ончательно успокоились, и признали Джеймса самым удивительным человеком из всех своих знакомых. Обед постепенно перешел в танцы, и, наконец, гости отбыли домой. Серена, почти не спавшая прошлую ночь, валилась с ног от усталости. Все ее вещи были уже собраны, и доставлены сюда. Отныне Кенилворт стал ее домом. За все то время, что она была здесь, она так и не удосужилась посмотреть на свою будущую комнату. Сейчас леди Констанция отвела ее туда, и камеристка помогла ей снять платье. Больше всего девушке хотелось сейчас же лечь спать, но по определенным причинам, это было невозможно. Покои Джеймса, в которых только что закончили ремонт, никак нельзя было назвать комнатой. Помимо огромной спальни, с роскошной кроватью с резной спинкой из черного дерева, там была еще ванная комната, по размерам немного уступавшая спальне, гардеробная, и кабинет, маленький и уютный. Серена, оглядев все это великолепие, не знала, куда ей себя деть. Камеристка, войдя в комнату, доложила, что ванна готова, и после того, как помогла Серене раздеться, удалилась. Горячая вода помогла расслабиться. Выйдя из ванной, завернувшись в одно только полотенце, в гардеробную в поисках какой-нибудь одежды, Серена обнаружила, что ей кто-то успел приготовить одеяние. Перед ней лежала полупрозрачная батистовая сорочка, затейливо украшенная кружевами. Она решила, что нет никакой разницы, в чем ей сегодня ждать Джеймса, поэтому одела ее, даже не взглянув на себя в зеркало. Серена сидела на огромной кровати в комнате Джеймса. Со всей этой суетой и неразберихой, которая царила вокруг нее в последнюю неделю, она даже не удосужилась спросить, где будет ее комната и теперь была в ужасе от того, что оказывается, Кенилворты никогда не признавали отдельных супружеских спален. Получалось, что она всегда теперь будет вынуждена жить с Джеймсом в одной комнате. Он только сегодня приехал, прямо на церемонию, впервые за всю неделю, как всегда вместе с Гари. У них даже не было возможности поговорить с того самого ужина, когда они только собрались пожениться. Джеймса в комнате не было. Девушка, чем дольше оставалась одна, тем больше начинала нервничать, в ожидании и неизвестности по поводу первой брачной ночи. Будь у нее кто-то, с кем она могла бы поговорить на эту щекотливую тему, она бы это сделала, но здесь она никого не могла об этом спросить. Ей опять навернулись слезы на глаза, как только она вспомнила о маме, вспомнила их с отцом отношения. Несмотря ни на что, ни на какие беды, которые валились на них одна за другой, они всегда держались друг за друга, и для Серены они были эталоном. Раньше, когда она еще мечтала о собственном замужестве, ей всегда казалось, что с ней непременно будет так же. И вот мечты сбылись, но то, что ее ждало впереди, было покрыто мраком. Собственный опыт по этому поводу говорил, что ничего хорошего ждать не стоит. Всякий раз, когда кто-нибудь из пиратов начинал ее лапать, она не испытывала ничего, кроме боли и отвращения, и она была уверена, что здесь будет так же. Дверь открылась, и в комнату вошел Джеймс. Он все еще был в том самом костюме, что и в церкви и на ужине. Он закрыл за собой дверь и, повернув ключ в замке, встал лицом к ней, навалившись спиной на дверь. Он просто стоял и смотрел на нее, слегка улыбаясь. -Ну, здравствуй, жена. Серена ничего не ответила. Он ухмыльнулся, и оторвался от двери. Энергично скинув с себя фрак и жилет, повесил их на спинку стула, стоявшего рядом с кроватью, затем развязал шейный платок и бросил его туда же. Серена моча наблюдала за его манипуляциями. Ей самой снимать было нечего, кроме ночной рубашки с широким вырезом. Она невольно нервно облизнула губы. Джеймс тем временем, стащил с себя обувь и плюхнулся рядом с ней. Серена вздрогнула от такого резкого движения, и в ту же секунду оказалась в его объятиях. -Да мы сегодня покладистые, как я погляжу! - фыркнул Джеймс, и развернул к себе лицо Серены. -Не дождешься, - огрызнулась Серена, пусть это и были только слова. Как всегда, пальцем подняв вверх ее лицо, он задумчиво очертил ее нижнюю губу. Она почувствовала, как опять начинает неистово колотиться ее сердце под ребрами, а Джеймс не делал ничего, просто водил пальцем по ее губам и смотрел. Переиграть его в гляделки она не могла никогда, и, чувствуя, что паника начинает переходить всякие границы, она напряглась и попыталась было вырваться из его объятий, но он был готов. Она вскочила на ноги, но ее тут же остановили его руки. -Что ты делаешь! - попыталась было протестовать Серена. -А ты как думаешь? Он стоял у нее за спиной и, крепко обняв ее, просто держал, прижав вплотную к себе. Она чувствовала сквозь тонкую