— Привет! — Рисьяна подскочила к столу, чтобы хоть как-то привлечь внимание огнехвостов, пока те не начали новую партию. — А мы пришли посмотреть на твою работу, Дель. Мне интересно, как ты делаешь настойки из цветов, а Рею бы не помешало взглянуть на умения других лекарей.
— Привет, Рисьяна, я немного занята, — сказала Дель, раздавая карты. Она даже не посмотрела на молодую лисицу, взгляд её прожигал мужчину. — Если не хотите ждать, то можете пройти и посмотреть. Я присоединюсь, как освобожусь.
— Ох, это будет скоро. Сразу же, как она проиграет, — ответил Уиллис, поглощенный игрой не меньше лисицы.
Рей и Рисьяна переглянулись. Им ничего не оставалось, как самим осмотреть дом.
— Только ничего не трогайте! Особенно ты, Рей! — крикнула им вслед лисица.
Дом Дель был гораздо меньше, чем у Рэдфлеймов. Всего несколько комнат и один этаж. Уже с порога на гостей хлынул горячий воздух — внутри было тепло, словно летом. Рисьяну это удивило и ещё больше разожгло любопытство. Девушка заглянула на кухню, откуда шел теплый воздух. В просторной комнате стояли корзины с огнецветами, которые не так давно сорвали. Сборщики цветов заносили знахарям цветы, а те изготавливали из них настойки и лекарства. Некоторые местные знахари самостоятельно собирали цветы, чтобы выбрать наилучшие бутоны, но Дель предпочитала тратить больше времени на свою работу. Лисица считала, что любой цветок может пригодиться. И хотя некоторые знахари могли с ней поспорить, свою позицию огнехвост готова была защищать.
— Осторожней! — предупредила Рисьяна, разглядывая цветы в корзине, но не подходя слишком близко. Она ещё не знала, как отреагирует её организм на огонь, поэтому не собиралась рисковать. Боль от ожогов слишком сильно отпечаталась в памяти.
— Помню, помню, — ответил Рей. Ему было удивительно видеть всё вокруг: в корзинах пылали цветы, несмотря на то, что их уже сорвали, а повсюду находились незнакомые ему вещи. Посреди комнаты стоял стол с множеством пустых бутыльков, ступок, каких-то емкостей и приспособлений для создания лекарств. Юноше это напомнило магазины трав и зельев, которые он в юности посещал с матушкой — женщина любила покупать у травниц зелья и брала с собой сына. Однако, в отличие от тех магазинов, здесь не было ни мешков сухих трав, ни пучков сушеных растений, подвешенных к потолку. Все, что имелось у огнехвоста — огненные цветы, несколько банок с сушеными травами, что аккуратно стояли на полках, и бутыльки с готовыми настойками. — Не думал, что из огнецветов можно делать лекарства.
— А ещё специи, — улыбнулась девушка, показывая графу какую-то баночку с оранжево-красной крошкой. — Такие специи можно употреблять даже людям, но в небольшом количестве.
— Это та самая пряно-острая приправа, которую вы везде добавляете? — уточнил Рей, вспоминая те блюда, которые подавали в доме Рэдфлеймов. — И от которой становится так тепло?
— Она самая. Во дворце её тоже используют. Зимой добавляют немного в горячие блюда. Это очень вкусно.
— Заметил.
— Это они для тебя постарались. Обычно приправы гораздо больше, но так как ни ты, ни я, сейчас не сможем её выдержать, то добавляют меньше.
— Я не удивлюсь, что вы эти цветы и в обычном виде едите, — усмехнулся Рей. Рисьяна посмотрела на него с улыбкой, отчего он понял, что это не такая уж ложь. — Или едите?
Девушка рассмеялась.
— Конечно, не в чистом виде, но лепестки иногда добавляют в блюда. Правда, я никогда не пробовала. В столице такого не готовят, а здесь я не бывала. Наверное, это очень вкусно.
— Вылечишься — попробуешь, — сказал граф, уверенный, что лечение поможет девушке.
