Несколько дней бродил Умбарк по лесу в поисках пригодной для жизни пещеры, спустившись от вершины горы к ее подножию. Пока он находился в поиске, ему пришлось на собственной шкуре испытать все прелести жизни в лесу, и отсутствия крыши над головой. Утром и вечером, когда в сумрачном хвойном лесу царила прохлада, Умбарк был почти счастлив. Его все устраивало, грех было жаловаться на жизнь, особенно если удавалось убить и приготовить кролика, которых здесь, вдали от Пандоргана, водилось превеликое множество. Кролики не боялись людей, и подпускали их к себе довольно близко, что делало их легкой добычей даже для Умбарка, который не мог похвастаться своей принадлежностью к касте охотников. Но когда наступал полуденный зной, душевное состояние Умбарка менялось самым кардинальным образом. И всему виной были гнус, мошкара, и прочая кровососущая, летающая мерзость, с тупым упорством пытающаяся добраться до вожделенной крови. И хотя прокусить толстую шкуру тролля ни под силу было ни комарам, ни оводам, а порой даже невозможно добраться до нее через густой мех тролля, эта гнусная, зудящая мелочь не оставляла своих тщетных потуг. Умбарку приходилось то и дело останавливаться, и обтряхивать себя, чтобы вычистить шкуру от запутавшейся там летающей мелочи. Но более всего его раздражала мошкара и гнус, что зудящим облаком висели перед лицом, лезли в глаза, рот, нос, и даже уши, от которых приходилось постоянно отмахиваться еловой веткой. В это время суток лучше вообще носа в лес не казать, отлеживаясь где-нибудь в укромном месте. Вот только такого места все не находилось, и это не добавляло Умбарку оптимизма, раздражая его все больше. При этом он был убежден, что поблизости пещеры точно есть, возможно, он пропустил уже целую дюжину их, невидимую за непроницаемой зеленой стеной молодой древесной поросли и разросшегося кустарника.
Когда терпение Умбарка оказалось на исходе, и он готов был взвыть от злости и отчаянья, судьба решили смилостивиться над ним, подарив ему искомое. Хотя сначала, увлеченный отчаянным сражением с атаковавшим его гнусом, он прошел мимо, не придав значения увиденному. Маленькая расселина промелькнувшая из-за огромного колючего куста неведомого Умбарку растения. Но, пройдя несколько метров, Умбарк остановился, как вкопанный, бросив на землю еловую ветку, которой он только что разгонял бессчетную армию мошкары. Подобная оплошность стоила ему нескольких мошек попавших в глаза, и в нос. Но Умбарк не обратил внимания на такую мелочь, в другое время вызвавшую бы у него приступ бешенства. Да него вдруг дошло, что это может значить. Умбарк повернул обратно к колючему кусту, и мелькнувшей за ним расселине.
Удача наконец-то улыбнулась ему! В действительности это оказалось не просто расселиной, трещиной в горе, а самым краешком входа в пещеру, основная часть которого была закрыта бурно разросшимся колючим кустом неизвестного происхождения. Несмотря на переполнявшую его радость, Умбарк не бросился в пещеру очертя голову. Он был осторожен, и не собирался лезть на рожон, не зная, что ожидает его внутри. Торопиться ему было некуда. Он нашел пещеру, и оставалось лишь узнать, нет ли у нее хозяев, которые вряд ли захотят уступать ее чужаку.
Насвистывая под нос услышанный однажды в таверне и врезавшийся в память незамысловатый мотив, Умбарк занялся изготовлением факела, благо необходимых для него ингредиентов поблизости было предостаточно, не нужно было тратить время на их поиск. Вскоре Умбарк из просмоленных сосновых веток и мха соорудил вполне приличный факел, с которым и шагнул вглубь пещеры, запалив его от трута и кресала, которые предусмотрительно захватил из дома отправляясь в бега.
В левой руке Умбарка был зажат факел, в то время, как правая сжимала короткий и тяжелый человеческий меч, излюбленное оружие тролля, которым он орудовал с необычайным мастерством. Предпринятые им предосторожности не были излишними, ведь там, в глубине и мраке пещеры его могло ожидать все, что угодно. Пещера с одинаковой легкостью могла быть и необитаемой, и оказаться пристанищем хищника, самым страшным из которых был медведь, справиться с которым в одиночку под силу далеко не каждому троллю. И хотя Умбарк был гораздо сильнее и крепче большинства соплеменников, из-за текущей в его жилах крови королей, он входил в пещеру с осторожностью, опасаясь возможной встречи. Пещерные медведи в их мире пользовались дурной славой. Завидев тролля, они немедленно атаковали, пуская в ход зубы и когти, каждый из которых был немногим меньше меча зажатого в руке у тролля.