители, — коротко с хрипотцой ответил Драко.
— Знали ли Вы об их злом умысле? — резко переключилась одна из судей, решив, что не вынесет ещё одного длинного заседания.
— Нет, мне об этом ничего не известно, — честно ответил Малфой.
— Вы же знаете, что усугубляете своё положение ложью? — уточнила женщина, что-то помечая пером в пергаменте.
— Мне это известно, — ответил Драко и скулы непроизвольно свело.
— Тогда предлагаю Вам сотрудничать с судом и не отпираться. Так что Вам известно о заговоре?
— Ничего, — ответил парень, смотря ей прямо в глаза своими серыми бездонными дырами, которые не видели ничего кроме мрачных стен на протяжении целой недели.
Судья невольно поёжилась, но попыталась вернуть себе решимость, откашлявшись.
Допрос продолжался несколько часов, которые совершенно вымотали Драко. Когда его поднимали на ноги, он чуть не рухнул на своего конвоира, потому что конечности затекли от нахождения в одном положения. Единственное, что вызывало на его лице безумную улыбку это то, что они не смогли заставить его себя оклеветать. Поэтому Визенгамот со скрипом был вынужден признать, что Драко не причастен к измене министерству. Но судьи вцепились в нападение на мракоборцев и укрывание преступников от сил правопорядка.
В голове ещё звенела та катастрофическая сумма, которую ему назначили выплатить в качестве штрафа. Драко понимал, что разорён. Единственное, что его смущало во всей этой истории это то, что никто из членов суда даже не заикнулся об использовании им непростительного заклятья. Неужели Уизли не пожаловался остальным аврорам? Или у этого есть на это какие-то причины?
Его буквально вышвырнули на поверхность, всучив в руки письменное решение суда. Улица вокруг шумела и кипела жизнью. Драко дезориентировал такой резкий переход, и голова отозвалась ноющей болью от количества шума, который на него обрушился. Он понял, что больше не вынесет, и трансгрессировал.
Кажется, что в последний раз он тут был вечность назад. Помещение выглядело нежилым и заброшенным, хотя Малфои покинули своё поместье всего семь дней назад. Внутри резанула тоска по тому, что когда-то было родным, а теперь пустует. Проведя рукой по столешнице в гостиной Драко вспоминал семейные вечера. В его памяти всплывали рассуждения отца и заботливые вопросы матери. Где они теперь? Одно было ясно точно — им не удалось скрыться. Потому что Визенгамот даже не пытался узнать их местонахождение. Это говорило о том, что такая информация им больше не нужна.
Дыхание перехватило, к горлу подступил ком. Драко сжал пальцы в кулак, и, закусив пересохшие губы, попытался успокоить нахлынувшие эмоции. Боль накрывала с головой. Он боялся, что больше никогда не увидит их. Что больше не сможет поговорить с отцом, что больше не ощутит руки матери на своём плече. По щеке покатилась солёная капля и разбилась о гладкую твердь столешницы из дорогого дерева. Судорожно вздохнув, Драко оттолкнулся от поверхности и запрокинул голову. Сейчас его эмоции никак не могли помочь и были только во вред. Нужно как можно скорее приходить в себя и пытаться хоть что-то изменить.
Пускай ситуация выглядит неразрешимой, но он не позволит себе размякнуть. Только не сейчас. Тряхнув головой, Драко решил, что сейчас нужно принять душ, залечить раны и привести свой внешний вид в порядок. Затем он займётся финансовыми проблемами, ибо его палочка всё ещё находилась в министерстве. Визенгамот оставил её в качестве залога до того момента, пока Драко не выплатит штраф. Жестокая, но действенная мера. Потому как любой волшебник без своей палочки чувствовал себя беззащитным.
Включив воду, Драко встал под тёплые струи воды и вздрогнул от их прикосновения. Как же долго он был этого лишён. После заточения Малфой многое пересмотрит в своей жизни и, наверное, ещё ближайшие несколько дней будет удивляться таким привычным до этого радостям. Чтобы выйти из состояния оцепенения парень решил принять контрастный душ. Включая холодную воду, он сначала отскочил в сторону, но затем полностью погрузился в её поток, желая, чтобы ледяные объятия вынесли всю боль из его тела, которое мучилось несколько дней в агонии.