— Как благородно с вашей стороны. И все же воспитание детей требует не только больших душевных сил, но и времени. Уверен, вы с облегчением отпустите ее и ее брата, когда девушке исполнится двадцать один.
— Напротив, для меня это опекунство стало благословением богов. Ведь если бы не этот трагический случай, я никогда бы не узнал, какой бриллиант попал мне в руки.
— Что вы имеете в виду?
— Только то, что я намерен жениться на леди Аскот в самом ближайшем времени.
— Но, насколько я знаю, вы уже женаты.
— Это простая формальность. Я давно уже получил разрешение о разводе за подписью короля, но только не успел воспользоваться им.
«Нелепость, — подумал тогда Александр — Это ж надо, моя подпись фактически развязала графу руки».
— И леди Аскот согласна?
— Мэл достаточно умна и благоразумна, чтобы понять и осознать всю искренность моих чувств к ней.
— Для вас возможно, но другие, те, кто не слишком хорошо знают леди Аскот могут подумать, что вы воспользовались своим положением опекуна. Вас это не смущает?
— Вы тоже так думаете?
— Я только предполагаю, граф. В конце концов, наше недолгое знакомство не позволяет мне правильно оценить ситуацию.
— И все же, я ценю ваше мнение. Впрочем, вряд ли кто-то усомнится в моих намерениях. Я никогда не скрывал, что люблю Мэл.
— Даже так? — хмыкнул мужчина. — Какие громкие слова.
— А почему нет? Разве вы, капитан, никогда никого не любили? Разве и вас не тронула доброта и невинность моей подопечной?
— Не настолько, чтобы я мог помешать вашим планам, мой друг. Я капитан и обручен с морем, а женщины… боюсь иногда, они становятся только помехой, — ответил Александр, не сразу заметив, как неуловимо переменилось лицо его визави. Пока на губах не появилась победная усмешка. «Мэл» — догадался он и мысленно простонал, прежде чем обернуться. — «Неужели это было подстроено, или все же чудовищная случайность?».
— Мэл, дорогая, а мы с моим другом как раз говорили о тебе, — с несвойственной ему сердечной теплотой проговорил граф. — Вы ведь знакомы с капитаном Кроссом?
Неверие, гнев и разочарование отразились в тот момент на ее лице, и он ее не винил. Что еще она могла подумать? Да и последняя его фраза, сказанная в надежде убедить графа довериться ему, не добавляла ему очков. И все же он надеялся, что она сможет сдержаться. Не смогла.
— Нет, я совершенно не знаю этого человека. Впрочем, не удивляюсь, что вы подружились. Как там говорят? Рыбак рыбака…
— Что-то я не пойму — это был упрек?
— Что вы, как можно? Я всего лишь констатирую факт. Браво, господа, вы нашли друг друга.
Девушка даже в ладоши захлопала, а потом резко остановилась, опалила обоих полным неприязни взглядом и вышла, оставив дверь распахнутой настежь. Граф пошел за ней, нагнал у выхода, схватил за плечи, развернул к себе и прошипел:
— Что это было?
— Не ваше дело, пустите меня.
— У тебя что-то было с ним? Отвечай!
— Он же ваш друг, спросите у него, — нагло парировала она.
— Если я узнаю, что вы с ним…
— Что? Ну что тогда вы сделаете? Заберете Уилла? Принудите меня, запугаете? Я больше не боюсь вас, слышите, не боюсь!
Конечно, она блефовала. Но сейчас ей было невыносимо находиться здесь, рядом с графом, рядом с НИМ. Его слова, одно присутствие его здесь, заставляло все внутри кипеть от гнева и непонимания. Почему он здесь? Почему пожимал руку ее злейшему врагу? И те слова? Что же было между ними? Она думала, это любовь, но очевидно для него все было совсем не так. Он играл с ней? Притворялся? Как делают большинство мужчин, вскружит голову наивной дуре, возьмет свое и бросит одну с разбитым сердцем, уплывет на своем большом корабле и забудет о ее существовании. Сама мысль о том, что она могла, нет, что она поверила ему, приводила в отчаяние.
— Да оставьте же вы меня в покое! — выкрикнула она, вырываясь. Граф не стал удерживать ее, а Мэл обернулась туда, где стоял капитан, хотела что-то сказать, но вовремя опомнилась и убежала.
— Ну, что ж. Для меня все очевидно, — хмыкнул граф, глядя ей в след.
— Да, для меня тоже, милорд. Полагаю, мое присутствие здесь больше не имеет смысла.
— А я полагаю, что вы обманули меня, говоря, что Мэл вам безразлична. Впрочем, это уже не важно. Больше она вам не поверит.
— Не стоит недооценивать тех, кого вы совсем не знаете, граф. Иногда, может оказаться, что вам противостоит сила куда большая, чем вы можете предположить.