своим дедом, мы с Валентиной совершили шоп-тур по магазинам, в основном в
рыболовно-охотничий.
Валентина в мой последний день в городе, пришла с института вся заполошенная, я
частенько в последнее время ночую у своей подруги, своя служебная какая-то холодная и неприветливая. Так вот, Валя прискакала с занятий и давай протягивать мне деньги.
Я на нее посмотрел, удивленно подняв брови и отрицательно покачал головой.
Она, что не помнит нашего разговора, мне не нужны ее деньги, говорил весь мой вид. Валентина, наконец поняв меня правильно, сказала
- Женя! Ты не поняла! - захлебываясь, скороговоркой выпалила она - это не
мои деньги, ребята, которым ты помогала делать курсовые работы, узнали что ты
уезжаешь обратно к своему деду и в благодарность все скинулись и собрали тебе
эти деньги, а подарок мы с тобой завтра сходим в гипермаркет и тебе купим.
Я там тебе такие сапожки присмотрела и на туфли хватит!
Я на нее посмотрел, какие сапожки в тайге? И куда я их там одену?
Ну раз такое дело, если это от души подарено, почему бы и не взять!
И я потащил Валентину в спортивный магазин. Там за эти деньги и купили деду
немецкий золинген, как раз хватило. В блокноте написал *Подарок деду* и показал
Валюхе. Она только головой покачала, всем своим видом выражая *хозяин-барин*.
Там же присмотрел себе крепкий рюкзачок, не тот ярко-раскрашенный туристический
китайский ширпотреб,который после первого же похода можно выкидывать а действительно наш российский, скорее всего пошитый на зоне, крепкий баул, не
боящийся ни тайги, ни буреломов. Камуфляж себе приличный взял по размеру, и летний, и зимний. Взял все рыболовно-туристические принадлежности газовую плитку,
газовые баллончики и одноразовую посуду. Удочку, леску, крючки и катушку это в
обязательном порядке. А вот, где продавали метательные ножи я буквально завис.
На меня еще продавец, молодой парень, удивленно косился. Редко,на его практике, девушки зависали в отделе холодного оружия. А я просил его показать то
один нож, то другой, тщательно, как учил меня Трофимыч,изучал балансировку ножей.
- К подбору своего оружия, особенно холодного - поучал леший - всегда надо
подходить максимально серьезно и очень тщательно. Иногда от правильного выбора оружия зависит во многом твоя жизнь. Война ошибок не прощает - и он
прищурившись внимательно на меня посмотрел, как из снайперки выстрелил - а ты
вещает мне моя чуйка, собралась немного повоевать. И запомни, девочка, война
это всегда предательство, кровь и грязь. Всегда полагайся только на себя.
Вот и стою сейчас в спортивном магазине, а в ушах слышу слова моего наставника
и очень скурпулезно выбираю себе метательные снаряды. Продавец видно уже устал
от меня, но никак не проявлял недовольство. Клиент всегда прав, было написано у
меня на лице и когда я наконец отложил себе пять метательных ножей, тот с
облегчением вздохнул. А я спросил у него, написав на блокноте, есть ли у него
какая-либо мишень, чтобы проверить покупку.
Тот вытаращив глаза, прочитал написанное и со злорадством в голосе показал на
деревянную колоду, стоящую в углу магазина, для рубки непонятно чего.
Расстояние было приличное, никак не меньше двадцати метров. Ну, была ни была,
в конце концов в тайге кидал и на большее расстояние, и попадал в дерево.
Приятно было смотреть на продавца с отвисшей челюстью и округлившиеся глазки
моей подруги, когда все пять ножей воткнулись в деревянную колоду. А у меня
наступило удовлетворение, что уроки лешего не пропали зря. Если бы меня сейчас
видел дед Ерофей, то он был бы очень доволен. А самым главным аншлагом в этом походе, была моя покупка разборного спортивного лука с карбоновыми стрелами.
Денег не хватало, пришлось занять у Валентины. Сказал приеду с тайги, все отдам.
До этого Валентина все пытала меня насчет моей прошлой жизни. И такая горечь у меня поднялась из глубины души! Иэх, если бы она знала меня прежнего, то мне было
самому стыдно как я жил, как последний скот и потребитель. Вот такой я самобичиватель. Когда на твою бедную голову непрерывно сыпятся горе и испытания,
то это как сродни холодному душу, вымывающей из твоей души грязь и лишнюю шелуху. Ну что я мог написать Валентине о моей жизни, пришлось изрядно пропотеть