— Нет. Я не стану предателем.
— Предатели те, кто сломал твою волю. Ты разочаровал меня, Маррод. Прощай.
Обладающий сделал шаг и остановился:
— Знаешь, я открою тебе тайну. Потому что ты все равно ее не поймешь. Смысл «состояния Рэн» в отказе от действия, в нежелании победить или умертвить противника, в стремлении избежать боя. В любви к жизни.
Орвинн повернулся и ушел. Больше Маррод его никогда не видел.
Он не боялся ни морронов, ни дурной славы приграничных земель. У Маррода была цель, и он стремился к ней с неумолимостью выпущенной из лука стрелы. Ничто не остановит его, он выполнит волю Совета и станет Обладающим.
Не раз он был на волоске от гибели, вступая в схватку со зверем или с морронами. Маррод не избегал опасности — он искал ее и наслаждался возможностью испытать себя, сыграть со смертью в кости и выиграть.
Прибыв в Арнир, Маррод хватался за любую возможность заработать и пробиться наверх, ближе к эмонам и одану. Он был полу–наемником, полу–мергином, но из множества подобных себе выделялся непомерным честолюбием, неукротимым вспыльчивым характером и непоколебимой верой в себя. Среди наемников он быстро стал известен, но своим никому не стал. Те, кто знали его, старались держаться подальше. Для Маррода не существовало друзей, а враги умирали очень быстро. Все знали, что этот человек убьет даже за неосторожное слово.
Маррод презирал арнов и не сохранял жизнь побежденному, не размениваясь на мольбы о пощаде или асиры. Обнажавшие против него оружие неизменно погибали. Лишь однажды он оставил противнику жизнь. Несмотря на множество ран, воин не просил пощады, ожидая смерти, как должное. И Маррод не добил его. Этот арн не просил пощады не потому, что знал о тщетности этого, нет. Он, как и Маррод, играл со смертью и не страшился ее. Маррод встретил такого человека впервые, и его холодное презрение к варварам пошатнулось. Сильные духом люди встречались и у них.
Когда в оданстве объявили награду за его голову, Маррод ушел на север. Однажды жители хеша, мимо которого он проходил, упросили странствующего воина обуздать лесных мергинов, обиравших и без того нищих поселян. Маррод взялся за работу не ради денег. В качестве платы хешимы предложили еду и любую девушку. Эльд лишь усмехнулся. Он немедленно отправился в лес, нашел логово мергинов и убил всех. Посланные туда хешимы вернулись белыми от ужаса: куски тел разбойников были разбросаны по поляне, а головы торчали на кустах и деревьях. Маррод провел ночь с приглянувшейся девушкой, утром задушил ее и ушел. Местные жители прокляли страшного гостя и обходили то место в лесу стороной.
Люди избегали его, и Марроду это нравилось. Он презирал и ненавидел варваров, получивших знания эльдов и не желавших за это платить. Та девчонка могла родить от него полукровку, и Маррод убил ее. Он не желал, чтобы его кровь смешалась с кровью арнов.
Следов отца он не нашел. Эльд Эндор исчез. Маррод вызнал, что человек с таким именем бывал в Гарде — небольшом городке на берегу Восточного моря. Маррод отправился туда — и не зря. Ему показали дом, где жил отступник и сказали, что у него была семья. Семья!!
Если в душе Маррода оставались какие‑то сомнения, то в этот час они умерли. Отец изменил не только народу, он изменил ему, своему истинному сыну — женился на варварке! Изменил крови Древних, смешав ее с кровью арнов, родив ублюдка! Он бы с удовольствием вырезал эту семью, но, как сказали, жена Эндора давно умерла, а сын исчез и давно не появлялся в городе. Имени его никто не помнил.
Прибыв в Гурдан, Маррод был вынужден измениться. В этом оданстве нельзя быть вне закона — это помешает делу. Здесь никто его не знал, и уже неплохо владеющий языком арнов Маррод стал искать путь наверх. Но все оказалось сложнее.
Проклятые фагиры, потомки переметнувшихся к арнам эльдов, казалось, предвидели все. Законы и само устройство Арнира смеялись над попытками иноземцев стать кем‑то значимым. Не состоявший в списках эмонских родов человек не мог занять более или менее весомое положение при дворе. Не мог и купить его.
Ирония заключалась в том, что в венах Маррода текла настоящая, неразбавленная кровь Древних, в то время как эмоны, кичившиеся своим положением и не считавшие эльда за равного, не имели и десятой доли этой крови. Маррод лишь скрипел зубами. Чтобы выполнить волю Совета и пробраться наверх, в окружение одана, необходимо стать эмоном — но как? Эмонами не могли стать, ими рождались, а не становились. Неужели Совет этого не знал? А если знал, то дал заведомо невыполнимое задание?
Но капли воды точат камень, а целеустремленность Маррода была подобна водопаду. Он не сдавался и искал любую возможность, он не мог вернуться ни с чем. Юноша знал: нет большего позора для воина, чем взяться и не выполнить порученное Советом. Это вопрос чести эльда и цена звания Обладающего. Он не может отступить.