Доктор ушел, а Андре непонимающе хмыкнул:
— И зачем ему морс?
— Не ему, — туманно ответил Александр, запутав друга окончательно, но пожелание было выполнено.
Доктор Харрис забрал поднос, закрыл за собой дверь, а после пальцы закололо, так было всегда, если кто-то рядом творил магию. Она творила.
Удивительно, он всегда ненавидел это, не выносил магов и пытался всеми способами вытравить их со своей земли, и вдруг ему стало все равно, что она маг, что в ней живет то, что всегда будет вызывать в нем отвращение. Он и сам не знал, откуда это идет, понимание, что ей он мог позволить все, даже быть магом.
Еще через час доктор Харрис открыл дверь, и он увидел своего сына, мирно спящего на кушетке и ее, мертвецки бледную, дрожащую, как осиновый лист, и пытающуюся выпить этот злосчастный клюквенный морс. Она не смотрела на него в этот момент, и даже не замечала, и отставив стакан, коснулась волос, стянула косынку, перекинула пряди вперед и простонала. Они все были седыми.
Глава 19
Следующие несколько дней Дэйтон находился в госпитале. Мэл залечила его раны, но сил не хватило, чтобы окончательно помочь. Мальчик умудрился подхватить где-то простуду, и доктор был категорически против выписки.
Это неожиданно сыграло на руку Александру. Так он мог узнать больше о девушке, которая вот уже несколько дней занимала все его мысли. Однако, в городе он столкнулся с легким недоверием, которое часто сопровождает всех незнакомцев в маленьких городах, и тут на помощь ему пришла его, выдуманная когда-то Андре, личность. О похождениях прославленного капитана Алекса Кросса ходили легенды, чаще выдуманные, чем настоящие, и каждый мальчишка мечтал с ним познакомиться. Это немного раздражало, что они ходили за ним гуськом, однако и принесло свои плоды. В один из дней он совершенно случайно повстречал на берегу одного мальчонку с медовыми волосами и очень любопытными глазами.
— Привет.
Александр не знал, что именно привлекло его в этом мальчишке, наверное все-таки взгляд, которым тот смотрел на его немного потрепанный в схватке с пиратами корабль.
— Привет, — немного робко ответил мальчик.
— Что ты здесь делаешь?
— Я смотрел на корабль. Он такой красивый.
— Да, мне тоже нравится. А хочешь прогуляться по нему?
— Правда? — восторженно спросил мальчик, и вроде уже собрался со всех ног бежать на корабль, но остановился, пересилил себя и огорченно произнес: — Я не могу.
— Родители отругают?
— Нет, мои родители умерли несколько лет назад, — просто ответил мальчик. Эта рана жила в его душе, но благодаря стараниям сестры почти не ощущалась.
— Прости, — вздохнул Александр. — Терять близких всегда нелегко.
— Да, ничего. Зато у меня есть Мэл.
— Кто? — Уилл посмотрел на капитана и с удивлением заметил, как тот насторожился. — Мэл?
— Да, моя сестра.
— Хм, кажется, я знаком с твоей сестрой. Она ведь работает в вашем госпитале? Ухаживает за больными.
— Да, — немного удивленно ответил мальчик.
— У тебя очень хорошая сестра, — заметил он, чтобы хоть как-то разговорить его.
— Я знаю. Только она не разрешает мне ходить одному в доки, но я так хотел посмотреть на корабль…
— Значит, она строгая?
— Строгая, но справедливая. Я ее очень люблю и никому не дам в обиду.
— А что? Ее может кто-то обидеть?
— Да есть тут один… — поморщился мальчик. — Наш опекун. Я его ненавижу.
Александр удивился, услышав, с какой страстью мальчик сказал эти слова, и даже ненависть его ощутил.
— Что же такое он сделал, что ты его так ненавидишь?
— Он обижает ее. Всегда, когда она приходит из поместья, она грустит. Я знаю, это из-за меня. Потому что я ребенок.
Мальчик надолго замолчал, а Александр принялся рассказывать ему о корабле, чтобы хоть как-то развеять уныние. И очень скоро ему это удалось. Так Кросс выяснил, что у Мэл есть очень злой и неприятный опекун, который заставляет ее грустить и очевидно, шантажирует мальчиком. А от доктора Харриса, он узнал имя этого самого опекуна — граф Айван, которому принадлежал чуть ли не весь город. Но на этом странности не заканчивались. Каждый раз, как он задавал вопросы о графе, люди кривились и рассказывали истории одна страшнее другой, а когда заикался о Мэл… надо было видеть лица людей в тот момент. Они светлели, и на каждом появлялась улыбка. Они все любили ее за доброту, за готовность всегда помочь, за то, что в ее присутствии становится легче дышать. Да, он и сам прочувствовал это на себе. Было в ней что-то такое…