- Влада, прошу тебя, не поддавайся на провокации этой искусительницы. – заметив, что я согласно кивнула, он, улыбнувшись и поцеловав мой лоб, прошептал: - А сейчас, ты должна проснуться. Просыпайся, Владислава! Просыпайся!
Однако, как бы папа ни старался, проснуться я так и не смогла. И все по одной простой причине – меня перехватили… Да, да – это была русалка. И если до этого я могла думать, что проснусь в своей кровати, а рядом со мной будет моя Вира, то, мне пришлось сильно разочароваться. Поскольку проснулась я… в гроте. В гроте, мать его!
Приоткрыв глаза и заметив сталактиты, я, выругавшись, приподнялась на локтях, повернула голову вправо и чуть не заорала. Недалеко от меня, поджав под себя ноги и свесив голову на грудь, сидел до боли знакомый человек.
«Тео?!»
Мое сердцебиение участилось. Мне было плохо. К горлу подходила тошнота, которая сопровождалась отчетливым привкусом горечи. А в голове крутилось миллион вопросов, некоторые из которых были, наподобие: «Что он тут делает!?» и «Что эта гадина задумала?!». Ответов, само собой на них не было, так как я их и не озвучивала. Но, что для меня стало самым странным и раздражающим, так это то, что как только я хотела полностью повернуться в сторону небезразличного мне человека, мое тело перестало слушаться. В растерянности, я вновь упала на спину, при этом ударившись о камешек, и, скривившись от резкой боли, услышала злорадный смех, который сопровождался словами:
- Не так быстро, принцесса. Зрелище еще не началось. Потерпи немного.
«Да в бездну твое зрелище!»
- Ну, ну, не будь такой букой!
И тут, я почувствовала, как голова сама поворачивается на ненавистный голос. Заскрежетав зубами, я, подчинившись, увидела, как эта…рыбешка, склонившись над Тео, что-то ему шепчет прямо на ухо. Я видела, как он внимательно слушает ее и кивает, время от времени. От этого зрелища, моя кровь стала стынуть в жилах. И, я уже открыла рот, чтобы крикнуть ему, чтобы не смел слушать эту гадюку, но, внезапно поняла, что не могу произнести ни слова!
«Какого черта!?»
Метнув уничижительный взгляд на девушку, я, отметив, как та смотрит на меня и улыбается, уловила ее мелодичный голос, которым она, скорее всего, гипнотизировала друга:
- Ах, бедная Владислава. Еще чуть-чуть и ты насладишься болью, которая должна была быть твоей. – заметив, что на моем лице отразился гнев, она, усмехнувшись, добавила: - А, ты про голос волнуешься? Ну что ты, он тебе совершенно ни к чему. Ты мне еще спасибо скажешь, когда все закончится.
«Вот ты тварь!»
- Передавай привет и мои наилучшие пожелания свей дорогой мамашке. – скривив губы в жесткой усмешке, русалка, изменившись в лице, вновь наклонилась к Тео и, прошептав ему что-то, после обратилась ко мне, так и не удостоив взглядом:
- Время. Приступай, мой милый.
Духи, мой мир перевернулся. Так больно, мне еще никогда не было! И дело не касалось физического тела. У меня болела душа! Сердце ныло так, что хотелось орать во всю мощь легких, но, я не могла! Ведь, помимо голоса, русалка лишила еще и возможности дышать. Формально, я жива, кислород попадает в меня, но мои легкие в этом не были задействованы. Чертова стерва! Тело все также не проявляло признаков подчинения, так что, все мне оставалось, так это наблюдать за тем, как Нотт медленно, но верно убивает себя. Миллиметр за миллиметром, сантиметр за сантиметром, он истязал себя ритуальным ножом, из обсидиана, который ему (любезно!) предоставила русалка.
О, это были мучительно долгие часы в моей жизни. А может быть, всего лишь минуты? Я ничего уже не понимала и умирала с Тео каждый раз, когда он кричал, находясь в агонии. Мои глаза уже не выдерживали наплыва слез. Они горели, чесались, но, я так и не могла пошевелиться. Не знаю, сколько это зверское издевательство продолжалось, но, в какой-то момент крики стихли, а на их место пришел новый голос, от которого, у меня вновь мурашки по телу пробежали.
- Влада…
«Драко…»
И опять по новой. Все то же самое, что было и с Тео. Порезы, кровь, агония, мои слезы. Дальше больше. Когда русалке надоело, она вновь сменила жертву. И так еще три раза. Ярослав, Забава и… Стас. На последнем человеке, мои нервы не выдержали. Посмотрев сквозь пелену слез на потрепанного брата, который с ног до головы был в своей крови, я, взвыв, заорала хриплым и таким скрипучим голосом, так и не сообразив, что теперь могу дышать: