Вздохнув, покосившись при этом на меня, Тео, после удостоив профессора взглядом, прошелестел:
- Извините, профессор.
Удовлетворенно кивнув, Макгонагалл отошла от нас, но, прежде чем вернуться к своему рабочему месту, громко объявила:
- Минус десять очков Слизерину. – а затем вновь посмотрев на нас, дополнила: - Впредь думайте, молодые люди, чем может обернуться ваша безалаберность.
Закончив прилюдную порку, профессор продолжила вести занятие. А я, уткнувшись в пергамент, невидящим взглядом смотрела на то, как на парту медленно приземляется маленькая бумажная птичка. Незаметным движением руки, стащив бумажку со стола, я, уверившись в том, что Тео не заметил, развернула ее на коленях и прочитала текст про себя:
«Влада, прошу тебя, не подставляйся сильнее. Сокурсники и так к тебе настроены враждебно. Не нужно усугублять ситуацию. П.»
«Пэнси…»
Ну, уже как минимум два человека на Слизерине заслуживают доверия и не желают мне зла. И если так подумать, то, как же печально это было осознавать на самом-то деле…
***
Прошло несколько месяцев после всех этих сумасшедших событий. Ярослав с Забавой так со мной и не общаются. Проходя мимо меня, они демонстративно делают вид, что мы не знакомы. Глупо и так по-детски. Но, не мне судить. Моя вина в этом всем тоже есть…
Тео какое-то время обижался на меня, но, видимо с подачи ребят, перестал выносить мне мозг и попытался общаться так, будто ничего и не было. А я сделала вид, что простила его… Глупо и недальновидно. Ну да ладно, мне с ним не детей крестить…
Что же касается Миллисенты… Мы ей все-таки отомстили. Блейз, правда, хотел еще немного напакостить, но, после того как ее еле откачали от конфет с целующим зельем, я категорически заявила, что с нее хватит.
- Ой, да ладно тебе! Давай еще над ней поиздеваемся?
Сидя как-то вечером у меня к комнате, он, играя с Вирой, всячески пытался убедить меня в том, что порка Булстроуд все еще необходима.
- Блейз, ты рехнулся? По-моему, мы достаточно отомщены. Не находишь?
Скрестив руки на груди и окинув парня тяжелым взглядом, я, пыталась придумать аргументы в защиту этой сладкоежки. Забини, однако, чхать хотел на мои просьбы.
- Почему ты зануда такая?
Всплеснув руками, я все постаралась объяснить ему свою позицию (в который раз, между прочим!):
- Всего должно быть в меру. Кровопролитные леденцы дали свои плоды - она из лазарета вышла только через пару дней, что побудило ее более тщательно следить за своими вещами. И напомнить тебе, с каким трудом удалось подкинуть ей лихорадочные леденцы? После которых она, опять же, оказалась в лазарете на несколько дней. А ириски и канареечные помадки? Мы с тобой от всех косых взглядов отнекивались. А все потому, что кое-кто, не будем показывать пальцем, не может следить за своими эмоциями!
И он так искренне возмутился!
- Так весело же было!
Кинув в него подушку, что находилась рядом, я не выдержав, вспылила:
- Ты нас чуть не спалил!
Поймав подушку на лету, Забини усмехнувшись, огорошил:
- Ну, если, по существу, нас спалила именно ты.
Закусив губу, я, после пробурчала:
- Согласна, мой косяк. – встрепенулась, - Но! Это случилось уже тогда, когда она проглотила последнюю конфету с целующим зельем и ее потянуло на Гойла. Так что все нормально.
Согласно кивнув и вновь начав гладить урчащую Виру, Блейз произнес:
- Да, нам повезло. Булстроуд не стала рассказывать о нас старику Дамблдору и профессорам.
Я хихикнула:
- Разумеется, если бы она рассказала, нам бы пришлось объяснять, почему мы такое провернули. И тогда, все бы сразу узнали, что именно эта девчонка натворила. Вот и все.
Повернув голову в мою сторону, Забини с интересом в голосе спросил:
- И что теперь делать будем?
Прищурившись, я ехидно протянула:
- Учиться, Блейз. Учиться. – и добавила для антуража, - У тебя хвостов больше, чем у кицунэ.