Укромное место нужно еще где-то найти, что сделать совсем не просто. Земли расположенные за огриными болотами уже тысячи лет имеют хозяев, которым вряд ли придется по нраву появление на их земле чужака. С одной стороны болот раскинулись земли гноллов, злобных и жестоких полулюдей-полугиен, с которыми у огров обитающих в приграничных землях издавна сложились весьма напряженные отношения. А точнее непримиримая вражда. Когда то одни, то другие, нападают на соседей, чтобы ограбить, и отнять чужую жизнь. По другую сторону от владений огров простирается Черная дорога, место, от которого все живое в округе старается держаться подальше. За Черной дорогой начинаются владения эльфов, Священный лес, доступ в который чужакам строго-настрого воспрещен. И хотя нередко самые отчаянные из огров выгнанные из болот голодом вторгались в земли эльфов, пересекая запретную для прочих живых существ черту, ни к чему хорошему это не приводило. Владения эльфов богаты добычей, поймать которую по причине ее непуганности гораздо легче, нежели в землях огров. Но огры старались не злоупотреблять вылазками за Черную дорогу, ведь там, в мире эльфов, также легко как и поймать добычу, можно поймать и эльфийскую стрелу. Об этих непревзойденных лучниках гремела слава по всей планете. Им ничего не стоило всего одной стрелой отправить к праотцам даже такое толстокожее, и практически неуязвимое создание, как огр.
Хэнк Живоглот не собирался отсиживаться на родном болоте, или становиться изгоем. Он особо не заморачивался вопросом, что делать. Ответ был предельно ясен и очевиден. Нужно идти по следам орков, догнать их, переломать им кости, а затем сожрать. Живьем, наслаждаясь их предсмертными воплями. При мысли о том, как он будет обгладывать ляжку бьющегося у него в руках в предсмертной агонии орка, Хэнк Живоглот облизнулся, смахнул с лица набежавшую лужицу воды. Проклятый дождь шел уже третьи сутки кряду. Нудный, мелкий, моросящий, начавшийся вскоре после того, как Живоглот покинул родное болото, отправившись по следам ночных визитеров, прихватив с собой вырванную с корнем из тела медведя огромную волосатую заднюю ногу.
Большего Хэнк не мог себе позволить, хотя расстаться с медвежьей тушей, могущей радовать его на протяжении целой недели, было превыше его сил. Но иного выхода не было. Тащить с собой всю тушу значило никогда не догнать обидчиков, и не поквитаться с ними, а этого себе Хэнк позволить не мог. По этой причине Живоглот голодал уже двое суток, сожрав и обглодав до белизны медвежью ногу в первый же день пути. Охотиться по дороге у него не было ни времени, ни желания, да и возможности тоже. Вся обитающая в округе живность пережидала непогоду в теплых и сухих норах, или берлогах, и им не было никакого дела до мучений огромного злобного великана. К тому же следы оставленные орками с каждым днем становились все более нечеткими и расплывчатыми, грозя однажды исчезнуть вообще, поставив крест на мечтаниях Хэнка о мести, полной крови и мучительных воплей орков.
Он обязан найти орков и поквитаться с ними за все, и он обязательно это сделает, причем очень скоро. Он чувствовал, что они где-то рядом, быть может уже за тем, лежащим впереди небольшим болотцем, противоположный берег которого не проглядывался из-за водяной хмари окутавший мир. С каким-то отстраненным любопытством огр подумал о том, есть ли на этом болоте хозяин, или же оно необитаемо, как и сотни других больших и малых болот в их землях. Было бы неплохо встретиться с его хозяином, пообщаться с ним на предмет еды. И если хозяин окажется не слишком сговорчив, можно пустить в ход дубину, а затем с удовольствием отобедать негостеприимным хозяином болота. Он обязательно сделает это позже, после того, как расправится с эльфом.