- Разве бывает такое? - удивился капитан. - Чтобы шторм обойти?
- Помощник Семар мог, - убежденно отвечал мальчик. - Он словно заговоренный, само море ему благоволит.
- И откуда же взялся такой уникальный специалист? - недоверчиво хмыкнул капитан.
- Я его в море выловил, - с гордостью сказал мальчик.
- Это как?
- Да, я на мачте сидел, смотрю, плывет что-то, оказалось, он. Я к капитану побежал, и мы его спасли. Живой оказался. Доктор говорил, что несколько дней он в море провел, без воды и еды. А когда очнулся Семар, то мы поняли, что он не помнит, кто он.
- Не помнит? - еще больше удивился Харди.
- Совсем ничего не помнит о себе. Но навыками морскими владеет как бог.
- А имя Семар откуда взялось?
- Это я дал. Семар - чайка. Так наш корабль звали.
- Да, я помню. Ты уж извини, малец, что мы твой дом потопили, но до берега мы бы его не дотащили.
- Я понимаю, - вздохнул Олли и даже удивился немного, что капитан извиняться надумал.
"Нет, не плохой все-таки этот капитан, хоть и пират" - решил Олли и проникся к своему неожиданному работодателю еще большим уважением, а наутро узнал, что капитан заинтересовался историей пленника и даже решил с ним побеседовать. Уж о чем они там говорили, никто не ведал, но на следующий день всех пленников перевели из грязного сырого трюма в каюты для матросов, одели, накормили, отмыли и пристроили к работе. Так экипаж судна пополнился на тридцать восемь человек, а корабль взял курс на острова.
- Значит, вас не продадут? - шепнул Олли, проходя мимо нового помощника капитана.
- Кажется, за это стоит тебя благодарить? - подмигнул Семар.
- А другие... они бунт не устроят?
- Нет. Капитан обещал отпустить тех, кто захочет, как только доберемся до суши.
- И что же, он так просто согласился? - удивился мальчик. Конечно, капитан Харди не зверь, но и не святой благотворитель.
- Просто, да не просто. Я обещал, что буду служить ему бесплатно целый месяц за каждого, кто захочет уйти.
- То есть, если все захотят, вы останетесь на тридцать восемь месяцев? - испуганно выдохнул мальчик.
- Олли, и месяца не прошло, а ты позабыл все мои уроки арифметики. Тридцать девять, если тебя считать.
- А я никуда не уйду без вас. Так что нам тут с вами все тридцать восемь месяцев палубы драить и по мачтам лазить.
- Значит, будем лазить, - усмехнулся мужчина и потрепал мальчонку по вихрастой шевелюре.
- А целителя, целителя он тоже отпустит?
- Не знаю, - слегка посуровел Семар. - Радует, что вообще согласился его из камер перевести.
- А что? Не хотел?
- Не хотел. И сейчас не хочет. Говорит, если тот ему попадется, то скинет за борт, не задумываясь.
- И что же такое натворил этот Кроули? - заинтересованно спросил Олли, но Семар лишь пожал плечами и продолжил свой путь. Его и самого интересовал этот странный Кроули, то ли безумец, то ли притворщик. Что-то в нем было такое... неправильное, и встреча их была неправильной. Когда его в камеру привели, тот едва в обморок не грохнулся, и все шептал: "Я не хотел, я не хотел". А чего он не хотел, о чем говорил, Семар так и не понял. Знал только одно, Кроули явно его боялся, но и взгляд оторвать не мог. Позже, узнав, что Кроули провел один в темной, вонючей камере почти полгода, он всерьез засомневался в благоразумии целителя, особенно, когда однажды проснувшись, увидел того рядом, разглядывающего его руку с браслетом. У него тогда был странный взгляд, как у фанатика какого-то.
- Откуда? Откуда он у вас? - шептал, как заведенный он. Семар не видел ничего плохого в том, чтобы рассказать о своем недуге. Тот долго молчал, отрешенно глядя в пустоту, а потом выдал странную фразу: "Быть может, оно и к лучшему". Больше они ни о чем таком не говорили, только по делу. Но иногда, он нет-нет, да ловил на себе полубезумный взгляд целителя и ловил себя на мысли: "А вдруг все это не просто так? Вдруг Кроули знал его в той, другой жизни?" Спросить он так и не решился. Мало ли что придет в голову сумасшедшему. Да и свыкся он уже и с беспамятством своим, и положением. Для него не было другой жизни, как жизнь в море, а прошлое... лишь белый лист, на котором иногда проявляются образы, которые ему не суждено разгадать.
* * *
- Чудесная погода.
- Люблю, когда светит солнце.
- Жаль, что это ненадолго. Скоро зима окончательно вступит в свои права и...
- Мы все превратимся в ледышек, - рассмеялась Рея на жалобы подруг. - И за что вы зиму-то так невзлюбили?
- А за что ее любить? - полюбопытствовала Марисса.
- Да хотя бы за снег, за праздники, за возможность кататься с горок, кидаться снежками и лепить больших снеговиков.