Прости, парень, но ты сам виноват. Нужно держать свой член в штанах, а не тыкать его без спроса в живых людей. Это чревато, как видишь… Хотя, в неживых тыкать тоже нежелательно, это статья 244, как никак. Юморок у меня на нервной почве так себе, согласен. Но тут уж ничего не поделаешь — прятать тело в лесу для меня в новинку.
Через десять минут я выбрался из оврага с чистой совестью, нашёл ручей, отмыл засохшую грязь с рук, натянул чистенькую одежду и двинулся в сторону города. Добрёл до автобусной остановки, дождался свой маршрут и, как самый обычный уставший путник, покатил домой. Домой… Как же! Дома в этом времени у меня ещё нет…
В квартирку Миры я заявился лишь под утро. Блондинка ждала меня — в её глазах отражалась и усталость, и бессонная ночь, в них была и радость, и страх, и надежда… Кажется, кто-то втюрился раньше времени и боялся, что я не вернусь. Поиграюсь и исчезну…
— Макс! Ты вернулся! — улыбнулась она, открывая дверь шире и пропуская меня внутрь дома. — Я ужин приготовила. — скромно улыбнулась блондиночка… — Хотя, уже завтрак, наверное…
— Завтрак — это хорошо. — хмыкнул я и проскользнул в ванную комнату.
Принял душ, тщательно вымыл землю из-под ногтей и вернулся к Мире посвежевшим и чистым. Нашёл свою блондинку на кухне и присоединился к ней за обеденным столом. Закинул бутерброд в желудок, запил его горячим кофе и подвинул стульчик с взгромоздившейся на него Мирославкой ближе к себе, усадив свою будущую жену напротив, лицом к лицу.
— Ладно, Мир. — тяжело вздохнул я. — Нам пора серьёзно поговорить обо всём…
— Именно серьёзно? — хмыкнула Мира, наткнулась на мой взгляд и вздохнула в ответ. — Ну серьёзно, так серьёзно…
Глава 4
Я рассказал Мире всё. Почти всё — не стал только говорить про её племенника. Да, это подло, наверное, пацана можно было спасти… Но парадоксы дело такое — непредсказуемое.
Конечно, она мне не поверила. Сказала, что я дурак… Сказала, что это не смешно, а для того чтобы потрахаться без обязательств и потом свалить, не обязательно придумывать фантастические истории. Обиделась…
Пришлось немного импровизировать и менять свой облик прямо перед ней. Это больно, кстати! Когда клетки твоего тела перестраиваются наживую, лицо оплывает, превращаясь в потёкшую восковую маску, а потом снова обретает черты нового, незнакомо человека.
Мирославка сидела напротив меня с открытым ротиком и, кажется, даже не моргала и боялась дышать.
— Теперь веришь? — поинтересовался я, поглаживая рукой горевшее огнём лицо.
— Да… А можешь ещё раз рассказать с самого начала, что и как? А то я не очень внимательно слушала.
— Витала в облаках?
— Ну… — покраснела и бросила взгляд в сторону кровати. — Чуть-чуть. По большей части злилась на тебя… и себя.
— Ладно… — смирился я. — Если кратко, то…
Пришлось повторять рассказ ещё раз. Всё с самого начала… Почти всё…
— Но теперь этого всего может не случиться. — закончил я свою историю, взглянув на время, которое уже поджимало. — Теперь, когда ты всё знаешь, мы можем никогда не встретиться в этой версии и всё что я сказал может быть бредом.
— Олька наша… вернее твоя жена, как и я? — уточнила Мира. — Там, в будущем.
— Угу.
— Интересно. И как мы с ней, ладим? — задумчиво улыбнулась мне блондинка.
— Ладите. И очень неплохо. Иногда, даже слишком хорошо.
— И ты — Макс. Тот самый, которого я никогда не видела, но скоро увижу. — она протянула руку и погладила моё новое, вернее старое лицо, которое я вернул себе минуту назад. — Ты симпатичный.
— Угу. — хмыкнул я. — Ты мне веришь?
— Не знаю… — Мира пожала плечами. — Наверное, всё же верю. Хотя, твой фокус с изменением внешности может быть просто способностью одного из мутантов. В новостях столько всего рассказывают о них… — блондинка нахмурилась. — Но ты слишком многое знаешь обо мне. Может ты мутант-сталкер? Маньяк? — теперь она подозрительно щурилась, глядя на меня, хотя в её глазах бегали озорные искорки. — Придумываешь фантастические истории про парня из будущего, впечатляешь фокусом с изменением внешности, и пробираешься к невинным девушкам в постель. А?
— Может быть. — хмыкнул я. — Но справедливости ради, в твою постель я пробрался раньше, чем рассказал эту историю.
— Тоже верно…
— Решать тебе, Мир — верить или не верить.
— Решать мне. — согласилась Мирославка и вздохнула. — Макс…