- Беги… - Одними губами пошептал Дознаватель. Видимо, все его силы ушли на то, чтобы произнести это короткое слово. Он упал сперва на колени, а потом завалился на бок. Кровь быстро пропитывала его одежды и от этого они из сероватых становились тёмными.
Сперва в подполе воцарилась оглушающая тишина. А потом её нарушило шумное дыхание сорвавшихся с места тварей и звериное рычание.
Огонёк под потолком мигнул и погас. Магистр вжался в угол, до которого смог доползти на карачках, готовясь к смерти. Нити «силы,» почти потерянные от волнения, вновь обожгли руки. Шон ухватился за них, как утопающий за соломинку! Дыхание тут же перехватило от обрушившейся на него «силы,» а в висках заломило. Шон потянул незримые нити на себя. А затем разжал пальцы, отпустив пленённую было «силу» на свободу!..
Дом старосты содрогнулся от мощного удара! Пол в кухне вздыбился и его сорвало, обнажив заваленный трупами подпол. Шон вскочил на ноги. Сквозь поднятую в воздух пыль ничего нельзя было рассмотреть! Сверху продолжал сыпаться какой-то мусор. Но это магистра почти не волновало. Всё его внимание сейчас было приковано к тёмным тварям.
Оглушённые и отброшенные назад, твари быстро оправились. До Шона вновь донеслось звериное рычание и возня. Какая то часть тварей, видимо, решила покинут убежище, обойти дом и напасть на человека с другой стороны.
Не выйдет!
Магистр вновь потянулся к «силе.» Пальцы обожгло холодом, а сердце сжалось от резкой боли. Та была настолько сильной, что дыхание перехватило и мир перед глазами магистра померк. Но лишь на миг!..
В воздухе по прежнему клубилась пыль и Шон пропустил тот момент, когда тёмные твари бросились в атаку. Лишь в самый последний момент он успел бросить им навстречу заклятие. Воздух вокруг его рук заискрился синеватыми блёстками. А потом Шон стряхнул эти искорки с кистей и те полетели в пространство, точно брызги воды. Тёмные твари пронзительно заверещали! Огненные искры прожигали их тела насквозь! Плоть, давно уже мёртвая, тут же начинала распадаться и из за этого дышать в подполе стало невозможно.
Шон закашлялся. Рвотные позывы то и дело прокатывались по пищеводу, не позволяя сосредоточиться на чём то другом. Мир перед глазами по прежнему продолжал раскачиваться и расплываться.
Ухватившись руками за стену магистр всё же смог устоять на ногах. Пыль оседала и сквозь редеющую завесу он смог рассмотреть дело своих рук. С тёмными тварями было покончено. По крайней мере те из них, что попытались наброситься на него, перестали существовать. Их тела, опалённые магией, валялись на полу среди прочих трупов. Крови почти не было. Вот только… Единственное, что смущало магистра, это была растекающаяся по земляному полу густая чёрная жидкость. На кровь она не походила, (скорее уж на дёготь!..) однако вытекала она именно из тел «тёмных.» И… И, что самое страшное, магистр уже видел когда то нечто подобное. Сразу вспомнились события семилетней давности. Берег реки и растерзанное тело сбежавшего от ищеек инквизиции еретика. Его кровь, насколько помнил Шон, тоже была чёрной!..
- Эй?! Что там у вас?!? – Сквозь висящую в воздухе пыль протянулись руки и, ухватив магистра за плечи, выдернули его из развороченного подпола.
- Вы живы?.. – Шон не смог устоять на ногах. Дознаватель, вытащивший его из огромной ямины, склонился над магистром, внимательно всматриваясь в его мертвенно бледное лицо. – А старший дознаватель?!?
Шон отрицательно помотал головой. Ему тоже было жаль Дознавателя, но ничего не поделаешь…
- Жаль… Хороший был мужик…
Магистр ничего не успел на это ответить. Дознаватель вдруг вскрикнул и упал. Всё произошло так неожиданно, что Шон ничего не успел понять!..
Дознаватель был ещё жив. Он хрипел, пальцы скребли грязные половицы. А кровь продолжала выплёскиваться из пробитой арбалетным болтом шеи, растекаясь по остаткам пола широкой лужей...
Шон, (и без того напуганный до полусмерти!) отполз от пролома в полу. И вовремя! Пыль взметнулась, потревоженная стремительным рывком вверх, а совсем рядом с магистром приземлился Дознаватель!..
И… Самое страшное было в том, что он был мёртв!.. В этом не было никаких сомнений!.. Арбалетный болт по прежнему торчал из его живота. Но факты говорили сами за себя!..