Тётка в очках облегчённо выдохнула и отступила назад, спрятавшись за спинами мужчин, подальше от глаз въедливой азиатки. А Ясмин выбрала себе новую жертву, и принялась терзать её…
— Что-то она с ними мягко сегодня. — задумчиво прошептал Ершов. — Никого не избила, не послала нахер. Наверное, настроение хорошее.
— А обычно не так?
— Три года назад, — хмыкнул мой сегодняшний напарник, — когда только появилась у нас, вообще убивала по поводу и без. Потом ей муж запретил. Её первым был… По-моему, мэр какого-то маленького городка. Что-то там украл из бюджета, она вызвала его для дачи пояснений, а он хвост веером и давай нести какую-то чушь, будто по бумагам у них всё чисто. Ещё и дерзко так. Я был тогда в смене как раз. Никто не понял, что произошло. Она встала со своего места, подошла к этому придурку и одним движением отсекла ему голову катаной. Никто даже не заметил, откуда эта катана у неё взялась…
— Катана? — задумчиво уточнил я, вспомнив ночное происшествие.
— Катана. — подтвердил Ершов шёпотом. — Потом были визги, крики, вопли… Такое творилось! Прибегал её муж вместе с нашим капитаном, объясняли, что у нас правовое государство, нельзя так просто убивать людей. У нас тут не дикая Япония. Вроде объяснили, а в следующий раз она снова свой ножичек выхватила. Во второй и третий раз головы лишились начальник городской полиции и ещё какой-то мелкий чинуша. Вернее, не головы. В тот раз она им руки поотрубывала по самые плечи. Вроде, формально, не убила, но они потом всё равно от кровопотери сдохли.
— Весело. — хмыкнул я.
— И не говори! Меня тогда не было на дежурстве, но парни рассказывали. Особенно, как фонтаны крови хлестали гостям в лицо. Эх, времечко было! — мечтательно вздохнул Ершов и замолчал.
— И как всё разрешилось?
— Император устроил ей взбучку при всех. Ругался, кричал. Ну и предупредил — ещё одна смерть и он отправит её к отцу. Вот она до полусмерти и избивает. Аккуратно так, и вдумчиво. Обычные люди для неё — это так, мусор, шлак. Мне кажется, она нас даже в лицо не различает, только таких как ты.
— Эй! Я тут родился и вырос. — возмутился я.
— Да не важно, — поморщился Ершов, — ты понял, о чем я.
— Понял…
Мой напарник тяжело вздохнул и замолчал…
Совещание закончилось примерно через час. Ясмин отпустила гостей и свою служанку, ненадолго устало откинула голову на спинку своего царственного кресла, прикрыв глаза, вздохнула и выровнялась через минуту. Внимательно посмотрела в нашу сторону, словно только сейчас осознав присутствие личной охраны в зале, и ткнула в нашу сторону своей холёной ручкой.
— Ты. — её указательный пальчик указывал в мою грудь. — Подойди.
— С богом. — хмыкнул Ершов, и я неспешно пошёл к Императрице.
— Ты ещё здесь? — приподняв бровь, удивлённо спросила меня азиатка.
— Да, моя госпожа. — подтвердил я.
— Я же говорила, собирай вещи, пиши заявление на увольнение и уезжай.
— Говорили. — снова не стал перечить я ей.
— Ну и идиот! Это твой выбор. Ладно, раз ты ещё служишь мне, организуй машину. Через час я еду в город.
— Понял, госпожа. Ещё будут распоряжения?
— Будут. Ты поедешь со мной.
— С вами?
— Ты тупой или глухой? Мне нужно всё повторять дважды? — вспыхнула жена Императора, пронзим меня рассерженным взгляд своих карих глаз…
Глава 8
Кортеж Императрицы был готов через пятнадцать минут. Госпожа переоделась в повседневную одежду, став похожей на обычную деловую женщину, руководительницу крупной компании или одного из членов совета директоров, дала распоряжение водителю, забралась на заднее сидение дорого бронированного автомобиля и вопросительно посмотрела на меня, наверняка снова намекая на мою тупость. Я растерянно потоптался у двери, и наконец, поняв, чего она хочет, залез следом и сел напротив девушки.
Авто тронулось с места, перегородка между нами и шофёром поползла вверх, отделяя его от нас, и я задумчиво произнёс:
— Не самая хорошая мысль показывать, кто ваш фаворит, госпожа.
— Фаворит? Ты? — хмыкнула Ясмин. — Не льсти себе, мальчик. Кроме трёх групп сопровождения, со мной в машине всегда находится кто-то из охраны. А ты… — она задумчиво оглядела меня с ног до головы. — Ты вообще жив лишь потому, что ты странный и я не до конца разобралась, кто ты такой на самом деле. И ты точно не фаворит.