— Вам понравился король? — понимающе проговорила леди Генриэтта, обнимая плачущую девушку за плечи.
— Как вы догадались? — удивилась леди Ровенна и даже перестала плакать.
— Я видела ваши глаза, моя дорогая.
— Вы думаете, кто-то еще заметил?
— Боюсь, королю сейчас не до любви. Ему предстоит долгий путь восстановления своей, нашей страны, а это потребует много времени.
— Я знаю, — печально ответила девушка. — Но я могу признаться вам и только вам, что при одном его взгляде, звуке голоса, движении, мое сердце замирает от восхищения. И как же жаль, что я раньше этого не знала. Я сделала бы все совсем по-другому.
— Теперь вы хотите обратить на себя его внимание?
— Вы же поможете мне? — леди Ровенна схватила руки подруги и умоляюще посмотрела на нее. — Научите, что нужно делать?
— Но я не эксперт в вопросах соблазнения.
— Вы лучше, леди, вы — волшебница.
— Тшш. Не стоит говорить таких вещей в присутствии короля.
— Простите, — покаялась девушка, и еще более умоляюще посмотрела на свою учительницу, подругу, а теперь и сообщницу.
— Ну, хорошо. Я подумаю, что можно сделать. И очень кстати, что графиня уговорила господ остаться еще на несколько дней.
Леди Ровенна благодарно кивнула, улыбнулась, всмотрелась в собственное отражение в зеркале и пообещала себе, что прекрасный Солнечный король будет принадлежать ей, не на день, не на два, не на месяц, а на всю жизнь, даже если ради этого ей придется продать свою невинную душу самому подземному богу.
— Ну, что вы думаете об этом?
— Я думаю, что эта старая карга с мочалкой на макушке мне всю руку оттянула, — пожаловался Феликс, растирая порядком отяжелевшую конечность.
— Неуж, тебя не вдохновили прелести графини? — хохотнул Андре. — Бедняжка, она так старалась, чуть из платья не выпрыгнула к тебе в объятия.
— Чур, меня, чур, — замахал руками он. — Эти увядшие матроны меня до жути пугают. Эти их вздохи, ахи, и сомнительные намеки.
— Да всем ясно, на что она намекала, — толкнул парня в бок Андре. — Но какова старушка, уже в летах, а все туда же. А вот дочка у нее явно впечатлилась нашим Алексом. Весь вечер ему глазки строила. Только бледная очень и худая, как щепка.
— Единственная приятная личность здесь леди Генриэтта Аскот, включая вас, господа, — повернулся к ним король. До этого он изучал вид из окна, а точнее высматривал кое-кого.
— Да, леди Генриэтта действительно очень хороша, жаль замужем, — согласился Андре. — А кто ее муж? Из знати? На чьей стороне воевал?
— На проигравшей, — вступил в беседу Сорос. Он был также молчалив и задумчив весь вечер, как и король сейчас. — Но вряд ли стоит его винить, думаю, господин Аскот не по своей воле вступил под знамена королевы, как и многие другие до него.
— Я не собираюсь оспаривать это, и тем более наказывать невиновных, — нахмурился король. — Не надо мне об этом напоминать. Единственное, что я никогда не потерплю рядом — это магии. Пока я жив, магам не будет места на моей земле, но и преследовать я их не стану.
— А мне вот интересно, кто же та судьба, на которую ты намекал? — вдруг вспомнил Феликс, обращаясь к Соросу. — Хозяйка замка или ее бледная дочь? Алекс, если ты возьмешь в королевы мамашу, я сбегу из Арвитана на первом же корабле.
— Кто сказал, что Алекс собирается жениться?
— Арвитану нужна новая династия, новая надежда, — ответил за короля Сорос.
— Но не сейчас. Ты ошибся, мой друг, здесь нет никого, кто бы хоть немного стоил моего внимания.
— Я не ошибаюсь, просто ты еще не разглядел ее во всей этой веренице людей, — тихо прошептал Сорос, но король все равно услышал, улыбнулся одними губами. Он привык полагаться на чутье своей тени, оно выручало всех их не раз и не два, но одно дело война, поле боя, и совсем другое — дела сердечные.
— Кстати, что вы скажете о замке? — посерьезнел Андре.
— Обстановка так себе, ужин и того хуже, — начал перечислять Феликс.
— Ну, по сравнению с той бурдой, которой потчевал нас Прут, это прямо царский пир. Эх, я бы этому гаду ручонки-то пообрывал. Это ж надо! Я два дня в кустах провел со спущенными штанами от его похлебки. Да собак и то лучше кормят. Жаль, убег паразит раньше, чем я его нашел. Кстати, кашевара бы нам толкового.
— Да где ж его тут найдешь-то теперь? — понимающе вздохнул Феликс. — А жаль, без хорошего кашевара очень туго. Может, в замке такой найдется?
— В этой дыре? — хмыкнул Андре. — Не смеши мои подштанники, парень. — Да здесь самые нарядные комнаты, наши. Графиня умеет пускать пыль в глаза.