титься своей жизнью и свободой. Решение было принято. Утром ее ждал сюрприз, потому как сразу после завтрака, во время которого тетя продолжила сулить ей беды и несчастья за ее распутное поведение, и к ней периодически присоединялся и ее дядя, за ней была прислана карета из Кенилворта. Тете и всем прочим очень хотелось поехать вместе с ней, но у мужчин сегодня были дела с управляющим, так что поехали только женщины. Леди Констанция и леди Летиция ждали Серену с нетерпением, что и выразилась в их горячем приветствии своей новой родственницы, и гораздо более холодном приветствии и ее родственников. Леди тут же распорядились приготовить для них легкий ланч из холодных закусок и утренний кофе. Не успели они расположиться, как вошел лакей с известием, что портниха прибыла, и ее тут же было велено впустить. В комнату вошла необычайного вида женщина, с невероятной прической и в потрясающем воображение платье. Следом за ней зашли еще три ее помощницы, груженные разнообразными сумками, свертками и коробками, следом за ними лакеи занесли еще коробки, содержимое которых представляло для Серены загадку. Портниха, как выяснилось, была француженкой, что впрочем, не представляло затруднения для девушки, на острове были люди разных национальностей, а вот для ее тети и ее кузин это было представляло трудность, только Мелисса немного говорила по-французски. Портниха, водя в комнату, бойко поздоровалась хозяйками дома, и как только они представили ей невесту своего внука, принялась измерять ее, бормоча, что ей давно не доводилось видеть такую красивую девушку в таких лохмотьях. Серена тут же возразила ей, что она благодарна своей семье за это одеяние. Леди Констанция и ее сестра были приятно удивлены и ее способностям. На подвенечное платье был выбран самый красивый белый шелк, который только нашелся у портнихи. Затем Серене было велено заказать дюжину платьев для ежедневной носки. Дальше леди Летиция напомнила, что ей понадобится несколько вечерних туалетов, для выхода в свет, а также костюм для верховой езды, и теплая зимняя одежда. Потом вспомнили про перчатки и шляпки, в результате к обеду голова у Серены начала кружиться от вихря цветных тканей, перьев, меха и кружев, атласных лент, тесемок, пуговиц, пряжек и прочего. Ее родственницы, сначала заметно оробевшие от такого сухого приема, чувствовали себя куда более раскованно, чем Серена, которой и обычные полотняные платья носить толком не довелось, не говоря уже об атласе и кружеве. Обед накрыли в маленькой гостиной, окна которой выходили во внутренний двор, сверкающий изобилием цветов и зелени, которые тоже не способствовали отдыху для глаз. Больше всех веселились бабушки Джеймса, похоже, что они искренни были рады предстоящему событию. Уехать семейству Пэйви удалось лишь вечером, когда колокола на церковной колокольне уже били начало вечерней службы. Серена, каждый новый день которой приносил новые испытания, сразу после ужина ушла к себе и уснула мертвым сном, предоставив своим родственникам всласть посудачить о причудах престарелых аристократок. Следующие дни ничем не отличались от предыдущего. Утром их ждала карета, Серена вместе со своими родственниками ехали в замок. Там, портниха и ее помощницы день и ночь кроили, шили, наметывали, а затем после очередной примерки, доделывали или перешивали все по-новой. За день до начала церемонии, Серена уже смогла примерить почти готовое подвенечное платье, к нему только оставалось прикрепить цветы. Пожилые дамы переживали за платье гораздо больше, чем невеста. Серена, когда ее, наконец, облачили в сверкающий белоснежный наряд, не узнала свое отражение в зеркале, это была не она, а кто-то другой. Она чувствовала себя бедной дочерью несчастного плантатора, и уже давно перестала мечтать не только о собственном семейном счастье, но и о завтрашнем дне. Она не могла примерять такое красивое платье, и не ее свадьба должна была состояться через день. Она перестала отождествлять себя тем, что происходит, и не чувствовала себя невестой, тем более счастливой. Следующий день они не ехали в Кенилворт, поскольку там велись приготовления к церемонии, и пожилые дамы желали, чтобы Серена как следует отдохнула перед свадьбой и была радостной и свежей. Куда уж свежее, думала девушка, тетя и прочие весь день будут крутиться вокруг нее, не давая ни минуты покоя. Тетя уже немного успокоилась по поводу того, как именно была инициирована эта свадьба. Приготовления, которые велись в Кенилворте, ее успокоили, и все остальные успокоились вслед за ней. У Серены не было никакого особенного свадебного настроения или мандража, она просто вымоталась морально. Вечером, за ужином, все члены семейства Пэйви наперебой желали ей счастливой семейной жизни, любви и всех прочих благ и поздравляли ее с предстоящим радостным событием в ее жизни, но у самой Серены на душе скреблись кошки. Она была рада, когда, наконец, ужин закончился, и она смогла уйти к себе. Свернувшись клубочком на кровати под пледом, в темноте, она вспоминала своих родителей, и то, какими они были счастливыми, несмотря на все их злоключения. Сколько она себя помнила, отец никогда ни на шаг не отходил от матери, а когда на острове появились пираты, делал все возможное, чтобы облегчить ей жизнь. Они с Региной всегда были сорванцами, мальчишками в юбках, как звала их мама. Удержать их подальше от опасности было невозможно, и он постарался научить их всему, что могло пригодиться, чтобы выжить в этом жестоком мире. Вместо вышивки и игры на фортепиано - стрельба, бокс, плавание. Ее никто не учил быть женщиной, быть мягкой и заботливой, тогда это просто было неуместно. Сейчас же именно женщиной она и должна была стать, и не знала, чего от нее ждут. Слова Джеймса о том, что она ото всех защищается и никого к себе не подпускает глубоко засели в ее сознании. Она впервые задумалась о его мотивах, что его побудило так поступить, но ничего вразумительного в голову не приходило. Джеймс, имея такое положение в обществе и будучи начальником тайной полиции, мог без труда избавиться от своей нечаянно обретенной жены, без лишнего шума, это она хорошо понимала. Но, вместо этого, он приложил столько усилий для того, чтобы узаконить этот злосчастный брак в глазах всего мира. Зачем ему это понадобилось, она не понимала, не чувствовала связи между его словами и поступками, не понимала его мотивов так поступить. Мысли ее переместились к отношениям, которые были у ее сестры с Кристианом. Они познакомились еще будучи детьми и без конца донимали друг друга, это продолжалось до тех пор, пока Кристиан не ушел в море. Вот тогда они сразу же, на глазах, повзрослели. Оба были как двое попугайчиков-неразлучников, вместе воевали, но быть порознь друг от друга не могли. Регине раньше удалось найти свою любовь и научиться обращаться с ней, у Серены все было по-другому. Она просто должна была завтра выйти замуж за мужчину, к которому что?.. И она задумалась. Она не могла сказать, что именно она испытывает, но признавала его явную власть, особенно, когда он был рядом. Это было странно и ей хотелось прекратить ее, и одновременно, в глубине души, ей хотелось подчиниться ему. Поняв, что ответа на свои вопросы она сегодня не найдет, девушка расправила кровать и улеглась спать, но сон не шел. Бесконечные минуты тянулись одна за другой, медленно, как растет дерево, но она так и не могла забыться. Уснуть ей удалось только под утро.