— Я же не бессердечная, — как будто оправдываясь, ответила она. — Стоило лишь сказать…
— Сейчас не время выяснять отношения, — встряла Кэтрин, сжав руку дочери. — Главное, что ты здесь. И что мы наконец-то увиделись. Мы скучали.
— Я тоже, — выдохнула Каталина, прекрасно понимая, как выглядели её слова со стороны. Если бы скучала — приехала. Наверняка все так и думали. Но и ей было не так легко признать, что гордость взыграла настолько, что не позволила и шагу сделать в сторону Палм-Риза. — Давно это началось?
— Первые признаки были похожи на обычную простуду, — спокойно ответил отец. — И мы не придали этому никакого значения. Но около недели назад здоровье стремительно ухудшилось, так быстро, что мы уже сами испугались, решив созвать тебя с братьями.
— Но кому это надо? — обеспокоенно спросила Каталина, нахмурившись.
— Вопрос резонный и, к сожалению, не имеет ответа, — мрачно произнёс Александр. — Поэтому мы и собрались, чтобы выяснить все обстоятельства.
— Бред какой-то. Мне не верится. — Каталина снова посмотрела на мать.
— А вот приезжай ты чаще, могла бы и раньше заметить, что мать заболела, — упрекнул отец.
— Пап… — прошептала она.
— Алекс, отстань от ребёнка, — вступилась мама. — Давайте не сегодня. Будет ещё время всё обсудить и выяснить. Думаю, что Лине тоже есть, что сказать. Да, милая?
Каталина замерла, нервно смотря то на отца, то на мать, а затем и вовсе отвела взгляд в сторону. А что ей им сказать? Что она три года спала со своим сводным братом и они так разругались, что больше не смогла его видеть? Смешно! Тем более родители вообще не были в курсе происходящего, уверенные, что дети просто крупно поссорились, разорвав все связи. Каталина представила их шокированные лица, узнай они правду, и ей стало противно от самой себя.
Нет. Такого им точно знать не стоит.
— Да, — кивнула Каталина, посчитав, что позже с этим разберётся. — И простите меня. Я по-идиотски себя повела. Это не стоило того.
Кэтрин кивнула, а вот Александр так и остался сидеть с абсолютно каменным лицом. Большего Каталина сделать сейчас не могла. И заставить родителей вмиг оттаять — тоже.
— Я хочу немного поспать до ужина, — проговорила мама. — Отдохни с братьями после тяжёлой дороги. А вечером уже приступим к делам с новыми силами.
Каталина виновато улыбнулась, не найдясь с ответом. Чувствовала себя последней дрянью, и хотелось волосы драть на себе после всего случившегося. Разговор с родителями, их отстранённость, особенно отца, раскрыли глаза. Впервые за долгие годы. Ударили обухом по затылку, пробудив от забвения.
Какого чёрта она позволила отношениям с Каем встать между ней и семьёй? Кажется, только сейчас, смотря на больную мать, до неё начала доходить вся плачевность положения. Семья нуждалась в ней, скучала и, наверняка, с болью переживала её исчезновение. А она… Она просто наплевала на всех ради собственного благополучия.
Ну не эгоистка ли?!
На ватных ногах Каталина покинула спальню родителей, пролепетав на выходе что-то вроде: «Хорошего отдыха». Закрыв за собой дверь, замерла на месте и ощутила, как по щеке скатилась предательская слеза, которую она тут же смахнула. Нет. Каталина уже давно не плакала и не собиралась этого делать во что бы то ни стало. Иначе это окончательно сломает её.
Не в силах ровно стоять из-за накрывших чувств, Каталина побежала к своей спальне. Закрывшись на замок, она прижалась спиной к двери и, прикрыв веки, запрокинула голову. Восстанавливая напрочь сбившееся дыхание, Каталина не могла перестать прокручивать в голове диалог с родителями. И в целом весь сегодняшний день, начиная с приезда в поместье. Адриан её абсолютно точно ненавидел. Кит оставался нейтральным, как и всегда ко всем, пытался понять и принять — в этом был весь он. Мама вроде бы старается общаться с теплом. Отец… при всех был вежлив, а наедине оставался холоден. О Кае вообще даже думать не хотелось.
Каталина похерила всё, что было можно. И казалось, что былого уже не вернуть. Своими же руками разломала те близкие отношения, что были ранее. Разорвала все семейные узы.
Больше не в силах пожирать саму себя, Каталина заставила себя осмотреться в годами нетронутой комнате: белые полупрозрачные шторы в пол, светло-голубые стены и огромная кровать с балдахинами в центре спальни. У окна стоял письменный стол, а в дальнем углу находился проход в личную гардеробную, напротив которого была дверь в ванную. Но весь прекрасный вид портили тонны пыли на мебели, а в кое-каких углах даже появилась паутина… Каталина, поморщившись, провела пальцем по столу и закашлялась — однозначно требовалась генеральная уборка.