Да еще эти цепи…
Присев на корточки и присмотревшись к браслетам, я снова не удержался и присвистнул.
— А браслетики-то, оказывается, с секретом, — следом за мной удивился и Мор. — Вон ведьмины знаки по всей окружности идут, причем не в один, а сразу в три ряда, словно Миррт для них не вожак, а преступник.
— Это что, его за общение со мной так облагодетельствовали? Решили, что раз он вернулся живым, значит, пошел на поводу у «проклятой твари»?
— Или же продался ей с потрохами, — с недоброй усмешкой отозвался призрак. — Вот ведь дали богини родственничков.
Я покачал головой и, еще раз взглянув на браслет, передумал его рвать. Усиливающие знаки, защитные, антимагические… вероятно, чтобы глушить способность оборотня создавать порталы. Кто-то приложил массу усилий, чтобы мрон не смог освободиться сам и никто ему в этом не помог. Другое дело, что ведьмины знаки я уже давно читаю без особых проблем. А еще рисую… немного… и вполне способен подправить узор на браслетах, чтобы сделать из защитной руны ослабляющую и после этого двумя пальцами переломить пополам бесполезную железку.
Эх, как же плохо, что в этих дурацких горах нельзя открыть нормальный портал! Так бы сходил домой, привязал его к мрону на крови, закинул куда надо маячок, и все. Ищи-свищи его потом. А теперь сиди думай, как вывести отсюда парня. Притом что на своих двоих он идти неспособен, а силами Кости я его незаметно до безопасного места не дотащу.
Впрочем, ладно. Была не была…
Взвесив все за и против, я все-таки сходил домой и, забрав из лаборатории одну из своих старых разработок, оценивающе взглянул на тяжело дышащего мрона. Получится? Не получится? Обычно сомнения по этому поводу меня не тревожили — любой опыт, даже отрицательный, мог принести какую-то пользу. Однако мрона терять откровенно не хотелось, поэтому пару секунд я все-таки колебался. Но другого выхода не нашел и опустился возле парня на одно колено, намереваясь силком открыть ему рот.
Это оказалось не такой уж простой задачей — то ли от яда, то ли еще от чего, но у парня оказались сведены все до единой мышцы. В том числе и те, что двигали нижней челюстью. Причем свело их до такой степени, что я всерьез опасался покалечить оборотня и порядком намучился, пока открывал ему рот.
Когда же на язык мрона упало несколько капель насыщенно-фиолетового цвета жидкости, стало только хуже. У оборотня начались судороги, а потом его выгнуло на полу так, что, казалось, сейчас позвоночник треснет. К счастью, длилось это недолго. После чего непонятные спазмы прекратились, и мрон задышал, хоть и часто, но уже не так рвано, как поначалу.
Еще через пару минут у него открылись глаза, и я снова заставил его выпить несколько капель горького эликсира.
— Это… что? — прохрипел он, когда увидел в моих руках колбу.
— Противоядие. Я отпаивал им тебя после того, как кровью своей травил. Раньше всегда помогало.
— Не надо, — измученно обмяк оборотень. — Это не яд… они меня по голове… вдвоем…
— У тебя нет синяков, — не поверил я. — И шишки на затылке я тоже не нащупал.
— Они не буквально… мы можем друг друга… мысленно…
— Хм. Ментальная связь? У всех?
— Нет… только вожаки… их всегда трое… но против двоих сразу мне было не выстоять…
Миррт закрыл глаза и уронил голову на пол, словно опять отрубился. Но, прежде чем я начал его теребить, все-таки очнулся, а потом едва слышно прошептал:
— Помоги!
— Чем тебе помочь? — не понял я. — Тут нужен портал. Причем твой. Другим способом вытащить тебя отсюда не получится.
— Знаю. Мне нужен лунный корень… вы его еще называете кошачьим.
— Есть у тебя такой, — припомнил Мор. — В коробке под столом уже который год валяется. Помнится, Гнор им как-то интересовался, но потом забросил.
— Дай, — прохрипел Миррт, тщетно пытаясь найти глазами тень, но не смог и на этот раз все-таки отключился, по-видимому, истратив весь запас сил, которые имел.
Я же тем временем открыл второй портал, сходил домой и отыскал по наводке Мора довольно редкий, но бесполезный в целительской практике корешок. Когда вернулся, то обнаружил, что мрон по-прежнему пребывает в беспамятстве, однако после того, как я его растряс, все же сумел открыть рот и даже вяло прожевал несколько кусочков измельченного мною корня.
После этого какое-то время ничего не происходило. Мрон вроде бы оставался в сознании, но потом внезапно начал бредить и понес какую-то чушь. Насчет меня, Ли, почему-то Саана, хотя одни только богини знают, каким образом его можно было сюда приплести. А под конец его кожа как-то подозрительно засветилась, покрылась множеством крохотных разноцветных искорок. Тогда как сам оборотень внезапно поблек, словно вот-вот собирался истаять.