ала ходить взад-вперед, пытаясь успокоиться и привести свои мысли в порядок. Лицо Джеймса стояло у нее перед глазами, и, стоило ей только прикрыть глаза, как память опять водворяла ее в ту самую комнату, в его объятия. Как ни пыталась она изгнать эти воспоминания, чем больше она старалась, тем точнее они отображались в ее сознании. В конце концов, ей пришлось признать свое поражение. Что означали его слова, его действия? И почему он не хочет дать ей развода, ведь они принадлежали к разным кругам общества, даже к разным мирам. Что это за каприз? Ведь не может же он серьезно думать о совместной жизни?! Эта мысль была просто смехотворной, Серена прогнала ее прочь. Тогда какую игру он затеял в отношении нее? Одно она понимала точно, что стоит ему снова оказаться рядом, и она опять может оказаться неспособной дать ему отпор. Учитывая то, что она живет в доме своих дяди и тети из милости, то отплатить им своим безрассудным и безнравственным поведением с ее стороны было бы черной неблагодарностью. А если вспомнить их строгое следование нормам морали и приличий, то это ставило под угрозу ее дальнейшее пребывание в Финчборо. Джеймс сказал, чтобы она не вздумала бежать отсюда, потому что, он в таком случае, закует ее в кандалы. В тот момент, она только усмехнулась, услышав его угрозы, не придав им ни малейшего значения, но сейчас до нее стала доходить ее реальность. Если он был заместителем министра внутренних дел, начальником тайной полиции, то власть его в королевстве была просто невероятной, он был почти всемогущ. А если учесть, что она у него на глазах убила человека, когда не имела для этого никаких прав, да еще к тому же безоружного, то ее нахождение на свободе было под вопросом. Джеймс вполне мог объявить ее в розыск, и ей вряд ли удалось бы далеко убежать отсюда. Когда она только увидела его в Кенилворт-хаусе, то невероятно обрадовалась, увидев здесь, в этом совершенно чуждом для нее мире, родное и знакомое лицо, теперь же она испытывала страх и трепет перед ним. Он, как многоликий лицедей, менял свои обличья, и она не знала, которое из них настоящее и сможет ли она ему снова поверить. Солнце уже давно скрылось за горизонтом, роса упала на траву, а она все расхаживала по саду, не замечая, что замерзла и туфли ее насквозь промокли. Удар больших часов в гостиной, донесшийся сюда, вернул ее к действительности. Она быстро покинула сад, и поднялась к себе. Переодевшись в сухое, она спустилась вниз и выпила воды, а затем отправилась спать. Она думала, что не сможет уснуть, но перипетии сегодняшнего дня вымотали ее, и она уснула мертвым сном, ей всю ночь снились кошмары, в которых она снова оказалась на острове, и видела, как горит их дом, и все жилые постройки. Она пыталась забежать внутрь или найти кого-нибудь, но ни одной живой души вокруг не было. Она проснулась от собственного крика. Было время завтрака, все семейство Пэйви находилось в столовой. -С вами точно все в порядке, моя дорогая? - квохтала вокруг Серены ее тетя. -Да, тетя, я же говорю, мне просто приснился кошмар! Наверное, я просто устала и перенервничала из-за бала, только и всего. Не волнуйтесь, со мной все в порядке, - похоже, что она крепко их всех перепугала своим криком утором, если они все еще носятся вокруг нее. На ее крик сбежалась вся семья, и ей стоило немалого труда убедить их, что ничего не случилось, что это был просто кошмар. Больше всех переполошилась тетя и кузина Мелисса. Сейчас Серена чувствовала себя виноватой в том, что позволила себе настолько поддаться своим чувствам и эмоциям вчера. Ее родственники не заслужили такой встряски, и она пообещала себе, что возьмет себя в руки. Но ей не удалось сдержать свое обещание. Еще до конца завтрака мистеру Пэйви сообщили, что его желает видеть посыльный из Кенилворт-хауса. Как только служанка объявила это, с лица Серены отхлынула вся кровь, она почувствовала, что еще немного и ей станет дурно. Девушка сочла за лучшее не привлекать всеобщего внимания, и постараться вести себя как обычно. Вскоре дядя вернулся, и объявил, что их сегодня ждут на ужин в тесном кругу в замке. -Несомненно, это ваша заслуга, дорогая, - сказал дядя, глядя на племянницу. -Мы никогда не ужинали с ними, а тут столько внимания со стороны таких особ, - добавила тетя. Вся кровь, отхлынувшая было от лица Серены, волной прилила обратно, она чувствовала как заливается румянцем до корней волос, вызвав дружный смех и всего семейства. -Я здесь совершенно не причем, - невнятно пролепетала она, но это только усилило всеобщее любопытство. Тут же начались бесконечные расспросы о том, как они танцевали, о чем говорили, причем девушки хотели, чтобы она