— Эф! — даже Лин терял над собой контроль. — Амали в числе умерших.
— Да? Амали умерла? — удивилась Эфия, хотя на её лице на долю секунды появился намёк на улыбку, которую она постаралась скрыть, но её успели заметить.
— Ты – тварь! — сорвался Сай и, схватив девушку за ворот, притянул к себе, даже слегка пошатнув стол. — Может, вы и не были подругами, но так относиться к смерти своей однокурсницы, я считаю, нельзя.
— Ректор сказал, что виновные уже понесли свое наказание, значит так правильно, — Эфия не стала скрывать своих мыслей и честно всё высказала, хоть она и была заметно напуганной. — Думаю, что каждый получил своё по степени виновности.
— Ах, ты! — рыкнул Сай, а ещё двое от злости вскочили на ноги, готовясь наброситься на Грейдсон, но они не успели ничего сделать. Девушка обратилась в белоснежного зверька и, выскользнув из хватки парня, пустилась в бегство.
— Стой! Держи её! Хватай! — все трое побежали между рядами и скамьями, преследуя горностая, оставляющего за собой обледеневший скользкий пол.
Подобная ситуация произошла и за столами, где сидели остальные вычисленные участники происшествия. Студентов пришлось разнимать и даже наказывать. Но, однозначно, присутствие причастных среди учащихся никого не успокаивало, и некоторых даже злило.
Эфию поймать парням так и не удалось. Они были расстроенными и уставшими; двое вернулись в свои комнаты, а Сай – в лазарет. Здесь койки разделялись лишь непрозрачной плотной занавеской, поэтому заглянуть к соседу труда не составляло. Он хотел верить в то, что сейчас Амали ещё лежит без сознания, но, главное, живая. Парень слегка отодвинул шторку, чтобы взглянуть хоть одним глазком на подругу, однако... там было пусто. Свободная койка с чистым бельём, постеленным совсем недавно, на тумбочке рядом ничего не стояло, а на стуле не было никаких вещей. В этот момент Сай в полной мере осознал всю тяжесть слов ректора, что Амали больше нет, что он её больше не увидит. — «Нет, не верю... Не хочу верить», — пронеслось в его голове. Парень, крепкий и сильный, в обращённом состоянии яростный лев, а на глазах проступили слёзы. Сердце больно сжалось, и стало трудно дышать, будто кислород закончился. Знакомы были два месяца, а так сдружились. Дыхание резко стало похоже на рык, и его охватили одновременно досада и злость. Сжав кулаки, Сай выбежал из лазарета и устремился в корпус магов хаоса. Прибежав на спальный этаж, он остановился у комнаты Амали. Бешеный пульс отдавал в висках, а внутри теплилась ещё надежда. Он постучал и стал ждать. Тихо. Через полминуты парень снова пару раз стукнул, но уже настойчивее. Прозвучал сигнал к отбою, но с той стороны всё ещё не было никаких звуков. Сай попробовал толкнуть дверь, и она легко отворилась. Открытые шторы с видом на тёмную улицу, заправленная постель, пустой шкаф, чистый стол... Здесь уже точно никто не жил.
— Мистер Сейворс, что Вы здесь делаете?! — строгий голос профессора Сумирьера, раздавшийся за спиной, заставил парня вздрогнуть от неожиданности. — Почему Вы не в лазарете?
— Я... — Сай растерянно посмотрел на мужчину, пока не в силах сформулировать мысль. — Просто... Простите, я надеялся, что...
— Профессор Мальеттеро сегодня за ужином всё сказал. Вы там были и должны были слышать, — заявил Сумирьер. — В данном случае, Ваши надежды, к сожалению, пустые и бессмысленные, — это не то, что хотел бы сейчас услышать Сай, но ответить ему было нечего.
— Простите. Я пойду... — буркнул он и пошёл туда, где должен был бы быть в это время.
Глава 26. Реальность или сон?
Пасмурное холодное утро, за окном моросил дождь, ветер задувал в приоткрытую форточку и колыхал шторы. Воздух в комнате остыл, а тело пробрала дрожь. Она открыла глаза в незнакомом помещении, горько пахнущем лекарствами. Здесь было мрачно и неуютно; беспорядочно расставленная мебель, грязная постель, рваные занавески, ободранные стены и заляпанный потолок. Всё кругом было в тёмных пятнах и брызгах, будто кровь.
— Наконец-то ты очнулась, Амали, — в углу комнаты сидела женщина, которая прятала лицо за жуткой улыбающейся маской с трещиной на вырезах для глаз, а в её руках была уже знакомая книга с чёрной обложкой.
— Мама? — еле слышно прошептала девушка, поднявшись на кровати. — Что ты здесь делаешь? — она очень удивилась и даже испугалась. — И... Что это за место?
— Вставай. Нам нужно идти, — спокойно попросила женщина. — Надень это, и выходим, — после этих слов мать вышла из комнаты, буквально растворившись у двери.
На одеяле в ногах лежала какая-то чёрная тряпка, а на ней маска из кожи, у которой глаза и рот были неаккуратно зашиты толстой красной нитью. Кажется, это было чьё-то лицо... Амали испытала непередаваемое отвращение и ужас. Поднявшись с кровати, девушка почему-то уже оказалась в том чёрном длинном в пол балахоне, а в руке была маска. Она хотела её выбросить, но шум с улицы отвлёк. Подойдя к окну, Амали увидела двор Института, где они занимались, но его затопило... кровью... А с неба капали красные капли. Вскрикнув, она хотела убежать, но её кто-то со спины схватил за плечи.