***
Клетка с противным скрипом отворилась. Драко разомкнул веки. Голова нестерпимо болела, виски ныли и пульсировали. В горле пересохло и першило, то ли от простуды, которую навеяли сырость и антисанитария, то ли просто от того, что пыль забила дыхательные пути. Откашлявшись, Малфой поднялся на ноги и прошёл досмотр, а после конвоир надел магические наручники и вывел его в знакомый коридор.
Ступая по полу, который с гулом разносил стук подошв о камень, Драко пытался собраться с мыслями и ничего не упустить. Как на зло голова отказывалась работать. Его знобило и трясло. Волнение? Возможно. Ведь впереди очень важное событие, которое определит всю его дальнейшую жизнь. У Драко просто нет права на ошибку.
Зал суда был просторный, конечно же, по сравнению с камерой. Ряды судей возвышались над одним-единственным креслом в центре. От малиновых мантий рябило в глазах и Драко опустил взгляд в пол, разглядывая узоры мозаики. Спустя несколько биений сердца он оказался рядом со стулом. Конвоир снял наручники и встал за его спиной. Драко окинул взглядом аудиторию и сел, поддерживая идеальную осанку. Он ожидал, что цепи вопьются в его запястья, как в прошлый раз, но этого не произошло. Подумав, что это добрый знак, маг немного расслабился, но всё равно старался держать себя в узде и быть крайне внимательным.
— Драко Малфой, думаю, Вам не нужно пояснять всех условностей, поскольку Вы не первый раз являетесь подсудимым, не так ли? — начал речь Верховный чародей.
— Да, — кивнул блондин, понимая, что условности, растягивающие заседания никто не любит.
— Итак, сегодня слушается дело о сети контрабандистов, которые торговали проклятыми магическими артефактами, которые нанесли огромный ущерб всему магическому сообществу. Драко Малфой, какое отношение вы имеете к этому?
Драко сглотнул накатившую слюну и очень осторожно начал:
— Мне известно об этой сети. Точнее, меня вынудили принять в ней участие.
— Как это вынудили? — насупился Верховный чародей под гул остальных судей.
— На меня было оказано давление со стороны семьи Грейнгортов. Они обещали выплатить за меня залог, который суд назначил по предыдущему моему делу, а также угрожали финансовыми трудностями, если я откажусь от их предложения.
— Я не совсем понимаю. Они Вам предложили деньги в качестве покупки лояльности или же дали в долг?
— Нет. Долг был оплачен ещё до моего согласия, а потом меня просто заставили расплачиваться по счёту путём распространения контрабанды, — ровным тоном говорил Малфой, хотя внутри всё холодело.
— То есть изначально Вы не давали согласия, а потом решили, что можете совершать преступные действия под тенью власть имущего покровителя? — решил надавить один из судей.