В моем видении Рейнара просила отыскать ее дворец. Она хотела, чтобы я что-то там узнала и поняла. Потому у меня были сомнения, сила ли сокрыта в замке или нечто иное. Вдруг Рейнара тоже давала Альбу подсказку.
Но тот лишь пожал плечами:
– Не знаю, – ответил разрушитель. – Она ни разу не упоминала о замке, только о сфере. Да и вообще… Наши «разговоры» были скорее видениями и посланиями, чем полноценной беседой.
Я согласно хмыкнула. Мне Рейнара тоже не показалась «целостной». Словно часть ее личности исчезла, а та, которая осталась, говорила заученными фразами. Помнила важное, но мыслить почти не могла.
Мне хотелось разузнать у Альба о чем-нибудь еще, но пока подыскивала подходящие вопросы, вернулись остальные и тут же заняли внимание разрушителя. В основном с ним говорили Форс и Эльма, но Змей, Талина и Рив тоже не упускали возможности получить свои ответы.
Так мы выяснили о разрушителях немного больше. Чаще всего они ютились на границе или уходили к Истину. Пусть он был далеко, но к нему тянулась самая широкая река и опоясывала утес, на котором стоял замок королевы. На берегу росла скудная зелень, благодаря которой можно было выжить в землях, где царил тлен. Однако даже возле воды подстерегала опасность. Лагеря сжигали «огнебеги» – потоки жидкого огня. Дозорные успевали предупредить людей о наступающей беде, и те быстро покидали дома, но утварь спасти удавалось не всегда. Превратив все на своем пути в пепел, огнебеги впадали в воды Живины – как прозвали местные реку – и застывали в ней уродливыми буграми.
На вопрос, как разрушители обучились грамоте, ведь прочли же надпись на воротах Истинского замка, Альб рассмеялся и заявил, что никогда о ней не забывали. В первые дни падения Вельнара не все обезумили. Некоторые смогли совладать с мором и выжить, сохранив знания вельнарцев. Многое все же забылось и потерялось. Письму вовсе пришлось учиться у созидателей, в частности тем, кто проник в ряды стражей. Речь тоже за последние века переменилась, правда не так существенно, как пропись. Но сколько бы нового ни появлялось в жизни разрушителей, старого они не забывали. Как Альб пошутил: «Может, мы больше вашего знаем», – с чем мы поспорить не смогли. Ведь созидатели смотрели только в будущее, почитая былое и неизбежно теряя его малые детали. А вот разрушители, напротив, жили прошлым.
Однако наши знания о Древней семье не сильно разнились. Например, в том, что у Короля было две смертных жены, а не одна, как думали созидатели. Потому Киал и Рейнара вполне могли оказаться единокровными, но не родными братом и сестрой. Мы лишь знали, что сын Древнего короля старше Рейнары на почтительный срок, а какой именно об этом история умалчивала. Все сгорело еще в городе Приречье, где отныне находился Черный Камень.
Вспомнив о поселении, я невольно ухмыльнулась, чем заработала хмурый взгляд сестры. Это место… Оно не только «пожрало» нашу историю, но и забрало моих близких. Теперь же было готово в любую секунду отнять мою жизнь. В том, что я ее потеряю, уже не сомневалась. Посмертница спела свою песню и не раз…
Я старалась не думать о смерти. Еще никогда помыслы о ней не приносили ничего хорошего, потому решила полностью сосредоточиться на своем предназначении. На осколках. Больше ни на чем. Только в голову без конца лезли другие мысли и отказывались меня покидать. Насколько бы разными они не были, всегда сводились к одному и тому же.
Я перестала слушать Альба, когда Змей, сидя на том же бревне рядом со мной, придвинулся ближе. Наши колени соприкоснулись, а его ладонь нашла мою. Незаметно для всех, он ободряюще сжал ее, будто сказал: «не бойся я рядом», – только на душе стало еще поганее.
Изъявив желание прогуляться, а заодно подежурить первую половину ночи, я покинула друзей, товарищей или семью… Даже не знала как сейчас их назвать, слишком много между нами произошло. Это нас объединило, в то же время разделило. А может только я хотела отгородиться?
Гуляя по лесу, долго обдумывала последние события. А с наступлением ранних сумерек, я ощутила опустошение, тонко граничащее со смирением, и наконец остановилась. Присела на поваленный тополь и бездумно слушала скрип старых деревьев, пока сухая ветка снова не захрустела.
Я резко обернулась и на этот раз увидела Змея. Он не спешил подходить. Хмурым взглядом стального цвета, наблюдал за мной, прислонившись плечом к старой осине. Мы оба молчали.
Первой не выдержала я. Поднялась с поваленного дерева и попыталась уйти, надеясь сделать это неторопливо, а не будто убегаю.
– Стоять.
Не получилось. Мои плечи опустились, а грудь прожгла мимолетная горечь. Я знала, Змей заметил мои попытки отдалиться, и так просто это дело не оставит.