дословно пересказала им все то, что и каким тоном он ей говорил. Стоило только Серене на секунду вспомнить, о чем они с ним говорили, где и при каких обстоятельствах, как сердце ее мгновенно ухнуло в пятки и ей пришлось проявить все свои таланты в области вранья и изворотливости, чтобы удовлетворить любопытство, терзающее ее родственников. Похоже, что Джеймс всерьез задался целью довести ее до белого каления, и у него это прекрасно получалось. Весь день разговоров было только о прошедшем бале и предстоящем ужине в Кенилворте. Серена, из опасений, что ее снова начнут пытать расспросами о вчерашнем танце сочла за лучшее под благовидным предлогом удрать из дома на прогулку, но не тут-то было. Стоило ей только выйти на дорогу, как она заметила двух всадников верхом на гнедых лошадях, которые тут же направились к ней. В мгновение ока они доскакали до нее, не дав девушке возможности сбежать от них в свою усадьбу, и спешились. -Доброе утор, моя птичка, - весьма любезно поздоровался с ней Джеймс, - ты что-то бледна сегодня. -Иди к черту, Джеймс, оставь меня в покое! -Доброе утро мисс Брук, вернее графиня Кенилворт, - поздоровался Гари, за что туже получил увесистый пинок по ноге. - Черт, ну больно же! – давясь от сдерживаемого хохота, сказал он. – Я вижу, что отсутствие манер, грубость и сквернословие – это у вас семейная черта. И он отскочил от них на приличное расстояние, поскольку Серена вместе с Джеймсом с очень недобрым видом развернулись в его сторону. -Так как ты себя чувствуешь? – снова повторил свой вопрос Джеймс, внимательно разглядывая бледное лицо девушки. -До того, как вы здесь нарисовались, все было просто прекрасно, а теперь, похоже, день безнадежно испорчен. -Да будет тебе, ну, хватит дуться на меня! Я не мог тебе рассказать на острове, кто я и зачем оказался здесь. -Мне все равно, кто ты и что тебе было нужно на острове, - отрезала Серена, и развернувшись, собралась вернуться в усадьбу, но Джеймс по привычке, поймал ее за руку. -Подожди, не убегай! Ты все-таки моя жена и должна меня слушаться, хоть немного. -Эту незадачу можно решить очень легко и просто, и если ты этого не сделаешь, это сделаю я. -Этого никогда не будет, даже не рассчитывай,- ты никогда не получишь развода. -Какое ты имеешь право распоряжаться моей жизнью? – Серена быстро развернувшись, встала напротив Джеймса, уперев руки в бока. -Кхе-кхе, - откашлялся Гари, - к нам гости. Это твои дядя и тетя, Серена? Действительно, мистер и миссис Пэйви неслись к ним со всех ног. -Черт, за что мне все это, за какие пригрешения? - сказала Серена, и закрыла лицо руками. -Это тебе за строптивость, - улыбнулся Джеймс, и осторожно отнял ее руки от лица, - упокойся, все образуется. Серена смерила его негодующим взглядом. -Доброе утро, господа, - с трудом сдерживая восторг в голосе, пропела ее тетушка, - как, вы уже на ногах, в такую рань? -Доброе утро, миссис Пэйви, - оба мужчины поклонились, - мистер Пэйви, - обменялись крепким рукопожатием. -Как ваше здоровье, - тут же начал разговор Гари? -Все прекрасно, спасибо. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить вас за приглашение на чудесный прием, мы просто восхитительно провели время. -О, не стоит благодарности, - расплылся в улыбке Джеймс, - поверьте, я получил от приема куда больше удовольствия, чем вы, - и многозначительно взглянул на слегка покрасневшую Серену. -Не хотите ли зайти в дом? – спросил мистер Пэйви, - мы как раз собирались пить чай. -Это неудобно, без приглашения, - начал было скромничать Гари, но тут уже и тетя и дядя Серены, не пожалев убедительных аргументов, все же уговорили молодых людей зайти в гости. -У вас очень уютный дом, миссис Пэйви, - сказал Джеймс, оглядевшись по сторонам. -Спасибо, граф, вы очень любезны. -С молоком? –спросила тетя, разливая всем чай. -Да, будьте добры. Тем временем, в гостиную спустились успевшие переодеться по такому случаю Мелисса и Эвелин, а их братья уже были здесь. Эвелин, желая произвести впечатление, тут же уселась за рояль. Играла и пела она очень хорошо, и позволила тем самым немного нивелировать неловкость, которую испытывали ее родные в присутствии столь важных персон. Серена была самая не своя от досады. Стоило ей только сделать малейшее движение, тетя тут же интересовалась, что она намерена сделать или куда собирается идти. Джеймс чувствовал себя как рыба в воде, не испытывая ни малейшей неловкости или смущения и практически не сводил с нее глаз, заставляя то краснеть, то бледнеть. Вскоре мистер Пэйви предложил всем прогуляться до реки и посмотреть на цветущие кувшинки, это предложение с радостью было всеми принято. Вся компания дружно направилась на улиц