Рисьяна не могла выкинуть из головы, как во время коронации Ребекка поцеловала Рея. Герцогиня и сейчас продолжала общение с графом, то заигрывая с ним, то переманивая его внимание на себя. Лисица от этого чувствовала себя весьма неуютно. Она не хотела терять Рея, но и опасалась, что ему будет с ней неинтересно, ведь граф привык к той жизни, которая была у него до знакомства с рыжим эпицентром неприятностей. И именно к такой спокойной жизни могла вернуть его Ребекка. Вряд ли сестренка позволит графу продолжить общение с его злополучной подругой.
Лисица никому не говорила о своих опасениях, но она ревновала Рея, очень глупо, необъяснимо, как только могла ревновать влюбленная девушка. Рисьяне не хотелось признавать, но оборотень чувствовала к графу нечто большее, чем просто дружескую симпатию, из-за чего весь вечер страдала в одиночестве, обнимая зеленую лису и пропитывая её слезами. Она так вымоталась, что не заметила, как уснула, вот только сон её был слишком беспокойным. Ей казалось, что за окном идет дождь, хотя сезон дождей давно миновал остров, да и на улице не было ни единой тучки, но Рисьяна все равно тихо скулила. Девушке вновь снился кошмар, который обычно приходил во время дождя.
Просторная гостиная в родном поместье. Шумящий дождь за окном, который стучит по крыше. Любящие родители и она — маленькая девочка с лисьими ушками, что сидела на подоконнике, пытаясь поймать ладошками стекающие капли. Любопытством маленькую исследовательницу духи наградили сполна.
— Рися, опять ты залезла, куда не следовало, — звучит родной голос.
Мужчина с самой искренней улыбкой на свете подхватывает сопротивляющуюся девочку на руки. Она задевает его ещё совсем маленьким лисьим хвостом и совсем неожиданно для себя оказывается на диване. Мужчина сжимает перед ней руки, а когда убирает, на ладони лиса уже копошится огненная птичка.
— Ты не думаешь, что ей опасно играться с огненной магией? — с опасением говорит другой голос, в котором девочка узнает свою маму. Женщина обнимает мужа и внимательно смотрит, как единственная и столь долгожданная дочка играется с птичкой.
— Она дочь огненных лисов. Огонь ей не страшен.
— Конечно. Вот, только… — женщина отошла в сторону. — Она медленно учится. В её возрасте огненные лисы уже начинают колдовать.
— Всё будет хорошо, — тихонько шепчет лис. Мужчина подходит к жене и целует её в щеку, продолжая поглядывать за растущей дочкой, которая стала тем самым чудом, что так долго искали исследователи.
Лисенок между тем забывает про птичку. Рися сползает к краю дивана и пытливо смотрит в пол. С подоконника монотонно капает вода, но стук капель никто кроме малышки не слышит. Вода сочится сквозь пол, быстро расползаясь по гостиной. Девочка тянет миниатюрные ладошки к полу. Сгустки воды, как змеи, поднимаются к ребенку, который завороженно глядит на воду.
— Нет! — кричит повзрослевшая Рисьяна. Она смотрит за всем со стороны, но ничего не может сделать. Оборотень стоит на месте, наблюдая как у неё, ещё маленькой, зеленеют глаза. Вода повторяет движения ладошек, кружит вокруг, но не прикасается к лисенку. Дождь становится сильнее. Его гул уже невозможно терпеть. Вода стучит по крыше поместья, захлестывает стекла, будто пытаясь их выбить. Мгновение — и всё затряслось. Со стола падает графин и разбивается вдребезги. Возле него разливается вода, которой становится всё больше и больше. Вскоре гостиная наполняется водой, а по щекам взрослой лисицы текут слезы…
Рисьяна кричит, пытается остановить все прибывающую воду, но всё бесполезно. Она сама начинает тонуть в ней, захлебываться, как тогда, когда выпила проклятую воду и чуть не умерла. Ей нечем дышать. Все вокруг сотрясается. Она слышит голос, который зовет её по имени. Он не умолкает, становится все громче, а комната начинается рассыпаться на части.
— Рисьяна! Рися! Проснись! — Ванесса трясла оборотня за плечи, заставляя очнуться. — Я проходила мимо твоей комнаты, когда услышала. Ты так громко кричала. Я испугалась.
Рися испуганно и растерянно посмотрела на девушку, а потом из её глаз полились слезы. Ванесса прижала лисицу к себе, пытаясь утешить, но та захлебывалась в слезах. Она вся тряслась от страха, не в силах проронить ни слова.
— Тише-тише, это был всего лишь кошмар. Просто сон, ничего больше. Хочешь, я позову кого-нибудь из магов, чтобы помочь тебе избавиться от него?
— Магия не поможет мне с этим кошмаром, — всхлипнула Рися, на что Ванесса лишь сильнее прижала её к груди. — Он… он на всю жизнь. Я словно проклята.
— Не говори так.
Рисьяна отпрянула от Ванессы и притянула рукой игрушку, которую выронила. Она крепко обняла её и уткнулась носом, стараясь привести себя в порядок. Сердце продолжало бешено колотиться, будто оборотень только что гонялась по лесу за особо резвой ланью. Лисица дернула ушками и посмотрела на Ванессу. Та отошла от кровати и с помощью магии зажгла свечи. Одна за другой они зажигались по всей комнате, украшая её чарующими бликами. Огоньки гарцевали над восковыми свечками, словно талантливые танцоры. Они кружили, переливались разными цветами, которые мог заметить только огненный маг, а потом вновь приходили в статичное состояние и замирали. Рисьяна восхищенно смотрела на огонь. Слезы стали высыхать. Ванесса тихонько присела рядом, стараясь не отвлекать подругу. Огонь всегда оставался единственной вещью, которая в любой ситуации могла успокоить лисицу.
Рисьяна еще долго просидела, разглядывая огоньки на свечах, пока, наконец, не уснула. Ванесса накрыла её одеялом и какое-то время еще посидела рядом, до тех пор, пока не убедилась, что девушка уснула. Соседка наколдовала над головой оборотня волшебный ловец снов, который купила когда-то на ярмарке и хранила, как и все прочие безделушки, на особый случай. Она надеялась, что маленький прутик, согнутый в кольцо, поможет, и в этот раз лисице не будут сниться кошмары.
***
Бессонная ночь давала о себе знать. Рисьяна не могла утром собраться, но, как бы девушка не хотела провести день в кровати, ей это не удалось — Уиллис захотел наверстать пропущенное занятие, и Рисьяна должна была посетить очередную тренировку. Оборотень не могла нарушать установленные дядей правила, ведь именно он решал, поедет она обратно в Эвел или ей стоит ещё полтора месяца подумать над своим поведением на Рокселе.
— Выпей, станет легче, — Ванесса передала лисице кружку, в которой заварила какие-то травы. Соседка с самого утра крутилась возле герцогини, переживая за её состояние. Она впервые слышала, что девушка кричит во сне, и считала это дурным знаком. Сама же огнехвост не делилась с Ванессой своими страхами, хотя и была благодарна за помощь и поддержку.
Рисьяна насторожено понюхала, но отвар все же выпила. Спустя какое-то время, пока Ванесса помогала неуклюжей герцогине одеваться на тренировку, отвар начал действовать, подарив Рисьяне новый прилив сил. Она почувствовала бодрость, которой ей так не хватало.