Теперь надо вспомнить, а едят ли мясо эльфы? Вроде бы да, но точно не скажу. Если что выковыряет. Пока печь разогревалась, нарезала, чистила и мыла будущую еду. Две сковородки, на одну мясо, на другую картошку. Овощи приготовлю отдельно, чтобы не мешать вкусы и ароматы. Что я забыла? Хм, масло вроде налила, все весело шкварчит и поджаривается. Ой, соль и перец! Вот голова дырявая. Приправы нашлись в маленькой коробочке, спрятанной в столе. Даже сушеная зелень в отдельных мешочках.
Через час по всей кухне витали запахи, от которых у меня желудок радостно заурчал. Надо позвать эльфа, управилась правда быстрее, чем думала, но нормально, все равно за окнами темень и буря, если не смотреть на часы, то и не понять, что еще только семь часов вечера. Буркнув парочку ругательств, я поднялась и позвала эльфа ужинать. Дверь открылась сразу же, молча оглядев домашний вариант одежды, пришла к выводу, что эльфы параноики. Ну кто еще будет в доме таскать на себе оружие, пусть и спрятанное в потайных карманах. Так-то мужчина выглядел очень даже ничего. Светлая рубашка, темные штаны и тапочки на ногах. На кухню шли в полном молчании. За весь ужин эльф не сказал ни слова, что крайне меня раздражало и бесило. Как можно быть таким невежественным, чтобы припереться в чужой дом, нагло требовать заказ, а потом поселиться у меня, да еще и вести себя так, будто мне сделали огромное одолжение! Такими темпами он до Портала не доедет, прикопаю где-нибудь под кустиком. Если конечно сумею прибить, эльфы как тараканы живучие, если завелись, хрен выведешь. Только если сами уйдут. И то не факт, что не засядут в подполье и не будут гадить по тихому.
-- Спасибо за ужин, все было очень вкусно. - а голос бесстрастный, будто со стенкой разговаривает.
-- Может, хотя бы представитесь, для приличия? Или мне вас перворожденным называть? - раздражение вырвалось помимо воли. Вообще не хотела заводить эту дурацкую тему, но поведение эльфа меня бесит похлеще, чем орава непослушной ребятни.
-- Велларий. - с-с-сказал, как будто оплевал. Причем меня. И взгляд такой гордый, что мне от своей некчомности удавиться хочется. Ха! Не на ту напал, я не падаю ниц даже перед королями, а тут всего лишь младший принц из королевской ветви. Откуда знаю? Так все просто, эльф никогда не опустится до представления одним лишь именем, у них всегда вслед тянется куча титулов, владений и прочей чепухи. Всего этого лишена только королевская ветвь, фамилию и дополнительные приставки получает лишь Повелитель Дивного Леса, остальным из этой семьи положено представляться только по имени, вот такая котовасия!
-- Верена, прия-я-ятно познакомиться. - протянула, приглядываясь к эльфу и пытаясь найти отблески эмоций. Нашла, его рука едва заметно дернулась в раздражении и попытке что-то указать, но жест был прерван в самом зародыше. Улыбнулась еще более довольно. Пусть он и стар, пусть и брат правящего Повелителя и носит звание младшего принца, а все-таки окончательно стать деревом не успел. Это радует! - Спокойной ночи, Велларий.
Я осталась мыть посуду и думать. Дедушка предупреждал о том, что придет не простой человек, что мне будет сложно, но тут еще не запущенный вариант. Вот Повелитель дивного народа, тот да, безнадежен. Века правления превратили его в живое дерево без чувств и эмоций. Только власть и сила, направленные на обеспечение достойной жизни своему народу. Иногда мне кажется, что такое невозможно, ведь даже деревья умеют печально шелестеть кронами, злорадно подставлять под ноги корни, или же скрывать от преследователей и дождя, но Повелитель эльфов, кстати его имя звучит очень редко, в основном обращаются к нему только по титулу, растерял или предпочел забыть обо всех чувствах, стать простой машиной, правда умной без меры и хитрой. Я отвлеклась, вернемся к Велларию. Этот по ходу пытается копировать своего великого брата, да и возраст дает о себе знать, но все же он намного живее. Дедушка говорил, что надо попробовать пробить стену отчуждения, попытаться найти подход, и ни в коем случае не начинать ненавидеть. Ненависть ужасное чувство, когда меня обучали делать кукол, я испытала его вдоволь подвергшись очень жестокому обращению. Тогда искренне ненавидела деда за то как он со мной обращался, хотелось придушить его ночью подушкой или насыпать ему в еду порошка из ядовитых грибов. Я боролась с собой, а когда уже не могла вынести всех издевательств и наказаний, однажды ночью собрала вещи и хотела уйти. Дедушка поймал меня на заднем крыльце дома и крепко обнял. Не выдержав расплакалась, и уткнувшись в его куртку путано говорила о накопившемся.