Истин его побери, знала.
Он неспешно приблизился, остановился на расстоянии не больше шага за моей спиной, но я не обернулась. Побоялась взглянуть в его глаза. О них бы разбилась моя решимость.
– Ты меня избегаешь?
Я молчала. Язык прилип к небу и мешал заговорить.
– Рей.
– Нет, – все же смогла выдавить осипшим голосом.
Послышался шорох одежды, а потом теплая ладонь сжала мое плечо. Я невольно вздрогнула и обняла себя одной рукой. Опустила взгляд, когда меня настойчиво повернули.
– Посмотри на меня.
Я быстро глянула на Змея. Точнее, на его губы и подбородок. В голове пульсировала лишь одна мысль – не смотреть ему в глаза. Они все разрушат. Заметив мою хитрость, асигнатор усмехнулся и попытался коснуться моего лица, но я уклонилась и снова отвернулась. Он не стал меня останавливать и позволил отступить на два шага.
– Ты все еще злишься? Из-за Талины?
Я разозлено поморщилась, когда по сердцу царапнули кошки.
– Нет.
– Тогда почему?
На этот раз вопрос прозвучал напористо, и от силы, которая звенела в его голосе, сердце пропустило один сильный удар. На секунду я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Горячая голова мне сейчас не поможет. Сама понимала, этот разговор когда-нибудь настанет. И это «когда-нибудь» ожидалось гораздо быстрее, чем хотелось бы.
– Зер… – стиснув на мгновение пальцами свое предплечье, я выпустила его и повернулась, но в глаза все равно не заглянула. Рассеяла зрение так, будто сейчас шел бой не словесный, а на мечах. – Змей…
Его губы дрогнули, а сам он напрягся. Невольно ступил мне навстречу, но я выпрямилась и добавила твердости выражению своего лица. Асигнатор замер, и вместе с ним замерло что-то внутри меня. Натянулось до предела, готовясь оборваться и вылить беспощадное пламя.
– Змей, – повторила, когда он еще раз вознамерился подойти. – Я хочу…
Первая капля горечи упала на язык, а я взмолилась: «Хоть бы не дрогнул голос».
– …чтобы ты меня оставил.
Не дрогнул.
Легко вместе с тем болезненно, я выдохнула носом. Вот и случилось. Я сказала. Не появись посмертница, все было бы иначе. Мне бы не пришлось произносить этих слов, но услышав то злосчастное пение, я твердо для себя решила – закончить все при жизни, а не после смерти. Змей не заслуживал такого расставания, как и не заслуживал той боли. Нужно, чтобы он обиделся, разозлился или возненавидел меня, но потом не переносил неминуемой участи. Я хотела, чтобы он продолжал жить.
Вновь наше молчание затягивалось. Я ждала. Долго ждала, прежде чем развернуться и уйти. Но успела сделать не больше пяти шагов, как мое запястье схватили и потянули назад. Пальцы сжали подбородок, приподняв его, и я невольно встретилась с серым взглядом асигнатора. Даже в полумраке он казался ярким и…злым. Я уперлась ладонями ему в грудь и стала отступать, пока не наткнулась спиной на ствол дерева.
– Змей, отпусти, – потребовала и попыталась оттолкнуть.
Бесполезно.
– Не ври мне.
– Я не вру.
Его губы изогнулись в невеселой усмешке, а глаза сверкнули:
– Вспомни, Рей, мое обещание. Ты сама его попросила.
Я тяжело сглотнула, не от страха, а от кома, который сдавил горло. Истин его побери, как же он жегся. Даже легкие будто пылали огнем. А когда Змей склонился ближе, и его голос зазвучал вместе с моим воспоминанием, стало только хуже:
– «Не покину, даже если попросишь».
В глазах поплыло от слез готовых вот-вот пролиться. В носу нестерпимо защипало, а губы задрожали. Теплая ладонь Змея прошлась от запястья к плечу и замерла на нем. Он перестал держать мой подбородок, позволил опустить голову, и облокотился ладонью о дерево.
Да, этот вечер не был многословен. Мы снова молчали. В тишине леса слышалось лишь мое тихое прерывистое дыхание. Когда с ресниц упали первые капли слез, я поспешила стереть их рукавом. Грубая ткань неприятно царапнула щеки, вместе с тем немного отрезвила.
– Отпусти, – вновь попросила спокойно. – Ты должен меня отпустить, иначе сделаешь хуже себе.
Его ладонь опять спустилась ниже. Так ненавязчиво он меня успокаивал, потому что знал, иначе будет хуже.
– С чего такие выводы? – мягко поинтересовался асигнатор и, заметив мое сомнение, попросил: – Расскажи, Рей. Если я в чем-то виноват, то…
– Да ни в чем ты не виноват! – я резко на него взглянула. – Не ты, Зер! Я… Пожри меня Истин… В этом никто не виноват.
Асигнатор непонимающе нахмурился, но спрашивать что-либо еще ему больше не пришлось. Я переполнилась, и меня было не остановить:
– Никто, Зер, – повторила спокойнее. – Все уже предрешено и меня скоро…не станет.