Теперь у Умбарка имелось жилье, что значительно облегчало его жизнь, в котором без страха можно было ожидать прихода снега и холодов, которые были не за горами. Умбарк принялся наводить в пещере порядок, первым делом избавившись от груды костей в углу. А затем из еловых веток соорудил ложе, на котором и растянулся с чувством выполненного долга.
Последующие несколько месяцев пролетели для Умбарка, как один день. Он привык к жизни в лесу, даже находил в такой жизни определенную прелесть. И даже приход холодов не воспринял как трагедию. Стало гораздо холоднее, и из пещеры он выбирался на охоту уже не утром, а ближе к полудню, отсиживаясь в пещере, и согреваясь пламенем костра. Чтобы раздобыть ужин, ему приходилось затрачивать гораздо больше времени и усилий, нежели летом. Но все-же крайне редко он возвращался домой с пустыми руками. И лишь с появлением снега, Умбарк на собственной шкуре ощутил, что значит жить отшельником, вдали от цивилизации и ее благ, о которых он стал потихоньку забывать за время вынужденного отшельничества. А еще он узнал, что такое голод. Голод стал постоянным его спутником. Деревья и кусты лишились своего зеленого убранства, облысели, лес просматривался далеко вперед, невозможно стало незамеченным подобраться к зверю, ставшему зимой еще более пугливым и осторожным. Многие звери погрузились в спячку, и теперь в лесу за право обладанием добычей развернулась нешуточная борьба. Где с одной стороны был ледяной тролль, а с другой обитающее в лесу голодное и злое хищное зверье. И далеко не всегда в этом противостоянии удача оказывалась на стороне тролля. Случалось и ему спасаться бегством от волчьей стаи, когда его единственным спасением становились деревья, на которых приходилось просиживать по несколько часов, пока осадившая дерево стая не теряла терпение, и не убиралась прочь, в поисках более доступной добычи.
Изредка троллю удавалось убить пращой неосторожно выскочившего из своего укрытия зайца, высунувшуюся из дупла белку, или некрупную птицу, ковыряющую ягоду из-под снега. И тогда в пещере Умбарка был праздник. Но это случалось крайне редко, и чем холоднее становилось за стенами жилища, тем реже становились праздники живота у тролля. Основным его блюдом стали еловые ветки, горькие на вкус, от которых Умбарк еще пару месяцев назад презрительно воротил нос. И с каждым новым прожитым днем, Умбарку становилось все труднее запихивать в глотку эту гадость, и ел он только тогда, когда желудок начинало сводить невыносимой болью от голода.
В поисках добычи Умбарк уходил все дальше от дома. Он понимал, что долго не продержится, что выжить зимой в лесу в одиночку невозможно. И он искал. Искал следы зверей и птиц, а больше всего надеялся найти следы таких же, как он изгоев. И хотя ему мог повстречаться охотник, такой вариант Умбарка тоже устраивал. Он убьет охотника, и заберет его добычу, одежду и прочее имущество, еще на несколько дней отсрочив свою неминуемую кончину. Но, как Умбарк не старался, кроме редких следов животных и птиц обитающих в зимнем лесу, ему ничего на глаза не попадалось, хотя он исколесил окрестности пещеры во всех возможных направлениях.
Умбарк понимал, что если хочет выжить, то должен рискнуть, и в поисках своих навсегда покинуть ставшую родной пещеру. Он ждал подходящего случая, чтобы решиться на это. И вскоре такой случай настал. Ему удалось добыть молодого оленя, раненого неведомым хищником, и чрезвычайно ослабленного, что позволило Умбарку приблизиться к нему довольно близко, чтобы нанести точный, убийственный удар. В тот вечер в пещере Умбарка царил праздник. После огромного куска жареного мяса ему стало так хорошо, так потянуло в сон, что он напрочь забыл о лелеянном им походе. И только утром, наткнувшись на огромный сугроб у входа в пещеру нанесенный ветром, прислушиваясь к завыванию метели снаружи, ледяной тролль решился.
Сборы в поход отняли у Умбарка всего пару минут, так как никаких припасов, кроме освежеванной и завернутой в шкуру туши оленя у него не было. А затем тролля поглотил лес, зелень вечнозеленых сосен и елей на ослепительно-белом снегу. Три дня и три ночи Умбарк был в пути, ориентируясь по звездам держа курс строго на юг. Умению ориентироваться по звездам его научил отец, хотя молодой тролль искренне верил, что подобные навыки в жизни ему никогда не пригодятся. И до скончания своих дней он будет жить в милом сердцу Пандоргане, расположенном на одной из высочайших вершин Пандорийских гор. Умения полученные от отца Умбарку все-же пригодились. Он верил, что они помогут ему сохранить жизнь, если он и впредь будет следовать заветам отца. Отец часто говорил ему о том, что если случится беда, и ему придется навсегда покинуть город, то двигаться нужно на юг, к берегам бескрайнего и необъятного океана. Где выжить гораздо легче, нежели в непролазных лесах, или скалистых горах Пандории. На берегу океана всегда есть чем поживиться, и если станет совсем плохо, то выжить он сможет только там. А еще отец дал ему заветное слово, знаменующее его принадлежность к воровскому миру, которое хранили в тайне даже ведомые на эшафот преступники. Только человек знающий заветное слово мог рассчитывать на то, что его примут в разбойничью семью, и не убьют при встрече.