- Брат Иоанн! Что с тобой! - Доменик прикоснулся к ее плечу. Агнесса вздрогнула. Она была похожа на мраморное изваяние. Еще минута и она бросилась к монаху:
- Брат мой, Доменик, ответь мне, положив руку на сердце, что ты думаешь обо мне?
Испугавшись такой резкости, Доменик отшатнулся в сторону.
- Не понимаю, о чем ты, дорогой мой Иоанн! Я привязался к тебе и люблю тебя, как собственного брата...
Агнесса гневно повела бровями:
- Как собственного брата?! Я не могу быть тебе братом, я женщина!.. - сказала она, в порыве чувств, испугавшись собственного голоса. Воцарилось молчание. Доменик в ужасе отшатнулся:
- Что говоришь ты, брат мой?! Рассудок твой помутили демоны! Ты... бредишь... Снова лихорадка?!
- Я - женщина, - тихо повторила Агнесса, опустив глаза. Потом, в порыве страсти, снова бросилась к Доменику:
- Но, умоляю, не выдавай моей тайны, ты погубишь меня, если кто-то узнает, что я... - он закрыл ей рот рукой:
- Молчи, молчи, посланник ада, демон-искуситель, не произнеси в этих стенах своих лживых и грешных речей!
- Не веришь? Я докажу тебе! - в считанные секунды она обвила его шею руками и ее губы прикоснулись к губам Доменика. Он в ужасе оттолкнул ее, словно безумный, помчавшись прочь.
- Peractum est! (кончено! - лат.) - проговорила Агнесса, улегшись на полу, подогнув колени к подбородку и обхватив их руками. В ушах звучал голос, словно ударом колокола, отчеканивая каждое слово: "...и вот, произошло великое землетрясение, и солнце стало мрачно, как власяница, и луна сделалась, как кровь;
И небо скрылось, свившись, как свиток; и великая гора и остров двинулись с мест своих", - (Откр, 6, 12-14).
5
Агнесса ждала самого худшего. Доменик расскажет все настоятелю. Ее ждет костер... "Может быть, тайно бежать?" - подумала она. - А может все-таки расскажет?" Сомнения не давали покоя. Она пыталась отвлечься, мысленно дискутируя сама с собой по поводу возникновения ересей. На ум пришло движение павликан, уже с 7 века ставшее настоящей религиозной сектой, распространившееся в Америке и Сирии. Их идеология послужила причиной крестьянского восстания. Они также примыкали и к восстанию Фомы Славянина, который стремился к захвату Византийского трона. В чем же заключается эта еретическая идеология? Думала Агнесса. И кто же в конце концов прав? Церковь для павликанцев служит сатане, потому как принадлежит к миру материальному, а мир материальный - мир зла, созданный сатаной.
А пятый век?.. Учение монофизитов и несторианцев? Для первых Иисус не был богочеловеком, а был Богом. То есть человеческая природа Христа была поглощена божественной. И Вселенский Халкидонский собор осудил это учение как ересь еще в 451 году, утвердив Иисуса как Бога и человека в одном лице. Несторианское движение осуждено Вселенским собором еще в 431. Константинопольский патриарх Несторий утверждал, что Иисус, рожденный человеком, лишь потом стал Богом, благодаря Преображению и Боговоплощению.
Не смотря на то, что эти учения объявлены ересью, они получили широкое распространение и живут по сей день...
Агнесса спохватилась, вспомнив, что мальчики уже давно ждут ее в школе. "Будь, что будет, я не убегу из монастыря", - решила она.
Ученики уже давно ждали брата Иоанна Ланглуа и Агнесса тысячу раз пожалела, что раскрыла Доменику правду. Это был слишком большой риск. Ученики любили Иоанна как мудрого и справедливого учителя.
- А посредине два флота видны:
Корабельные груди
Кованной медью блестят...
Вот Август на битву вперед увлекает
Храбрых сынов италийских, сенат и народ...
Вот победитель Востока от Красного
Моря Антоний.
Мчится с богатой добычей знамен и доспехов.
Тысячи весел бьются по волнам; корабли острой
Грудью валы рассекают, кипят опененные воды.
Сыплют летучие дроты и стрелы;
Зажженная пакля
Всюду летит... - Агнесса знала наизусть чуть ли не всю "Энеиду" Вергилия, поэтому рассказывала ее ученикам, не заглядывая в книги. Мальчики должны были учить античных авторов, Карл хотел видеть своих подданных просвещенными.
День пролетел в суматохе. Агнесса сегодня не видела Доменика. Его не было ни в школе, ни в скриптории, ни на поле. Словно бы он куда-то пропал. А может быть настоятелю уже известно?
Агнесса заканчивала вечернюю молитву, когда открылась дверь. На нее смотрел Доменик. Его глаза были такими же бешенными, как и вчера вечером. Агнесса смотрела на него с ужасом и трепетом. Она понимала в эту минуту, как сильно любит этого человека и что с ним связана его жизнь, даже, если ей и грозит казнь.