Спотыкаясь, перепрыгивая через камни, люди бежали за ним. У них было оружие, но схватка с десятками морронов станет для измученных беглецов последней. В одном из походов Улнару довелось испытать излюбленную тактику морронов — гнать противника, изматывая наскоками и обстрелом издали. Много воинов погибло так, бесславно, под дождем морронских дротиков и стрел.
Дикий гортанный крик раздался сзади, затем справа. Все же выследили!
— Не останавливаться! Бежать!
Ноги подгибались, тело ломило от голода, но страх придавал сил. Люди бежали так быстро, как могли. Улнар оглянулся: так и есть, их обнаружили и гнали, как степную дичь.
Не скрыться, не спрятаться. Ни камней, ни деревьев — море трав вокруг…
— Все, я остаюсь, — тяжело выдохнул Фран. — Бегите!
Охотник остановился, выхватил стрелу и вскинул лук. Улнар замедлил бег. Он понял: не спастись. Так лучше умереть, сражаясь!
Чернолицые окружали их. Голоса морронов слышались отовсюду, над травой мелькали черные поджарые тела. Фран спустил тетиву, но не попал. «Почему они не стреляют?» — озираясь, думал воин. Мишени из незащищенных щитами и доспехами людей были превосходные. — Стоим рядом! — крикнул Улнар, понимая, что в конечном счете их действия ничего не изменят. Так или иначе, с потерями или без, морроны убьют и сожрут их…
Нарн затравленно завыл и бросился бежать, хотя бежать было некуда. Чернолицые слаженно кинулись наперерез. Взвились арканы — и опутанный человек упал в траву. Улнар видел, как к упавшему бросился долговязый моррон. Сейчас он вырежет и съест еще горячее сердце. Так они обычно делают с пленниками. То же будет и с ними…
Фран выстрелил. Моррон вскрикнул и повалился в траву.
— Сегодня у вас будет много мяса, — процедил охотник. Чернолицые приближались. Фран стоял плечом к плечу с воином и посылал в кочевников стрелу за стрелой. Ранил нескольких, но, к изумлению Улнара, кочевники не ответили стрельбой, а отошли и выжидали. Чего?
— Я им живым не достанусь! — процедил мергин и, прежде чем Улнар повернулся, бросился на меч. Окровавленное острие вышло из его спины.
— Стрелы кончились, — опуская лук, угрюмо проронил охотник.
— Я себя убивать не стану, — сказал Улнар. — Убьем пару черных тварей — умрем не зря!
Видя, что охотник больше не стреляет, морроны приблизились. Улнар различал боевую раскраску на лицах и сухих, поджарых телах. Еще ближе. Десять шагов…
— Прощай, друг! — не дожидаясь, пока раскрутят арканы, Улнар ринулся вперед. Уклонившись от петли, он отшвырнул ногой бросившегося наперерез моррона и вклинился в толпу врагов. Черный клинок мелькал с быстротой птичьих крыльев, раненые и убитые падали на песок. Улнар сражался с яростью обреченного, потому что нет надежды и некуда отступать. Он умрет под луной Игнира, с мечом в руках!
Морроны расступались перед ним и, убив нескольких, Улнар остановился. С ним не сражались — кольцо врагов окружило, но не трогало воина. Что они задумали?
Улнар увидел женщину. Высокую, чернокожую, с красивой маленькой грудью и покрытым ритуальными шрамами животом. Черные волосы ниспадали ей на плечи, на кончиках прядей висели цветные бусины и костяные фигурки. Из одежды на ней была лишь юбка из красной материи, едва прикрывавшая покрытые татуировками бедра и подпоясанная ремнем из змеиной кожи.
Она была вооружена. Длинное, окованное черным железом копье с бунчуком лежало на ее плече. Морроны молчали, и воин видел, как постепенно смыкается круг.
— Сложи оружие, воин, — сказала женщина на довольно сносном арнском, и Улнар не поверил ушам. Она знает язык арнов! Улнар знавал воинов из Братства, учивших язык нелюдей, чтобы допрашивать захваченных в плен морронов. Он и сам знал несколько слов, но чтобы морроны говорили по–арнски!
— Тебя не тронут, — голос ее был резок и властен, а глаза… Не раз смотревший в лицо смерти воин не смог выдержать взгляда немигающих желтых глаз. Это ведьма, клянусь Игниром, в смятении подумал Улнар, морронская ведьма!
— Я обещаю тебе жизнь, мое слово крепко.
— Почему я должен верить тебе? — рука воина, державшая меч, одеревенела от напряжения. Он очень устал. — Зачем морронам моя жизнь?
— Взгляни на своих друзей. Они живы, — женщина взмахнула рукой, строй чернокожих расступился. Улнар увидел пленников, привязанных к повозке. Живых.
— Пока живы. Пока вам не захочется жрать!
Все это ложь, колдунья хочет ослабить его внимание, а сзади накинут аркан… Он оглянулся, но ни один из морронов не приблизился, а от брошенного за десяток шагов аркана он увернется. Но зачем она говорит с ним?