Рисьяна не ответила. Она не разделяла светлых надежд графа. Девушка отвлеклась от неприятных мыслей и принялась разглядывать полки. Её взгляд упал на яркие баночки с концентрированным настоем из огненного цветка. Дель разделила их по силе. С красной лентой — настой из самых ярких и крупных бутонов, а с зеленой — из небольших и слабых. Рисьяна обернулась и посмотрела на Рея: тот был занят тем, что разглядывал комнату. Он не обращал внимания на девушку, поэтому, пользуясь удачной возможностью, огнехвост сгребла все склянки с настоем в свою сумку. Лисица сделала это бесшумно. Ей не хотелось, чтобы граф узнал о её задумке.
— Знаешь, я думаю, что нам здесь нечего делать. Может, вернемся домой? — спросила девушка, тихо захлопнув клапан своей сумки.
— Ты же хотела пообщаться с Дель.
— Думаешь, они сегодня вообще освободятся? — Рисьяна улыбнулась. — К тому же, я увидела достаточно. Хочу отдохнуть.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — Рей забеспокоился. Он подошел ближе и внимательно посмотрел на девушку.
— Да, да, всё в порядке, — пробормотала лисица, стараясь увести юношу подальше. Она не хотела, чтобы он заметил следы от баночек на пустой полке и о чем-то догадался. — Пойдем?
— Конечно. И заглянем по пути в лавку пекаря за булочками.
— За плюшками? — рассмеялся Рей.
Девушка толкнула его в бок. Она недолюбливала данное ей прозвище, но сейчас улыбнулась, услышав шутку. Рисьяне нравилось проводить время с графом, и она жалела, что скоро их милые перебранки прекратятся.
Хотелось, чтобы этот день не кончался. Они с Реем какое-то время сидели на улице, поедая свежие плюшки и болтая о мелочах. Вечер наступил так быстро, что Рисьяна не успела опомниться. Сгустились сумерки, из-за чего им пришлось отправиться домой, где их ждал теплый ужин. Девушка наслаждалась каждой минутой того вечера, до тех самых пор, пока они не разошлись по комнатам. Рисьяна пожелала графу спокойной ночи, понимая, что видит в последний раз.
Она захлопнула за собой дверь и облокотилась на неё, едва сдерживая эмоции. На глаза навернулись слезы, но девушка быстро взяла себя в руки и бросилась к кровати, на которой лежала её сумка. Рисьяна проверила, что бутыльки из дома Дель на месте, а затем спрятала сумку с помощью магии в кулон, который никогда не снимала. Девушка переняла привычку от родителей, поэтому хранила в волшебном кулоне всё необходимое на случай внезапной поездки. Это значительно облегчило ей сборы.
Рисьяна посмотрела в окно. Солнце уже зашло, но в доме ещё не все спали, поэтому девушка не стала спешить. Она прошлась взад-вперед по комнате, достала спрятанный под подушкой походный плащ и накинула его на себя, но уйти пока не решалась. Тяжело вздохнув, девушка присела в кресло и взяла бумагу, чтобы оставить письмо. Перо долго скользило по бумаге, оставляя за собой слова и строчки, которые давались Рисьяне с трудом. Когда она поставила последнюю точку, прошло достаточно времени. На небе показались звезды.
— Надеюсь, ты всё поймешь, — тихо сказала Рисьяна, оставляя письмо на кровати, а затем тихонько покинула комнату. Девушка успела изучить дом, поэтому незаметно проскользнула к хозяйственной части, и, не потревожив невнимательных слуг, оказалась во дворе.
Рисьяна приняла своё звериное обличье, проскочила под забором и пустилась прочь от места, которое, пусть и ненадолго, но стало её домом. Юркий зверек, скрываясь в тени, прошел через всю деревню и достиг рощи огнецветов, где лисица в последний раз взглянула на поселение. Она успела полюбить огненные холмы, но пришло время расставаться с ними навсегда. Девушку ждали другие земли, где Рисьяна могла рассчитывать только на себя. Она стремительно бросилась вниз по склону, с каждым шагом удаляясь все дальше. Её маленькие лапки быстро уставали от бега. Лисица отвыкла от такой нагрузки, но не сдавалась. Как только Рей проснется и узнает, что она сбежала, то пустится в погоню. Огнехвост к тому времени должна была оказаться в ближайшем городке и подыскать себе корвуса, который доскачет до проклятых земель. Призрачный браслет защищал девушку от возможности её обнаружить, но меньше опасностей на пути лисицы не становилось. Она не могла медлить.