- Расскажи нам о творчестве Жуковского, Дубов!
Дарья Антоновна нахмурилась:
- Как можно говорить о творчестве поэта, не поняв, что он был за человек? Вы что думаете, достаточно сказать, что он родился 29 января (по старому стилю) 1783 года в селе Мишенском, переехал в Москву в 1797, учился в Университетском благородном пансионе, закончил его в 1801, потом писал стихи, стал знаменитым и умер в 1852 году? - Дарья Антоновна тяжело вздохнула: - Ладно, Бог с ними, с родителями. А трагическая любовь Васеньки и Машеньки Протасовой?
- Всё, Дубов! Садись! - Элеонора Михайловна раскрыла Петькин дневник. - Я ставлю тебе пять, потому что вижу, что с жизнью и творчеством Василия Андреевича ты познакомился основательно. - Она вручила дневник ученику и добавила: - Что ж, Пётр, первый шаг в сторону литературы ты сделал. Теперь тебе нужно научиться излагать мысли правильно.
- Дайте хоть "Кубок" расскажу! - потребовала Дарья Антоновна.
- Нет уж! Пусть "Кубок" расскажет нам Рыбников!
- Везёт же людям, - проворчала баба Даша и удалилась на "камчатку".
Элеонора Михайловна с тревогой посмотрела вслед Дубову, покачала головой и кивнула Денису:
- Начинай.
- А может, хватит долдонить одно и тоже? - неожиданно спросила Настасья Антоновна. - "Кубок" да "Кубок"! Хотите, я Вам "Двенадцать спящих дев" расскажу, или "Лесного царя"?! А, может, Вам "Элевзинский праздник" нравится?
- "Кубок", Рыбников! - едва сдерживая гнев, потребовала учительница.
Неожиданно со своего места поднялась Борисова и на весь класс заявила:
- А, правда, Элеонора Михайловна, пусть он расскажет нам другую балладу Василия Андреевича! Денис их все знает!
- Это правда, Рыбников?
- Да, - кивнула Настасья. - Я люблю поэзию. - Она сложила руки перед грудью и вдохновенно начала:
- На Посидонов пир весёлый,
Куда стекались чада Гелы
Зреть бег коней и бой певцов,
Шёл Ивик, скромный друг богов.
Ему с крылатою мечтою
Послал дар песней Аполлон;
И с лирой, с лёгкою клюкою,
Шёл, вдохновенный, к Истму он.
Уже его открыли взоры
Вдали Акрокоринф и горы,
Слиянны с синевой небес.
Он входит в Посидонов лес…
Повеяло весенней свежестью, послышались крики журавлей, и класс начал приобретать очертания лесной поляны…
- Достаточно! - воскликнула Элеонора Михайловна. - Садись, Рыбников! Пять!
Оклик учительницы нарушил сосредоточенность ведьмы, и класс стал прежним. Шестиклассники разочарованно загудели: они настроились слушать "Ивиковых журавлей" в исполнении Рыбникова.
- Увы и ах, ребята! - кисло скривилась Настасья Антоновна и посмотрела на сестру. Баба Даша понимающе кивнула и развела руками.
- Продолжим урок! - нервно сказала Элеонора Михайловна. - Сегодня мы приступаем к изучению новой темы… - Она не договорила. Раздался стук в дверь, и в класс заглянула Анна Павловна, секретарша директора:
- Извините, Элеонора Михайловна, но Иван Карлович срочно требует к себе Рыбникова и Дубова!
- Идите, - почти радостно сказала учительница литературы.
Ведьмы опасливо переглянулись, собрали портфели и вышли из класса.
- Что ты тут вчера натворила? - сердитым шепотом спросила баба Даша.
- Ничего, - с заминкой ответила Настасья.
- Тогда почему нас вызывают на ковёр?
- Да тише ты! - шикнула на сестру баба Настя и посмотрела в спину Анны Павловны: она сама не знала, что понадобилось от них Ивану Карловичу.
Секретарша заглянула в кабинет директора:
- Я привела их, Иван Карлович!
- Так пусть скорее заходят! - раздался жизнерадостный голос директора, и ведьмы вошли в кабинет.
За столом сидел Иван Карлович, а напротив него в кресле вальяжно развалился крупный мужчина в строгом костюме и галстуке с золотой булавкой. Его чуть вьющиеся, с едва заметной сединой волосы были зачёсаны назад, а на полных губах сияла добродушная улыбка.
