Мысленный подзатыльник остудил меня. И правда, почему я так веду себя? Над этим уже давно стоило подумать, ведь неконтролируемая агрессия так не свойственна мне. А может лучше написать директору Белозару? Вдруг он сможет подсказать чего? Да, так и сделаю, сразу после того, как покину вечер Слизнорта. Ну что же, время приключений!
***
- Скажите Кормак, вы часто видитесь со своим дядей Тиверием?
О, Кормак Маклагген, собственной персоной. Я наблюдала за ним с тех самых пор, как оказалась в небольшом кабинете за круглым столом. Рядом со мной оказался Блейз и какой-то парень. Напротив расположились Гарри и Гермиона, а вот Джинни я пока не наблюдала.
«Хм, Блейз немного нервничает. Из-за нее? Или какие-то другие причины?»
Про Джинни я узнала из разговора Грейнджер и Поттера. И, как бы меня не сжигало любопытство, я не стала задавать эти бестактные вопросы. А потому, прислушалась к разговору между Кормаком и Слизнортом. Ведь именно в этот самый момент, Маклагген решил выпендриться перед всеми:
- Да, сэр. К слову, на каникулах я поеду с ним и министром магии на охоту.
Театрально всплеснув руками, профессор елейно отозвался, отчего я подавила искреннее желание рассмеяться в голос:
- Ой, надо же. Передавайте им обоим от меня привет. – затем повернувшись к парню, который за обе щеки уплетал мороженное, Слизнорт, хитро прищурившись, вопросил: - А как ваш дядя, Бэлби? – окинув нас проницательным взглядом, пояснил: - Для тех, кто не знает, дядя Маркуса изобрел волчье противоядие. – вновь вернув свое внимание жующему студенту, профессор вопросил: - Он работает над чем-то новым?
Не отрываясь от поглощения холодного десерта, Маркус, довольно причмокивая, отрапортовал:
- Я не знаю, они с отцом не ладят. Папа говорит, что зелья – это дрянь. И что самое хорошее зелье – это рюмка крепкой настойки.
И вот думай, что хочешь. Лично я тут чувствовала не в своей тарелке. Б-р-р, аж муторно…
Пока я мысленно пыталась абстрагироваться от этого театра абсурда, Слизнорт принялся обрабатывать Гермиону. Покосившись в ее сторону, профессор, улыбнувшись, спросил:
- А что у вас, мисс Грейнджер? Чем ваша семья занимается в мире маглов?
Стушевавшись буквально на несколько минут, Гермиона, покосилась на Гарри и, заметив, как он ей подмигнул, после улыбнулась и негромко ответила:
- Мои родители дантисты. – секундная заминка. - Они людям зубы лечат.
- Как захватывающе! А дантист считается опасной профессией? – у Слизнорта натурально так глаза загорелись, отчего, нервно усмехнувшись, Гермиона произнесла:
- Нет. Хотя один мальчик, Роби Фенвик, однажды укусил моего отца. Десять швов наложили.
Я видела, как Грейнджер немного зарделась, а Поттер едва сдерживает улыбку, в то время, когда все остальные странно косились на них. И ладно бы после этого старый профессор спросил кого другого, но нет, возможность словить неловкость досталась мне. Расправившись с частью десерта, Слизнорт, обратив на меня внимание, задал вопрос:
- Мисс Василев, расскажите и вы нам о вашей жизни. Что у вас интересного происходит в России?
И в этот момент, я поперхнулась. Не сильно, но весьма так ощутимо. Прокашлявшись и вытерев слезу большим пальцем правой руки, я, натянув на губы улыбку, просипела:
- Ну…
- Как ваш директор Белозар? Слышал, он совершил невероятное достижение в мире магии. – поставив локти на поверхность стола и опустив на сложенные в замок пальцы подбородок, профессор, прищурившись, ждал, когда я что-нибудь да скажу. А я не знала, что можно было сказать! Никогда не интересовалась тем, что там наш директор делает. Стас не рассказывал, а я и не просила. Не думала, что это мне это будет столь необходимо…
Поэтому да, я немного застопорилась и когда открыла рот, из моего рта вылетело нечто непонятное и удивленное:
- Да? Не знала об этом…
Возможно, мне и показалось, но на мгновение, у профессора сверкнули глаза от удовлетворения. А может у меня уже кукушка едет. Потому как, после еще одного предложения от профессора, у меня натурально отвисла челюсть: