Глава 15
Когда тетя пришла, чтобы помочь ей собраться и ехать вместе с ней в замок, Серена не могла разлепить глаз. Тетя, увидев ее лицо покачала головой и дальше начала причитать о том, как печально, что ее родители не могут присутствовать на свадьбе, и то, какой это важный момент для каждой девушки. Вскоре к ним присоединились ее кузины. Сирена была рада тому, что у тети хватает такта не упоминать про первую брачную ночь. Наконец, сборы были закончены, гораздо быстрее, чем она надеялась, и все они, вместе с мужской частью семьи отправились в Кенилворт. Там их уже ждали с нетерпением. Обе пожилые дамы, как только Серена переступила через порог, наспех ее обняв, резво потащили наверх, переодеваться. Портниха и ее помощницы были уже готовы, и вскоре девушка оказалась облаченной в совершенно чуждое ей одеяние. Дальше, одна из помощниц портнихи принялась укладывать ей волосы, а другая попыталась привести в порядок лицо, потемневшие от бессонной ночи. В маленькой семейной часовне начали звонить колокола. Дверь открылась и вошла горничная с красивым букетом белых цветов и какой-то коробкой. -Это тебе подарок от Джеймса, - улыбнулась леди констанция, - он привез это специально для тебя из Лондона. Открой же, леди Летиция подтолкнула к ней коробку. Открыв ее, Серена обнаружила невесомую газовую фату, расшитую маленькими цветами и жемчужинами. Девушка, что ее причесывала, тут же достала ее из коробки и, расправив, приколола к волосам. -Ну же, посмотрись на себя в зеркало, ты же просто красавица! -Джеймс был прав, эта фата тебе действительно идет! Серена медленно подняла глаза и совершенно не узнала девушку, сидящую напротив нее в зеркале. Она была печальна, но очаровательна, из ее глаз медленно струились слезы. Как только все приготовления были завершены, Серену повели в часовню. В гостиной ее ждали все остальные члены семейства Пэйви. Дядя взял ее под руку, именно он должен был вести ее под венец. День стоял хмурый, начинал моросить противный мелкий дождик. Серена мерзла, несмотря на накидку, которую накинул на нее кто-то при выходе из замка. Она ничего не видела перед собой и не слышала, и слава богу, что дядя крепко держал ее под руку, иначе сама она до церкви точно не дошла бы. Как только они зашли внутрь, под сводами церкви зазвучали прекрасные, величественные звуки органа. Тетя и все остальные, кто пришел с ней, быстро прошли вперед, и расселись по скамейкам. -Ты готова? – спросил дядя. -Нет, - честно ответила Серена. -Тебя уже ждут, - мягко сказал он, - пора идти. -Хорошо, - безвольно ответила девушка. Серена вместе с дядей медленно шла по церковному проходу, глядя только перед собой, ей было до ужаса страшно посмотреть по сторонам и увидеть лица тех, кто был в этот момент в церкви, и больше всего она боялась увидеть лицо главного виновника события – Джеймса. Если бы ей хватило смелости и силы воли поднять на него глаза, то все ее страхи улетучились бы, с такой нежностью и нетерпением он ждал ее около алтаря. Наконец, невесту подвели к жениху, дядя вложил ее руку в ладонь Джеймса и у Серены екнуло сердце. Он неторопливо поднял вуаль, которая скрывала ее лицо, и девушка все же решилась взглянуть на него, и оторопела. Серые глаза, вместо обычного металлического блеска, лучились как солнце, и она тонула в них, как в море. То блаженное спокойствие и умиротворение, которое исходило от него, невольно передалось и ей, и все ее страхи и треволнения растаяли, словно кто-то одним движением снял с ее глаз повязку, скрывающую солнце. Он слегка улыбнулся, и, не отпуская ее руку, развернулся лицом к священнику, который уже был готов начать церемонию. Он говорил о любви и доверии, о долге и чести, о заботе и уважении, но до Серены долетало не более одного слова из десяти, ей снова и снова вспоминались слова тети о том, как были бы рады ее родители, это невыразимо терзало ее. Она старалась отогнать прочь воспоминания, но чем больше старалась, тем хуже у нее получалось. Нервы у нее и так уже были на пределе, и сдержать слезы у нее уже не получалось. Они беззвучно катились по ее щекам, окропляя изумительную, бесчувственную вышивку на ее платье. Она так углубилась в борьбу с собой, что не услышала, как священник обратился к ней с извечным вопросом, согласна ли она, и вздрогнула, когда Джеймс, тихо позвал ее. -Что? – встрепенулась она. -Скажи да, - засмеялся он, - а то мы сегодня отсюда не уйдем! -Итак, согласны ли вы, Серена Брук, взять в мужья стоящего рядом с вами мужчину? -Да, согласна, - тихо ответила она. -А вы, Джеймс Кенилворт, согласны взять в жены эту женщину? -Да, согласен! – без запинки ответил Джеймс. -Объявляю вас мужем и женой! Джеймс, который так и продолжал держать ее за руку всю церемонию, развернулся лицом к зрителям, скрыв тем самым лицо Серены, и наклонившись, чтобы поцеловать ее, легко и аккуратно стер дорожки, оставленные на ее щеках слезами. Дальше, взяв кольцо с подноса, он не отрывая глаз от Серены, медленно надел на ее палец кольцо. -Надеюсь, я угадал с размером, - пробормотал он, - ну как? Она распрямила свою ладонь, и большой розовый бриллиант загадочно блеснул, отражая пламя свечей, горевших в церкви. -Какое красивое, - едва слышно ответила она. -Теперь твоя очередь. Серена взяла с подноса другое кольцо, оно было похоже на то, что надел на нее Джеймс, но только чуть проще и массивнее. -Вот и все, моя птичка, отныне ты окольцована! - съехидничал Джеймс, как только она надела кольцо ему на палец, - больше никаких перелетов, только с моего разрешения. -Не дождешься, - Серена хотела казаться как всегда, независимой и дерзкой, но голос ее подводил. Дальше их ждал обед в Кенилворт-хаусе по случаю столь радостного события, которому предшествовали поздравления новобрачным. В гостиной за фортепиано играл специально привезенный из Лондона музыкант, позволивший гостям чувствовать себя более непринужденно. Во время обеда, Серена стала осознавать, что отныне она уже никогда не будет той прежней Сереной Брук, что все в ее жизни круто переменилось, но она еще не была готова к этим переменам, но и не хотела, чтобы все оставалось по-прежнему. Судьба опять распорядилась за нее. Больше всех ее свадьбе радовались ее кузины, для которых она была пропуском в другой мир, с куда большими возможностями, чем те, что могли дать им их родители. Впрочем, ее братья тоже отнеслись к Джеймсу куда радушнее, чем она ожидала. Тетушка и дядя, больше всего боявшиеся, что жених так и не явится в церковь, ок