— Ваше Величество, я прошу прощения за то, что вы опоздали, — залепетала она дрожащим голосом, едва сдерживая слёзы. — Мне просто сообщила главная служанка, и я сразу к вам… Я не хотела навлечь на вас беду…
— Я тебе не разрешала говорить, — мой голос, который я хотела сделать мягким, прозвучал строго и жёстко.
— Прошу прощения, — Мария тут же упала на колени и прижалась к полу, моля о прощении.
— Встань, — я вздохнула, стараясь взять себя в руки. — Я тебя вызвала не для наказаний. Завтра к утру вызови портного, ювелирного мастера и парфюмера. И приготовь мне ванну.
— Хорошо, — девушка вскочила на ноги и поспешно вышла за дверь, едва не споткнувшись на пороге.
— Думаю, на сегодня можно попрощаться, — я повернулась к Ноа с усталой, но довольной улыбкой. — Пора отдыхать. Возьмёшь на себя спектакли?
— Конечно, принцесса, — с лёгкой ухмылкой отозвался он, подходя ближе. — Спокойной ночи, Лина. — Он взял мою руку и нежно поцеловал, оставив после себя едва уловимый аромат. Затем развернулся и вышел, оставив меня одну в тишине комнаты.
Я подошла к окну, глядя на огни дворца. Пламя моего плана уже разгоралось — и скоро оно поглотит тех, кто так долго отравлял мою жизнь.
Я села в кресло у камина, наблюдая за танцующими языками пламени и слушая приятный треск поленьев. Мерное потрескивание огня и тепло, разливающееся по комнате, помогли расслабиться — я почти перестала замечать служанок, бесшумно носящих вёдра с тёплой водой.
— Ваше Величество, всё готово, — тихо позвала Мария. Мы прошли в купальню.
Я опустилась в тёплую воду, наполненную ароматами пряных трав. Приятная теплота обволакивала тело, снимая напряжение, а умелые руки Марии, разминающие плечи, окончательно прогоняли остатки усталости. Но даже в эти мгновения блаженного покоя мой разум не переставал работать — планы, словно паутина, сплетались в голове, обрастая новыми деталями.
«Мне нужно больше информаторов среди приближённых к трону, — размышляла я, прикрыв глаза. — У меня уже есть конюх, обслуживающий королевскую конюшню — он мои главные уши во дворце. Удивительно, как низко ценится труд простых людей: дворяне считают их мусором, неспособным понять суть подслушанных разговоров, а между тем именно слуги слышат всё — от тайных переговоров до случайных обмолвок.
Теперь мне нужен казначей. Он давно ведёт двойную бухгалтерию — это делает его уязвимым и одновременно полезным. Он постоянно рядом с императором, значит, сможет снабжать меня не только деньгами, но и ценными сведениями. Достаточно намекнуть, что я знаю о его махинациях, — и он станет послушным инструментом в моих руках.
А ещё… — я чуть приоткрыла глаза, глядя на игру света на поверхности воды, — стоит присмотреться к личному лекарю Пионии. Она слишком часто вызывает его в последнее время. Если он знает что‑то о её здоровье или планах, эта информация может оказаться бесценной.
И, конечно, нельзя забывать о стражниках у личных покоев отца. Несколько золотых монет и обещание покровительства — и они будут докладывать мне о каждом посетителе, каждом письме, каждом слове, сказанном в тех стенах.
Мария закончила массаж, и я глубоко вздохнула, чувствуя, как последние остатки напряжения покидают тело.
— Спасибо, Мария, — тихо сказала я. — Можешь идти.
Служанка поклонилась и бесшумно вышла. Я осталась одна, глядя на мерцающие блики на стене. Сеть начинала плестись — медленно, осторожно, но неотвратимо. Каждый новый информатор, каждая ниточка информации приближали меня к цели. Скоро… очень скоро всё встанет на свои места.