- А вот и мои архаровцы! - вскочив со стула, воскликнул Иван Карлович. Он подбежал к мальчишкам, приобнял их за плечи и подвёл к столу. - Знакомьтесь, мой одноклассник и лучший друг - Коля Малинкин, член-корреспондент Академии наук!
- Привет, братья-проказники! - произнёс Малинкин густым басом, выудил из кармана рогатку, увесистый камень и прицелился в люстру. - Как думаете, попаду? - игриво спросил он и выстрелил. В люстру камень не попал, зато с потолка, прямо на деловой костюм Малинкина, посыпалась штукатурка. Иван Карлович задорно расхохотался.
- Очень приятно, - запоздало выдавила Дарья Антоновна и испепеляюще посмотрела на сестру.
- Да вы садитесь, ребята, не стесняйтесь! - продолжал ликовать Иван Карлович. - Сейчас чайку с коньячком попьём!
Опешившие ведьмы послушно сели за стол и уставились на огромный торт, украшенный кремовыми розочками и шоколадными фигурками.
- Сейчас, сейчас! - ухмыльнулся Коля Малинкин, отрезал два больших куска и водрузил их на тарелки. - Ешьте, ребята, а потом пойдём, по школе прогуляемся! Эх, давно мечтал тряхнуть стариной! Слышь, Карлыч, у меня в мерсе голуби сидят! Я вчера, после нашей встречи, специально на Птичку заехал! Давай запустим их в учительскую!
- Давай! - обрадовался директор и, потирая руки, взглянул на шестиклассников: - Вы пока чайку попейте, а мы быстро!
И два немолодых грузных мужчины вприпрыжку выскочили из кабинета.
- Ты что натворила? - заорала на сестру Дарья Антоновна. - Что за заклинание ты придумала? Оно же заразное!
Настасья Антоновна ткнула пальцем в жёлтую розочку, слизнула крем и, опустив глаза, сказала:
- Я думала, что сняла его. Он же ушёл абсолютно нормальным.
- И позвонил своему приятелю, чтобы сбить его с пути истинного! Это ты называешь нормальным?!
- Ну не проверила я. В конце концов, ничего страшного не произошло. Ну, встретились два закадычных друга, повеселились!
- Как долго они будут веселиться? - сурово спросила Дарья Антоновна.
Баба Настя снова лизнула палец:
- Да я вообще не думала, что заклинание окажется таким стойким. Говорю тебе: вчера я его снимала!
Дарья Антоновна схватилась за голову:
- Этого ещё не хватало! Самовосстанавливающееся заклинание! В немагическом мира, в обычной школе! Мама дорогая! Мало нам проблем с внуками, теперь ещё со школой разбираться! Представляю, что скажет Маша!
- Давай не будем ей ничего говорить… - заискивающе протянула Настасья.
- А вот и мы! - В кабинет ворвались Иван Карлович и Коля Малинкин. Хихикая и кривляясь, они уселись за стол, отрезали по куску торта и стали уплетать его, запивая чаем.
Ведьмы молча смотрели на впавших в детство мужчин. И тут прозвенел звонок.
- Оба-на! - заговорщицки подмигнул приятелю Малинкин, вытер масленые руки о дорогой пиджак и вскочил: - Айда, посмотрим на училок! - Он хлопнул ведьм по плечам: - Вы с нами?
В кабинет влетела взволнованная секретарша:
- Иван Карлович! Кто-то запустил голубей в учительскую! Что делать?
- Ловить! - категорично произнёс Иван Карлович и захохотал. - Мы с Колей возглавим операцию!
Анна Петровна как-то странно посмотрела на директора и тихонько прикрыла за собой дверь.
- Это конец! - простонала Дарья Антоновна.
- Это начало! - заявил Малинкин, схватил ведьм за руки и потащил их в коридор. - Вперед! Самое интересное пропустим!
- Я убью тебя, Настя! - рявкнула Дарья.
- Я сама себя убью! - проныла Настасья.
- Я убью тебя, лодочник! - загорланил Малинкин. Расталкивая школьников, он уверенно нёсся к учительской.
- Я убью тебя, лодочник! - вторил ему Иван Карлович, размахивая рогаткой.
Внезапно на их пути встал Вадим Рыбников и громовым голосом скомандовал:
- Стоять!
- Маша… - простонала Настасья. - Не надо, Маша!
- Надо! - рыкнула Мария Антоновна, воздела руки к потолку, и здание школы содрогнулось.
Член-корреспондент Малинкин отпустил шестиклассников, Иван Карлович взял его под руку, и они степенно пошли по коридору.
- Ну и как, Николай, сильно изменилась наша школа за тридцать лет?