Никас стоял рядом, сложив руки на груди, и самодовольно наблюдал за воссоединением девочки и ее наставницы.
– Понимаю, ты многое пережила, но нужно сделать одно важное дело, а потом мы пойдем к Тамаре. Она ждет нас у себя дома. Девочка моя, как я соскучилась по тебе.
Василина обняла Джейн за плечи и повела ее по темному коридору. Электрические лампы слабо освещали каменные стены. В коридоре было холодно и сыро.
– Сейчас мы зайдем в кабинет, и тебе нужно будет подписать одну бумагу. Это очень важно, Джейн. От этого зависит твоя репутация, а значит и твое будущее. Я уже все подготовила, ты просто согласишься со всем, что тебе скажут, и подпишешь документ.
Василина толкнула спрятанную в стене дверь и пригласила девочку в кабинет. Никас остался в коридоре.
В небольшой мрачной комнате, за столом, сидело туловище в черной мантии. Лысая круглая голова с маленькими глазками под пенсне и длинным острым носом смотрела в набираемый печатной машинкой текст. Клавиши машинки стучали сами собой, у сидящего напротив туловища не было рук. Над столом треугольной аркой парили в воздухе длинные свечи. Машинка дзынькнула и выплюнула напечатанный лист. Туловище пробежало взглядом по тексту, одобрительно кивнуло головой, лист юркнул в папку на столе.
– Вы пришли заявить о похищении? – не поднимая глаз на вошедших, спросило туловище.
– Да! Одаренную похитили волки и держали у себя насильно! – говорила Василина.
Новый лист запрыгнул в машинку, застучали клавиши.
– Оформляем запрос на казнь? – спросило туловище.
– Да, конечно, – подтвердила Василина.
Клавиши быстро набрали нужный текст, листок выпрыгнул из машинки и подлетел к Джейн. В чернильнице на столе булькнуло перо и, капая черными каплями на пол, влетело девочке в руку.
– Ставь подпись. Можешь просто написать свое имя, - подсказывала Вася.
– Я не буду.
– Не бойся. Просто подпиши и будешь на особом счету у Ордена. Это отличный шанс, у тебя будет большое преимущество среди других учеников. Это прекрасное начало!
– Я не буду.
– Джейн, я разговаривала с очень важными людьми. Мне не просто было организовать тебе такую возможность, – давила Вася.
Джейн молчала.
– Я не понимаю в чем дело?
– Меня никто не удерживал. Форды ни в чем не виноваты.
– Это не имеет значения. Пиши!
Джейн крепко сжала в руке перо и строго посмотрела на свою наставницу.
– Нет! – ответила она.
– С ума сошла! Подписывай быстро! – Василина схватила девочку за руку и поднесла перо к бумаге.
– Нет! Не буду! Не буду! – кричала Джейн.
Перо под напором Василины тем временем нацарапало букву «Д». Девочка пыталась разжать руку и выпустить перо, наставница была сильнее и уже выводила рукой Джейн букву «Е».
– А! – вскрикнула Джейн и вцепилась зубами в руку Васи.
Василина от неожиданности с визгом отскочила в сторону. Джейн без промедления выхватила зависший лист, с недостающей последней буквой ее имени, разорвала его на части и бросила кусочки в пламя свечей. Листья вспыхнули, разлетелись в воздухе черным пеплом. Перо вернулось обратно в чернильницу.
– Ненормальная! Ты укусила меня! Вы видите! Это все они! Эти твари настроили тебя против Ордена! Их всех надо вырезать! – вопила Вася.
Джейн нащупала в стене дверь, выскочила в коридор.
– Ну? Подписала? – ухмыльнулся Никас.
Джейн со всей силы, что была в руке тринадцатилетней девочки, залепила парню звонкую пощечину.
– Сдурела! Я тебя запомню, – выпучил глаза Никас. – Ты не продержишься и года, это я тебе обещаю!
– Джейн! Иди сюда! – из дверей вырвалась разъяренная Василина с новым листом в руках. – Ты подпишешь этот чертов лист! – кричала она.
Джейн выставила вперед руки и ударом силы смела в сторону Василину вместе с Никасом. Как оказалось, стены подвала канцелярии, в которой печатались законы и указы, были зачарованы. Они подхватили удар одаренной, троекратно усилили его и вернули обратно. Девочка получила удар, от которого впала в оцепенение. Очнулась она уже в квартире Тамары.
С ржавого пятна на потолке капали капли, наполняя ведро на полу. За окном шел дождь. Девочка поднялась с знакомой постели, осмотрела себя. На ней была та же одежда, что дала ей Ольга. При мыслях о Фордах у девочки заслезились глаза.
– Очнулась? – донесся голос Тамары.
Джейн тяжело вздохнула, вышла в гостиную. Тамара сидела в своем кресле и вязала очередной разноцветный шедевр. Девочка ждала упреков.
– Хорошо, что все обошлось. Я так волновалась, - начала Тамара.
– Я не буду ничего подписывать. Лучше казните меня, я не стану… – зарыдала Джейн, ожидая от Тамары уговоров подписать смертный приговор семье волков.