рубашку, все изгибы его тела, чувствовала каждый его вдох. Он явно не собирался торопиться. Медленно разжав руки, но продолжая держать ее за плечи, он развернул ее к себе и опустив руки на ее талию, притянул обратно вплотную к себе. Руки его скользнули по ее спине и остановились у выреза рубашки, и чуть помедлив, скользнули внутрь, по нежной коже. Дальше он, по-прежнему, не говоря ни слова, развязал тесьму на ее груди и рубашка, больше уже ничем не сдерживаемая упала к ее ногам. Серена инстинктивно попыталась прикрыть хотя бы грудь руками, но он медленно развел их в стороны и сделал шаг назад, затем, протянул руку и стер с ее щеки слезинку досады и стыдливой робости, и медленно обошел ее вокруг, не сводя с нее сверкающих серых глаз. Его взгляду открылись все прелести девичьего тела, красивая упругая грудь, с розовыми бутонами сосков, тонкая талия и округлые бедра, с темным треугольником волос внизу живота. На правой груди у девушки было нескольких родимых пятен, которые очень понравились Джеймсу. Серена не знала, куда ей провалиться со стыда, но не смела куда-то бежать от него по причине отсутствия одежды и запертой двери. Он все предусмотрел. Джеймс, стоя у нее за спиной медленно снял с себя рубашку, и снова подошел к ней. Она своей нежной кожей чувствовала волосы на его груди и руках. Он снова обнял ее, на этот раз его губы поцеловали ее в шею, затем чуть ниже, и еще и еще раз, потом он снова развернул ее к себе, и прильнул к ее губам. Мускулистые руки продолжали медленно исследовать ее обнаженное тело, пока не оказались на ее попке. Серена вздрогнула и дернулась прочь от него, но он снова ожидал этого. Легко подхватив ее на руки, он в два шага донес ее на кровать и бросил ее на середину, словно куль с зерном. Не ожидавшая от Джеймса такого грубого обращения, Серена шлепнулась на кровать, раскинув в разные стороны руки и ноги. Джеймс, похоже именно на это и рассчитывал. Он остановился около кровать и начал медленно расстегивать брюки. Серена быстро села на кровати, развернулась к нему спиной и закрыла лицо руками. Он засмеялся. Она нравилась ему все больше и больше, и такая застенчивость тоже была ему очень по вкусу. Вид обнаженной девушки незамедлительно привел все его мужское естество в возбужденное состояние, и теперь его член слегка пульсировал, в ожидании упругого теплого женского тела. Пожалуй, стоило воспользоваться советом Гари, и навестить какую-нибудь жрицу любви, поскольку сдерживаться сейчас было все сложнее и сложнее, а торопиться и перепугать Серену окончательно он не хотел. Легко запрыгнув на кровать, он медленно добрался до нее и аккуратно обнял ее. Потом, развернул ее к себе и, отняв ее руки от лица, позволил себе прильнуть к ее губам. Поцелуй, постепенно из ласкающего и нежного переходил в страстный и неистовый, его руки все крепче сжимали ее, свободно разгуливая по ее телу. Она пыталась отклониться от него, и не поняла, как неожиданно коснулась головой подушки. Тяжелое мужское тело нависало над ней, постепенно все сильнее и сильнее вдавливая ее в матрас. Его руки осторожно коснулись ее груди, и, пройдясь по розовым окружностям, легко сжали ее соски. Она оторвалась от его губ и тихо вскрикнула. Джеймс тем временем уже целовал ее шею, а затем, спускаясь все ниже и ниже, его губы коснулись ее груди. Он осторожно лизнул ее сосок, а затем выдохнул на него. Реакция последовала незамедлительно, он набух и стал твердым, то же Джеймс проделал и со вторым, а после он вернулся к первому и, взяв его в рот начал посасывать, не переставая сжимать пальцами второй. Серена чувствовала, что еще немного, и она окончательно перестанет сопротивляться ему и сдастся на милость Джеймса, какой бы она не была. Тем временем, он, продолжая играть губами с ее грудью, спускался все ниже, и вскоре руки его коснулись заветного холмика. Серена снова дернулась, пытаясь предотвратить посягательство на самую нежную свою часть, но Джеймсу это только помогло продвинуться дальше. Он немного погладив ее там, другой рукой взял ее ногу и закинул ее себе на спину. Пальцы его уже успели найти вход в раковину и раскрыть ее. Он медленно исследовал глубины девичьего тела, заставляя девушку судорожно извиваться под ним. Наконец, его пальцы уперлись в преграду, которую еще никто не смог разрушить. Его член уже не просто пульсировал, еще чуть-чуть, и он уже не смог больше сдерживаться, и Джеймс осторожно ввел его внутрь Серены, не нарушая ее девственности. Девушка, почувствовав внутри себя что-то большое, пульсирующее и твердое, снова попыталась вырваться, и резко дернувшись, скинула Джеймса с себя. Он, тут же обхватив ее за талию, совершил в