- Остальной доспех будет не хуже… - Бьёрн стоял подле верстака с готовым образцами, освобождая их от тряпиц.
Быстрыми уверенными движениями он брал с широкой столешницы нужные вещи и кидал их на колченогий табурет. Кольчуга, широкие металлические браслеты на запястья. Куртка из толстой кожи, на спине, плечах и груди обшитая металлическими чешуйками.
- Лук, пожалуй не надо… - Бормотал Бьёрн, перекладывая с места на место что то. – Да и арбалет тоже… Тяжеловат он… Да и с копьём в шахтах не развернёшься…
На том и порешили.
Король, облачённый в подобранный кузнецом доспех, был похож на простого воина. Нельзя было сказать, что Бран разочаровался. Нет! Всё было совсем не так! Король стоял перед отполированной серебряной пластиной, заменявшей ему зеркало, и смотрел на себя. М-да… Сытая жизнь и пьянство оставили на его теле свои отпечатки. Волосы поседели. Лицо было бледным и помятым. Глаза, когда-то сине-серые, почти обесцветились непонятно почему. Плечи уже не были такими широкими, как в молодости, да и спина слегка горбилась под тяжестью прожитых лет. А ещё из-за ремня свисало пивное брюшко… И его, к сожалению, не могла скрыть ни кольчуга, ни куртка…
- Ну что ж… - Произнёс король сам себе. – Пора… Наверное…
Бьёрн, стоящий позади короля, лишь слегка склонил голову, соглашаясь. И прощаясь со старым другом навек.
***
Короля провожали точно покойника. По сути, так оно и было. Ведь всем было известно, что живущее в шахтах чудище сгубило уже не одну сотню рудокопов! Никто не знал, откуда оно появилось. Только вот… Только вот началось всё лет пятьдесят назад, когда король Бран был ещё молод. В шахтах, (в тех самых, в которых уже не одну сотню лет добывали серебро!) начали пропадать рудокопы. Сперва это были одиночки. Думали, что люди просто заблудились в подземных туннелях да и сгинули. Ан нет!.. Чем дальше, тем больше людей стало пропадать!.. А потом и вовсе рудокопы начали находить в туннелях растерзанные тела тех, кто считался пропавшим. Мало что оставалось от тех тел… Чудовище пожирало их почти без остатку, оставляя лишь кости! А теперь, десятилетия спустя… Монстр, всё это время живший в подземельях, рано или поздно должен был выбраться на поверхность. Так что лучше всего убить его было сейчас… А ещё лучше было бы отловить его ещё тогда, пятьдесят лет назад!.. Но батюшка Брана не снизошёл до просьб рудокопов. Требовал лишь одного – несмотря ни на что серебро в казну должно было поступать! Серебро, оплаченное жизнями заживо сожранных людей…
Огромные ворота замка неспешно открывались. Бран слышал, как внутри стен со скрипом поворачиваются колёса огромных механизмов. Толстые цепи виток за витком наматывались на барабаны и тяжёлые створки ворот открывались. За ними была толстенная кованая решётка, которая тоже неспешно поднималась вверх, освобождая королю дорогу.
Конь под Браном нетерпеливо переступал с ноги на ногу. Ему не терпелось вырваться из тесного двора на свободу, пробежаться по заснеженным полям. Королю же, вдруг, стало тоскливо и одиноко. Он и вправду будто бы умер для всех…
Немногочисленные обитатели замка, собравшиеся во дворе у ворот, провожали короля молча. Бран чувствовал на себе их взгляды. Любопытство, непонимание и… И скорбь… Бран знал, что люди не особо любят его. (Да и не за что его было любить то! Пьяница он... И грешник…) Но эти люди всё равно не желали ему той судьбы, которую Бран выбрал сам для себя.
Свежевыпавший снежок, укрывший двор ночью ровным белоснежным покрывалом, уже успели затоптать. Король обернулся, бросив на свой дом последний взгляд. Сероватый камень стен. С карнизов и подоконников свисали длинные сосульки. Узкие окна-бойницы могли бы взирать на мир яркими стёклами витражей, но Брану всё было некогда пригласить мастеров… И теперь прадедовский замок взирал на него хмурыми тёмными провалами окон. Будто бы старый воин, прощающийся на век со своим непутёвым племянником…
Покатые крыши башенок сейчас были покрыты снежными шапками. И если бы не снег и морозы, то на их высоких шпилях развевались бы стяги с его гербом – золотой коронованный лев на багровом полотнище.
Ворота наконец открылись и король тронул коленями бока коня. Умное животное тут же тронулось с места. Сперва медленно, а потом всё быстрее и быстрее. Торопиться конечно было некуда, но медлить тоже не было смысла.