Двери распахнулись, и маленький зал тотчас же стал тесен. Четверо вооруженных до зубов мужчин ввалились внутрь, последний вел за руку девушку. Компания проследовала мимо воина и расселась у сложенного из неотесанного камня камина. Улнар почуял оценивающие взгляды, но встречаться глазами ни с кем не стал и сидел, уткнувшись в кружку с вином. От его взгляда не укрылись незапечатанные мечи, бледное, испуганное лицо девушки и запах, который настоящий воин не спутает ни с чем: запах свежепролитой крови…
Хозяин метался, как угорелый, на помощь ему явилась высокая сутулая женщина. Стол для гостей был покрыт скатертью и уставлен серебряными чашами. «На его месте я бы тоже суетился, — подумал воин. — Ссориться с этими людьми себе дороже, а в этой глуши — ни стражей, ни фагиров.»
Улнар глянул на девушку, и глаза их встретились. Здесь что‑то не так, подумал он. Взгляд незнакомки был затравлен и жалок, как взгляд попавшего в ловушку зверя. Она молчала, но глаза сказали все.
«Какое отношение имеют эти люди к ней? Ставлю сотню, что она эмонских кровей, — подумал воин, — прекрасно одета, платье стоит целое состояние, даже пуговицы из чистейших асиров! Парни неплохо вооружены, бывалые вояки, но не телохранители, судя по грубому языку и скабрезным шуткам. Слуги так себя не ведут. Что она делает здесь, в глуши, с такой компанией?»
Скрыть интерес не получилось. Воин в длинном, до пола, плаще встал и подошел к столу Улнара. Бледно–серые глаза и острый хищный нос выдавали в нем северянина, уроженца Гурдана.
— Ты поел? Теперь убирайся!
Улнар приподнял голову. Он понял: этот человек способен убить, не задумываясь. Улнару случалось видеть такие глаза, принадлежащие скорее зверю, чем человеку.
— Я еще не допил! — возразил он с вызовом, но заплетавшимся языком. Сидящие у камина захохотали.
— Оставь его, Тарх, — сказал старший, могучий далорец с плечами и шеей невероятных размеров. Такой сломает хребет любому голыми руками. — Иди, выпьем за нашу удачу.
Гурданец скользнул по воину ледяным взглядом и отошел.
Через минуту на Улнара не обращали внимания. Компания веселилась, явно намереваясь провести здесь и вечер и ночь. Уши воина улавливали отдельные фразы, но четко определить, что это за люди, он не сумел. Улнар склонил голову на локти, опрокинул недопитую кружку и замер. Трюк удался. Приняв его за пьяницу, компания разговорилась.
— Завтра мы получим награду. Дождемся утра — и мы богачи!
— Мой отец заплатит вам больше, — тихий голос девушки прозвучал звоном ручья, тут же заглушенный грохотом осыпавшихся камней.
— Это вряд ли! — захохотал гурданец.
— Я бы может, и согласился, но не в этот раз, — усмехнулся другой.
— Да, ты прав. С Гретворном шутить не стоит.
— Это так.
— Отчаянная была рубка!
— Зато хорошая награда! Выпьем еще!
«Похоже, парни выкрали ее, — думал Улнар, слушая, как звенят их чаши. — А здесь у них встреча с тем, кто заплатит. Мое какое дело?»
Он лежал, притворяясь пьяным, но из головы не шли полные отчаяния глаза девушки. Зачем ее похитили? Ради выкупа? Но, судя по речам, им заплатит не отец и не муж девушки, иначе она не выглядела бы столь несчастной. Эти парни вне закона, наемники, берущиеся за любую кровавую работу. Подобных им позволялось убивать без суда, но справиться с такими непросто. Улнар умел отличать бывалых рубак от пустых бахвальщиков. Эти простаками не были. Даже полупьяные, они опасны, если набросятся разом.
— Помогите!
Улнар вздрогнул. Девушка взвизгнула, и раздался звук пощечины. Наемники засмеялись.
— Не трогай ее, Тарх! Она должна быть целой и невредимой.
— Можно и не трогать, Роттер, пусть только покажет свои эмонские штучки! Хочу посмотреть, в чем разница!
— Хватит, говорю!
Послышался шум борьбы, заскрипели лавки, что‑то разбилось, чаша покатилась по полу.
— А ну, иди, проветрись! — голос старшего был грозен, и Улнар не удивился, услышав сдавленные проклятья Тарха. Широкоплечий был лидером, и гурданец не посмел прекословить.
— Ты, отведи девушку в комнату и запри, — произнес Роттер. — Ставни проверь. Ключ принесешь мне.
Шаги мергина и похищенной затихли вдалеке, и Улнар понял: если действовать — то сейчас.
Тарх прошел мимо, воин пошевелился и, будто бы потеряв равновесие, повалился под стол. Сидевшие за столом расхохотались. Пошатываясь, Улнар поднялся и, прихватив мешок, двинулся к выходу.