- Давайте, мы поговорим с вами, когда вы протрезвеете, - немного резко проговорила она, и, обойдя принца, направилась вверх по лестнице, но вдруг, позади услышала странный хрип.
Обернувшись, Мэл застыла от шока. Дэйтон хрипел, хватался за горло и явно не мог сделать и вздоха. Девушка кинулась к нему, как и Онор, который вовремя подхватил и опустил на ровную поверхность пролета. Принц хватался за горло, царапал шею ногтями, в глазах полопались сосуды, а она просто замерла от шока, неверия, страха, ужаса. Все произошло так внезапно, так стремительно, она не думала, просто стянула перчатки и коснулась его руки. Но прежде чем девушка успела применить магию, кто-то резко схватил ее за руки, поднял и потащил наверх. Откуда-то появились люди, придворные, слуги, гости дворца и леди Элиран. Мэл поразило тогда ее лицо, искаженное не страхом за сына, а злобой. И глаза, холодные, колючие, чудовищные, лишенные материнского тепла и сострадания. Эти глаза смотрели прямо на нее, не обещая ничего хорошего.
* * *
Только оказавшись в каком-то незнакомом кабинете, Мэл осознала, кто так бесцеремонно тащил ее наверх, кто не дал ей спасти принца.
- Зачем вы это сделали? - накричала она на Сороса, а тот просто толкнул ее в кресло, приказал сидеть и попытался разжечь камин, но у него ничего не получалось, так дрожали руки. Тогда он плеснул в два стакана спиртное, один всучил ей, а второй залпом выпил, чтобы через секунду налить еще один почти до верха. Он и этот опустошил одним махом, налил бы и третий, но тут очень вовремя в кабинете появился Андре. Кинулся к ней, внимательно осмотрел и устало произнес:
- Слава богам, живая. Иди, я посижу с ней.
Сорос рванул к выходу с такой скоростью, что ее снова затрясло, теперь уже от понимания. Это была словно вспышка, осознание того, о чем она догадывалась, но не знала наверняка. Теперь узнала.
- Сорос его отец?
- Да, - не стал лгать Андре. - Пей, нам всем сегодня понадобятся силы, а тебе особенно.
- Почему?
- Потому что это была ловушка, с самого начала, и мы в нее попались.
- О чем вы говорите?
- Дэйтона пытались убить.
- Кто мог пойти на такое безумство?
- Мы. По крайней мере, так все представит леди Элиран. Она, конечно, рассчитывала на несколько другой исход, но получила свой ответ.
- Какой ответ? Я ничего не понимаю. Вы намекаете на то, что она пыталась убить собственного сына?
- Она хотела найти мага и почти его нашла. Если бы вы воспользовались магией, все было бы кончено еще раньше, чем началось. Мы бы проиграли, так и не начав битву.
- Это безумие. Она не настолько жестока.
- Вот видите, даже вы не верите в ее виновность, и никто никогда не поверит, но как легко будет обвинить ведущего охраны ненавистных полукровок и одну глупую фрейлину королевы Вестралии. А если бы выяснилось, что эта фрейлина - маг...
- И что теперь? Тюрьма?
- Не думаю, что дойдет до этого. Но поведение Сороса боюсь, сказало ей много больше, чем она рассчитывала узнать. Когда все случилось, он кинулся спасать вас, а не собственного сына, а это может значить только одно...
- Что я важнее.
- Боюсь, что так и леди Элиран не успокоится, пока не докопается до правды. А это значит...
- Мы должны ускорить совет, - проговорил Ричард Колвейн, входя в кабинет. - Как вы?
- Как Дэйтон? - в свою очередь спросила Мэл, боясь услышать страшный ответ.
- Он жив. Пока.
- Уже известно, что это было? - поинтересовался Андре.
- Яд. Нацеленный именно на полукровок. Леди Элиран пыталась действовать быстро, и ее люди арестовали Онора, если бы леди Аскот осталась там, то ее бы ждала та же участь.
- А Феликс?
- Пытается все разрешить, но боюсь, это будет не так просто. И... как же это не вовремя! Мы готовились к нападению на принца Кирана, но чтобы выбрать жертвой собственного сына...
- Если он умрет, она станет мученицей.
- Что вы такое говорите? - воскликнула Мэл. Весь этот разговор, ситуация, намеки, которыми они обменивались, были чудовищными. Она не хотела в это верить, ведь это же мать, какой бы плохой она не была, но леди Элиран - мать. Какая мать способна на такое чудовищное преступление?
Не выдержав напряжения, она расплакалась, постыдно и по детски, но ничего не могла с собой поделать, и даже обжигающее тепло бренди не успокоило истерику, а только больше усилило.
Через час появился Феликс, один, без Сороса. И вновь она сжалась, страшась услышать ужасное известие.
- Парень выживет. Он крепкий, справится. А вот нам придется нелегко. Элиран активно принялась обвинять нас в организованном покушении. Требует выдать леди Кэйн. Онор молчит, но боюсь, нам не удастся вызволить его легальными способами.