Но сейчас он понял, к чему следует стремиться, и явственно увидел свою цель, а также понял, каким способом она достижима. Неприятное чувство в душе пропало, а пустота растворилась. Грея себя мечтами о своем наконец-то прояснившемся будущем, Том расслабленно перевернулся на другой бок и провалился в глубокий сон.
Проснулся от едва заметного движения возле себя. Мгновенно выхватив из-под подушки волшебную палочку, он вскочил и выставил ее перед собой. Он ожидал увидеть Даррена или как минимум фигуру в темном плаще и накинутом на голову черном капюшоне, но, к удивлению, никого рядом с собой не обнаружил. Он по-прежнему находился в спальне один, однако, пока он спал, в ней произошли заметные перемены. Вещи Ориона вновь оказались сложены в аккуратный ряд, а чемоданы Абраксаса починены и поставлены один на другой. Следы вчерашнего разгрома пропали, включая порванные перья, разорванные учебники и разбитые чернильницы. Превращенные в лохмотья простыни и одеяла были заменены свежими и заправлены поверх кроватей. Оглядевшись, Том только сейчас понял, что стоит возле своей постели, а на ее спинке висит его одежда - постиранная и выглаженная. Пока он спал, домовики наконец соизволили заняться делами и навели тут порядок, заодно перенеся Тома с кровати Ориона на его собственную.
Одевшись и умывшись, он вышел в гостиную. Произошли перемены и там. Светильники горели привычным зеленоватым светом, а в каминах весело потрескивали поленья.
Живот призывно заурчал, одновременно с ним проснулась сильная жажда, требуя воды для пересохшего и начинавшего саднить горла. Замок все еще пустовал, и Том безо всякой надежды зашел в Большой зал. Как он и ожидал, длинные деревянные столы пустовали, а по помещению вовсю гулял сквозняк. Заглянувшее в огромные окна солнце сообщило о позднем утре. От нечего делать Том неспешно вернулся в вестибюль и встретил там Слизнорта. Зевая во весь рот, волшебник задумчиво спешил к выходу.
- Профессор! - окликнул он колдуна.
- Томас, мальчик мой! - Мужчина зябко поежился и плотнее закутался в мантию. - Представляешь, за всю ночь так и не удалось прилечь - столько дел, столько дел... Один приезд студентов чего стоит. А ведь я говорил - не успеем, просил отложить на недельку. Но куда там! Никто не захотел меня даже слушать...
- А что решили насчет меня? - поинтересовался Том.
- Тебя? Ах, ну да... Что за день, что за день... Так вот... Обвинения сняты, подозрения забыты, инцидент исчерпан.
«Извиняться, конечно, никто не будет. И за дементора прощения не попросят», - ехидно подумал Том.
- Значит, я остаюсь в Хогвартсе? - уточнил он.
- Разумеется, ни о чем не беспокойся. Об этом никто больше не узнает, и твоя репутация не пострадает, - заверил волшебник. - Ты, конечно, понимаешь, что и тебе лучше о случившемся вчера не распространяться. Министерство в целях безопасности и спокойствия старается держать подобные события втайне.
За дубовыми дверьми главного входа послышался нарастающий шум, и спустя несколько секунд они беззвучно распахнулись. Слизнорт, всплеснув руками, поспешил в их сторону. Том последовал за ним. Выйдя на мраморную лестницу и остановившись возле колонны, вершину которой венчал крылатый вепрь, он наблюдал, как по ступеням резво поднимаются студенты. Первыми шли старшекурсники во главе с преподавателями. Ниже на петляющей подъездной аллее виднелись школьники младших курсов, среди которых Том разглядел знакомые лица Поппеи, Ориона и Абраксаса. Некоторых детей сопровождали родители.
Солнце скрылось за огромными фиолетовыми тучами, которые вскоре разразились нудным моросящим дождем.
- Мое почтение, - обращался Слизнорт едва ли не к каждому родителю, с некоторыми здоровался за руку, а с иными перекидывался короткими фразами. Неожиданно он замер, едва слышно вымолвив удивленным голосом: - Не верю глазам, Малькольм Цезоний. Он так редко в последнее время покидает родовой дом...
С этими словами он, не обращая внимания на усиливающийся холодный ветер, поспешил вниз по лестнице. Заинтригованный, что за личность прибыла в Хогвартс, Том, не отрывая взгляда, следил за волшебником. Тот проскочил мимо нескольких седовласых чародеев, ступавших с важными и напыщенными лицами, удостоив их легкого кивка головы, и остановился перед низеньким старичком в огромном берете и ярко-зеленой мантии. Он неспешно шел под руку с Кариной, опираясь на трость.
Одним из первых двустворчатой двери достиг Конор Лафферти. Он нашёптывал идущей с ним рядом симпатичной девушке что-то на ухо. Слизеринка едва заметно покраснела, а затем захихикала, прикрыв рот ладонью. Парень скользнул по фигуре Тома взглядом, на мгновение их взоры встретились, и в следующее мгновение Конор поприветствовал его коротким взмахом руки.