Но однажды, появился тот,
Кто полюбил ее всем сердцем.
Так, как до него никто не смог.
И вновь прошли года, столетья,
Все беды стали забываться незаметно.
Ее глаза вернули огонек,
И там, где раньше был рассвет,
Теперь была любовь»
Сон. Он настиг меня, ровно в тот самый момент, когда я дочитала последнюю строчку из легенды. Я совершенно не заметила того, как провалилась туда, куда бы век соваться не захотела…
***
Ночь. Темная, мрачная и тяжелая. До рассвета ещё было далеко, потому как сейчас был самый пик тьмы. Она обволакивала, звала и насмехалась мелодичным голосом, от которого становилось страшно:
- Влада. Владушка. Иди ко мне. Не бойся, я тебя не обижу!
Я шла. Долго, медленно и мучительно. Я не знала, откуда пришла, зачем иду и кто я вообще такая. Просто девушка в ночном платье, с босыми ногами и растрепанными волосами, которые при отбросе едва заметной тени от периодически появляющейся луны, шевелились и шипели. Хотелось кричать, плакать, но не получалось. Стоило только открыть рот, как из него текла вода. Она попадала во все щели, топя – и тем самым убивая. Хрипы, они сопровождали меня всю дорогу, которую я прошла, перед тем как очутиться возле огромного озера.
- Вла-а-а-да!
Мое имя? А как меня вообще зовут?
Подойдя почти к самой кромке, я увидела прекрасную девушку. Она сидела на огромном камне и смотря на меня в упор – улыбалась. Я расслабилась под ее взором и даже забыла, что такое страх и почему он преследовал меня все это время. Но, когда я вновь открыла рот, чтобы заговорить с ней, струйка воды, что стала стекать по моему подбородку, затормозив меня. А русалка, заметив растерянность на моем лице, улыбнулась ещё шире и подплыв ко мне, вынырнула и посмотрев мне в глаза, мелодично произнесла:
- Тебе пока рано говорить, о прекрасная княжна.
Вскинув бровь от удивления, я с настороженностью, которая во мне внезапно пробудилась, присела на чистый песок и коснувшись горла, всем видом дала понять, что она должна сказать причину, по которой я не могла говорить.
Русалка, «улыбнувшись» так, будто собралась перекусить мной, резко подалась вперед, но наткнувшись на препятствие в виде прозрачной стены, взвыла и прокричала:
- ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ ГОВОРИТЬ, ПОКА Я НЕ ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ, ВЛАДИСЛАВА!
Сюжет и место резко изменились. Вместо огромного озера, чистого песка и прекрасной русалки, я оказалась на берегу Черного озера, на черном песке в компании бешенной фурии, которая пожирая меня взглядом иссиня-черных глаз, скалилась и царапалась там, где вроде как ничего и не было. Страх, что сковал меня до этого, стал отступать и я, резко поднявшись на ноги и отойдя на безопасное расстояние, открыла рот и прохрипела не своим голосом:
- Я не собираюсь подчиняться тебе! Ты – никогда не имела надо мной власти! Русалка…
Хищно улыбнувшись и скользнув по воде, девушка, вновь оказавшись напротив меня, произнесла, все тем же красивым голосом:
- Ты ошибаешься. Все твое естество принадлежит мне. Как бы ты не старалась, Влада, от судьбы не уйти.
Покачав головой и потерев больное горло, я, нахмурившись и сделав шаг вперед, зло произнесла, глядя русалке в глаза:
- Это мы ещё посмотрим!
Доля секунды и она была рядом со мной. Схватив меня за лицо так, что послышался треск челюсти, я, запрокинув голову, постаралась дышать как можно чаще, сдерживая при этом злые слезы. Девушка же, шипя от боли не меньше, чем я, приблизилась к моему лицу и опалив своим зловонным дыханием, прошипела:
- Совсем скоро, когда ты, совершись оплошность, я буду рядом. - коснувшись своим длинным языком моей щеки, она оскалилась и, сжав пальцы на моей челюсти ещё сильнее, продолжила: - И когда я окажусь рядом, тебя уже никто не сможет спасти. Запомни, Влада, любовь – это твоя смерть…
***
- Твою же мать!
Резко вскочив из кресла, при этом наткнувшись на Виру, я, охнув, с глухим стуком упала на пол. Тело тут же отозвалось дикой болью. Поморщившись и опершись локтем одной руки, и, раскрытой ладонью другой о дерево, я, тяжело дыша, старалась прогнать остатки сна, в которых русалка пела одну и ту же песню, пока я тихо и неторопливо провалилась в пустоту: