От отца страсть к обращению с пращой передалась Умбарку. И вскоре ученик превзошел своего учителя. Они с отцом часто устраивали соревнования на меткость. Чем старше становился Умбарк, тем чаще он выигрывал такие состязания, пока однажды отец не признал поражения, и не перестал вызывать сына на спор, колотя глиняные плошки исключительно для собственного удовольствия.
Умбарк не часто брал в руки пращу, искренне надеясь, что умение обращаться с нею ему в жизни не пригодятся. Но увы, судьба решила все иначе, и теперь жизнь Умбарка зависела от пращи. Ни один зверь обитающий в лесу или в горах, не подпустит человека настолько близко, чтобы он мог пустить в ход нож, или копье. Добыть зверя можно лишь поразив его издали, и в этом плане праща была незаменимым оружием. Тем более, что заряды к ней валялись прямо под ногами. Достаточно было нагнуться, и подобрать с земли подходящий камень, которых в горах было бессчетное множество.
Можно было добыть зверя используя специальные ловушки, капканы, петли и силки. Но это было уделом потомственных охотников, которые по наследству, из поколения в поколение передавали секреты своего ремесла, постоянно совершенствуя их, делая все более действенными. Умбарку, чье фамильное ремесло было далеким от охоты, эти премудрости были неизвестны. Ему приходилось рассчитывать лишь на свое собственное умение, и на удачу.
Пока удача была на стороне ледяного тролля. Он незамеченным выбрался из города, оказавшись вне досягаемости городских законов и стражи. Но главным везением было то, что случившаяся с ним неприятность, обрекшая его на участь изгоя, случилась не зимой. Зимой одиночке в лесу не выжить, и не найти пещеры, которую можно приспособить под жилье. Все вокруг засыпано снегом, заметены все тропки-дорожки, легко пройти в метре от заветной пещеры не заметив ее. Ледяные тролли имели толстую шкуру, и долго без ущерба для себя могли выдерживать низкие температуры, но всему есть предел. И ни накинутое на плечи шерстяное одеяло, ни потрескивающий у ног костер, не спасут от переохлаждения. Если вокруг не будет стен, что укроют тролля от леденящего, пронизывающего зимнего ветра, легко проникающего под одежду, и промораживающего тело до костей.
Оказавшийся в зимнем лесу одиночка обречен, и дело лишь в том, как долго продлится его мучительная агония. Сутки, двое, максимум трое. А затем он умрет где-нибудь под кустом, занесенный снегом, где и будет лежать до весны, если до него раньше не доберется оголодавший хищник. И тогда от несчастного не останется ничего, лишь груда обглоданных костей. Да объеденный череп уставившийся в небо пустыми провалами глазниц. Когда-нибудь, на его обглоданные кости наткнется случайный охотник, и, повинуясь обычаям племени, предаст останки безымянного тролля земле. Если же несчастного занесет слишком далеко от Пандоргана, то костям предстоит оставаться неупокоенными целую вечность, пока время, дождь и ветер, не сделают свое дело, и не превратят останки несчастного в прах.
Умбарку повезло. На дворе стояла осень, благодатное время, когда до прихода первых жгучих ледяных ветров была еще целая вечность. И когда Умбарк оказался в лесу, он пребывал в благодушном расположении духа. И именно поэтому упустил молодого оленя, подпустившего его довольно близко, что большими миндалевидными глазами не отрываясь смотрел на приближающееся к нему странное существо. И лишь когда до него осталось чуть более десяти метров, олень грациозно отпрыгнул в сторону, и секундой позже скрылся из глаз Умбарка, затерявшись среди деревьев. И хотя молодой тролль упустил добрую сотню килограммов мяса, что позволило бы ему без забот прожить несколько дней, он не расстроился. Олень рассказал ему о том, что в лесу полно еды, и нужно быть только чуть более осторожным и осмотрительным, чтобы ее добыть.
Умбарк в первую очередь был озабочен не проблемой поиска пищи. Было у него дело и поважнее, требующее немедленного разрешения. Нужно найти место, где он мог укрыться от непогоды, и от хищных зверей. Помимо двуногих охотников, в лесу водились и четвероногие охотники, которых было гораздо больше. И им было все равно кого съесть, безмозглого оленя, или карманника в десятом поколении, ставшего изгоем. Летом и в начале осени, найти подходящее для тролля убежище было немногим легче, чем зимой. Из-за обилия зелени, чрезвычайно разросшихся кустов и молодой древесной поросли, видимость в лесу значительно ухудшилась, и, зачастую, именно зелень скрывала то, что так жаждали отыскать глаза тролля.