Священные леса эльфов стали конечной целью Орды, после чего она повернула обратно. Подземелья дворфов и человеческие города не интересовали управляющих ордой демонов. Битва при Сонной Лощине стала ключевым моментом этой эпопеи, после чего Орда повернула вспять, и утекла по проложенной ею дороге через павшее королевство эльфов превращенное в безжизненную, пепельно-серую пустошь.
Оставшиеся отряды орков и примкнувшей к ним разнообразной нечисти, быть может, не зная того, были призваны сыграть определенную, немаловажную для демонов роль. Отвлечь внимание, оттянуть на себя нечто, могущее представлять для демонов опасность. Хотя Миранда Шепот Ночи даже представить себе не могла, что могло бы представлять опасность для непобедимой Орды, и стоящей за ней древней магии.
Отряд, к которому примкнула Миранда, состоял из двух десятков молодых женщин и мужчин, в чью обязанность входила защита племени на время отсутствия более старших товарищей. Но, после поражения эльфов в битве при Сонной Лощине, старшими стали они, и на их плечи легла ответственность за сохранность остатков Священного леса, очищение его от поселившейся там скверны.
До вчерашнего дня отряд успешно справлялся со своей миссией, раз за разом выявляя, и безжалостно уничтожая шайки орков и их приспешников. Сравнительно небольшие, чтобы с ними можно было справиться без чьей-либо помощи. Тем более, что в глубине пустоши, вдали от любимых лесов, позвать кого-либо на помощь было невозможно. Пустошь была напрочь лишена растительности, уничтоженной огнем прошедшей Орды, и передать свое послание с просьбой о помощи они не могли.
Отряд Миранды пересек огромную пустошь, заставляющую болезненно сжиматься сердце, практически полностью, и уже видел маячащие далеко впереди контуры леса, указывающие на то, что тех мест не коснулась принесенная ордой скверна. Позади было много дней пути, и несколько коротких, яростных стычек с небольшими отрядами орков решивших обосноваться в пустоши, чтобы оттуда совершать дерзкие, стремительные набеги на близлежащие окрестности, избрав разбойничью жизнь своим ремеслом.
Дело близилось к вечеру, и ведущий эльфийский отряд Дарион Блистательный Меч отдал приказ об остановке. Эльфы решили заночевать здесь, чтобы с первыми солнечными лучами поспешить навстречу лесу, чьей чарующей зелени они не видели уже много дней. Ничто не предвещало опасности. Мертвая, давящая тишина, к которой невозможно было привыкнуть царила в этом невероятном, в одночасье ставшим для них чужим, пепельно-сером мире. К мертвой тишине лишенной даже намеков на звук невозможно привыкнуть. В давящей на мозг тишине трудно уснуть, даже измотав себя многочасовым переходом, наполненным постоянным ожиданием опасности. Но, в конце концов, усталость дает о себе знать, и, далеко за полночь, эльфы засыпают, установив по периметру незаметные в покрывающей землю пепельной пыли ловушки, должные оповестить их о приближении неприятеля. И хотя за все время странствий по пепельной пустоши эти ловушки им ни разу не пригодились, но они были далеко не лишними.
Особенно после последней стычки, случившейся пару часов назад, когда они неожиданно налетели на бредущий с добычей вглубь пустоши отряд орков. В той схватке они потеряли троих, убив всех встреченных орков. Но, как оказалось потом, они рано праздновали победу. Немного позже, когда схлынула эйфория победы, они обнаружили в сотне метров от места сражения следы двух пар голых ног принадлежащих оркам. Что это за орки, было уже не важно. Орки узнали об их существовании, и, не ввязываясь в драку поспешили исчезнуть в пепельной пустоши. И когда эльфы обнаружили их следы, преследовать беглецов было уже слишком поздно. И только одним небесам было известно, куда они ушли, ища укрытия, или спеша за помощью.
Ответ на этот вопрос дала ночь. Ближе к утру сработали установленные эльфами по периметру лагеря ловушки, истошным свистом предупредив спящих об опасности. Пара мгновений потребовалось эльфам, чтобы проснуться, вскочить на ноги, и изготовиться к бою. К тому времени как на них нахлынула выкатившаяся из темноты толпа орков, каждый из эльфов успел послать в наступающего неприятеля по несколько стрел, каждая из которых находила свою цель. Воздух над пустошью наполнился яростными воплями орков, криками раненных, и предсмертными стонами умирающих. Всего нападавших было около полусотни, это эльфы узнали утром, после сражения. Но тогда, в самом начале схватки, казалось, что их гораздо больше, и что на смену каждому сраженному стрелой орку приходит пара новых воинов.