— Аделина, ты у нас принцесса особенная, — губы Пионии растянулись в улыбке, но пальцы так сильно сжали серебряную вилку, что костяшки побелели. — У тебя всегда было яркое воображение, и, видимо, тебе просто показалось. Лидия, вот уже пятнадцать лет служащая главной служанкой, просто не могла совершить столь глупую оплошность, да, Лидия? — Она обратилась к женщине, зная, что та прекрасно слышит каждое слово. Лидия стояла рядом с Фридой, опустив голову, её плечи едва заметно подрагивали.
— Да, Ваше Величество, — прозвучал тихий, покорный голос. — Я бы никогда не посмела отнестись к королевской особе без должного уважения.
— Видимо, мне и правда показалось, — произнесла я, решая отступить. Мои слова против слов Пионии ничего не стоили, а затевать конфликт в присутствии отца не входило в мои планы.
— Аделина, — отец отложил столовые приборы и посмотрел на меня. Когда‑то этот оценивающий взгляд заставлял меня дрожать всем телом, но теперь я видела перед собой лишь старика, чья власть уже не имела прежней силы. — Через тринадцать дней во дворце состоится приём, на котором у тебя будет дебют. К этому времени ты обязана всему обучиться. И пригласи к себе портного — все расходы возьмёт на себя казна.
— Хорошо, — коротко ответила я. Дебют… который должен был состояться ещё три года назад. Но из‑за моего «неподобающего поведения», как любила говорить Пиония, его постоянно откладывали, ссылаясь на моё слабое здоровье.
— Герцог Ноа, — в разговор вступила Сильвия, обращаясь к нему через меня, словно я была пустым местом. Её глаза загорелись хищным огнём — было очевидно, какие планы она строила, несмотря на наличие жениха. Вся в мать — такая же расчётливая и беспринципная… — Вы уже обжились во дворце? Если потребуется помощь, я с удовольствием помогу.
— Благодарю вас, принцесса, — спокойно отозвался Ноа, одарив её улыбкой, от которой, казалось, смягчились даже каменные статуи в зале. Его аура, наполненная едва уловимыми магическими феромонами, действовала на всех присутствующих — кроме меня. Видимо, причина в том, что я сама несла в себе подобную силу, способную
— Герцог Ноа, расскажите, пожалуйста, о Королевстве Цивиль, — в разговор вступила Миранда, хлопая ресницами и не сводя с Ноа восторженного взгляда. — Я много читала о нём в книгах, и мне всегда хотелось там побывать…
Я незаметно перевела взгляд на Сильвию и Миранду — и в голове тут же созрел план. Гениальная идея, способная разжечь пламя подозрений и сомнений.
— В Королевстве действительно прекрасно, особенно осенью, — мягко ответил Ноа, его голос звучал как старинная баллада. — Когда листья клёнов покрываются багрянцем, а воздух наполняется ароматом спелых яблок и пряных трав. И культура там удивительна — особенно танцы. Они словно ожившие легенды: плавные, завораживающие движения, которые можно смотреть бесконечно. Не правда ли, Ваше Величество? — Ноа обратил взгляд к Пионии, искусно вплетая в разговор нити интриги.
— Да, верно, — улыбка королевы стала мечтательной, почти искренней. — Танцы на родине всегда вызывали у меня особое восхищение. К сожалению, я не была там с тех пор, как стала королевой, но иногда вспоминаю свою безмятежную юность… — в её голосе прозвучала нотка ностальгии, будто она на мгновение перенеслась в тёплые края.
— Боже, я совсем забыл, — Ноа сделал паузу, словно что‑то припоминая, — когда я собирался в королевство Бирша, маркиз Соула просил передать, что до сих пор не может забыть чудесные мгновения, произошедшие девятнадцать лет назад…
Демон действовал точно по плану: он дёрнул за первую ниточку, запуская механизм разоблачения. Затем бросил короткий взгляд в мою сторону — в нём читался немой вопрос: «Довольна ли ты?» Я едва заметно улыбнулась в ответ.
— Чудесные мгновения? — резко вмешался отец, его холодный взгляд впился в Пионию. В воздухе повисло напряжение, словно перед грозой.
Он знал — и всегда знал, — что Пиония ему изменяет. Но он не подозревал главного: Сильвия – с большей вероятностью не его дочь. Пиония замялась, лихорадочно ища выход из ловушки.
— Да, он, видимо, имеет в виду тот момент, когда к нам приезжали с делегацией из Цивиля — с поздравлениями по случаю рождения наследного принца, — её улыбка вышла судорожной, голос дрогнул. — Тогда был чудесный праздник. Припоминаете?
«И чудесная ночь…» — мысленно добавила я, едва сдерживая усмешку.