— Причер — моя жена Кэт. Кэт, это Причер.
Она хотела подать ему правую руку, потом спохватилась и крепко пожала его левую.
— Рада познакомиться, Причер.
— Я тоже, миссис Донахью.
— Кэт, — поправила она.
— Я тоже, Кэт.
Они оставили компанию, в которой сидели, и прошли с ним к его костру в верхней части лагеря, выпили с ним пива и закусили картошкой с бараньими ребрышками; мужчины говорили, а Кэт слушала. Был поздний вечер, небо очистилось и звезды сияли; вскоре подошли другие люди и увели с собой Донахью. Кэт побрела по лагерю одна, останавливаясь и отвечая на дружелюбные реплики, слушая, присаживаясь к разным кострам и принимая предложенное пиво. И наконец оказалась у самого мемориала, стала слушать, как трепещут на ночном ветру поднятые флаги.
— Удивительное место.
Она обернулась и увидела человека по имени Причер. Вокруг них, во мраке, точно призраки, передвигались ветераны.
— Я как-то слыхала одно сравнение, — сказала она. — Про флаги на ветру. — Может быть, этим вечером, а может быть, и раньше. — Кто-то сказал, что звуки, которые они издают, похожи на шум вертолетного винта.
— Шум вертолетов, которые летят тебя спасать, ни с чем не спутаешь.
Она поглядела на него.
— Вы были там, да? Вы участвовали в том бою, за который Джека наградили Серебряным крестом?
— Да, я был там.
Так расскажи мне, словно прозвучал в тишине ее вопрос. Потому что Джек молчит, а мне нужно знать.
— Я был в разведотряде. — Причер посмотрел за долину, во тьму. — Это была обычная операция: ночью тебя забрасывают на место, там маскируешься, пару дней наблюдаешь, потом зовешь основные силы. — Которые начинают бомбить и поливать все вокруг напалмом. — А тебя забирает вертолет.
В тыл, поняла она. Конечно, в тыл.
— Только на этот раз что-то вышло не так, — Причер рассмеялся. — Во Вьетнаме вечно все выходило не так, но тогда нам пришлось совсем туго. Нарвались на вьетнамцев из Национальной армии, и «шмелям» было никак до нас не добраться.
Шмелям… едва не спросила она. Потом поняла: вертолетам.
— В общем, нас прижали к берегу реки, вертолеты не могли сесть, а вьетнамцы наседали. Похоже было, что нам конец, но тут в дельту вошел катер — он палил из всех орудий, а его капитан орал в рупор, зовя за собой другие катера. Только никаких других катеров не было, и все же этот нас спас.
Долина перед ними была погружена во тьму — горели лишь несколько огней.
— Вот за это Джек и получил свой Серебряный крест, — Причер пожал плечами. — Мог бы получить и больше, если б не отказался, если бы не заявил, что его хотят наградить по политическим причинам и что все остальные проявили себя не хуже, чем он.
Ну вот ты и рассказал мне, подумала Кэт Донахью; рассказал, да не все. Джек тоже рассказывал; но и он никогда не рассказывал всего.
— Только за это? — спросила она.
— Да, по-моему, только за это.
Они оставили памятник и спустились вниз, к лагерю, нашли Джека и посидели с ним немного; потом Причер ушел к своей палатке у самых деревьев.
— Причер рассказывал мне о том, как ты заработал свой Серебряный крест. — Кэт придвинулась поближе к Донахью, взяла у него банку с пивом и отпила глоток. Она не знала, как он отреагирует.
Донахью улыбнулся и обнял ее за плечи, глядя в костер.
— А говорил ли тебе Причер о том, как вел себя в тот день он сам? — вдруг спросил он.
— О чем ты?
Сейчас он расскажет мне, подумала она. После стольких лет он наконец расскажет мне, что же действительно произошло в тот день.
— Говорил он тебе, что получил Почетную медаль?
— Причер получил за этот бой Почетную медаль Конгресса?
Высочайшая награда за доблесть, какая только есть в стране.
— Да, — просто ответил Донахью.
Они отошли от костра и побрели среди групп других людей, мимо машин и палаток, в которых еще никто не спал.
— Он был в разведотряде, — начал рассказывать ей Донахью.
Заброс ночью, вспомнила она; потом пара дней на наблюдение и вызов основных сил.
— На второй день они угодили в долину, на другом краю которой оказался отряд вьетнамцев. Даже не отряд, а чуть ли не батальон. Разведчики побежали. Обычная тактика — ведь чтобы забрать людей, вертолетам нужны время и место, где развернуться.
Они остановились у одного костра и взяли предложенное пиво, потом пошли дальше; теперь Джек заговорил тише, и ей приходилось вслушиваться.
— Над ними кружил «С-130», поддерживающий радиосвязь, а наши самолеты сеяли вокруг смерть и разрушение, давая вертолетам возможность приблизиться, — это называлось «горячий вывоз». Вьетнамцы были метрах в ста, а то и в пятидесяти. Разведчики бежали, а вертолеты никак не могли пробиться.