. -Я врал? Милая, ты меня с кем-то путаешь. И в чем же это я соврал, хотелось бы мне знать? -Ну, хотя бы в том, что познакомил нас дон Сантьяго. -Ах, вот о чем ты! Думаешь, стоило рассказать о том, как я, сидя в кандалах после двухнедельного путешествия в трюме пиратского корабля, вдруг увидел тебя, гордо восседающую на лошади, и всю увешанную оружием? Этих приверженцев морали и нравственности хватил бы удар, узнай они об этом. -Ты мне так и не рассказал, что ты делал на шхуне дона Сантьяго. -Тебе так хочется знать? -Очень! Я до сих пор теряюсь в догадках, кто ты, и какие цели преследуешь, и чего мне от тебя ждать. Логичнее всего было бы предположить, что ты взбалмошный, разнузданный повеса, которого все-таки поймали и отправили в тюрьму, а дальше все пошло по проторенной дорожке, которую придумал Крамор. -Так это была его идея? Это он придумал использовать каторжников в качестве бесплатной рабочей силы? -Да, они с доном Сантьяго старые друзья, так всегда получается, что подобное притягивает подобное, и эта парочка стоит друг друга. Я даже не знаю, кто из них уже хуже. Крамор имеет много знакомых здесь, в Англии, вот он и придумал возить к нам каторжников, кому нужны официально мертвые преступники? Идея, конечно, хорошая, а что получилось на деле, ты сам видел. -Значит, Крамор, - Джеймс в глубокой задумчивости смотрел на жену. – Ладно, надо будет это проверить... Мысль хорошая… И он вполне подходит под описание… -Джеймс, - позвала его Серена, и он поднял на нее глаза, так, как будто впервые увидел. -Ах! Прости, птичка моя, я увлекся. -Чем увлекся? – тревога, смешанная с подозрением и недоумением, сквозили в ее взгляде. – Джеймс, я хочу знать, что происходит. -Милая, у тебя нет никаких причин для беспокойства, - он снова устроился на спинке ее кресла и начал медленно поглаживать ее шее. Серена легко шлепнула его по руке, но он успел поймать ее, и, сжав в своих, смотрел на нее гипнотизирующим взглядом. -Джеймс, что происходит? - тревога в голосе Серены стала нарастать, - как ты оказался на той шхуне? -Это была всего лишь глупость, я потом тебе все объясню. Она вскочила на ноги и, уперев руки в бока, глубоко вздохнула, набирая в легкие побольше воздуха. Джеймс тут же обхватил ее за талию и притянул к себе, чувствуя, что еще немного и разразится буря. Серена тут же начала колотить его по груди, но силы в ее ударах не было, они лишь немного позабавили его, когда он пытался поймать ее руки. Дальше, как только она перестала сопротивляться, он, не отпускае ее от себя, опрокинул жену на стоявший рядом большой письменный стол. -Хватит, Джеймс, ну не здесь же! - взмолилась Серена, - как только ей удалось оторваться от его губ, которые теперь настойчиво исследовали ее плечи. -Почему нет? - хрипло спросил он. -Вдруг сюда кто нибудь зайдет. -И что? -Kак что! Ты с ума сошел, отпусти меня! И я была бы тебе очень благодарна, если бы ты рассказал мне все. -Хорошо, потом, потом, - похоже, что вернуть его в мирное русло было уже невозможно, и все его мысли и желания сосредоточились на ней одной. -Джеймс, перестань, - ей все же удалось вырваться из его сильных рук. -Лучше вернись сама, а не то будет хуже! - Джеймс как бультерьер, у которого вырвалось желанная добыча, не спускал жены горящих вожделением глаз. -Да неужели? С чего бы это? Ты ведешь себя очень странно, а я не хочу иметь ничего общего с лжецом. Она демонстративно повернулась, намереваясь уйти, и тут же пожалела об этом, поскольку Джеймс легко перепрыгнул через стол и прижал ее спиной к дверям. -Вам ничего другого не остается графиня, другого выбора у вас нет. В этот момент в дверь постучали. Джеймс оттащил Серену от дверей и прижав к себе, открыл дверь. На пороге стояла леди Летиция, в ночном халате и чепце. -Так, голубки, воркуте? - хитро улыбнулась она. - Если вы собираетесь предпринять какие-нибудь шаги для продолжения славного рода Кенилвортов, предлагаю вам воспользоваться спальней, думаю, там для этого вам будет, где развернуться. Мне же нужно полечить свою бессонницу хорошей книгой. Поэтому, предлагаю всем разойтись и заняться тем, что действительно приятно и важно. Джеймс в ответ на эту тираду, разразился громким хохотом, на который тут же прибежала леди Констанция. -Вот вы где! Вы что, решили почитать, на ночь глядя? Что за молодежь нынче пошла! У них медовый месяц, а они, видите ли, книжки ночью читать собрались. Это нам с сестрой только и остается, что лечить бессонницу литературой, а вы, будьте добры, найдите себе другое занятие! Брысь отсюда! -Считайте, что уже нашли! – отсмеявшись, сказал Джеймс, увлекая Серену в их комнату. Серена еще пыталась выяснить у мужа, что привело к тому, что он оказался в числе каторжников на острове, но его интересовало только ее тело и отвлечь его не представлялось возможным. В комнате было темно, только сероватый свет немного пробивался из-под шторы. Джеймс, полностью одетый, лежал поверх одеяла, в которое с головой завернулась Серена. Он задумчиво перебирал в руках прядь ее волос, но мыслями был далеко за пределами этого дома. Внизу на мостовой застучали конские копыта и колеса подъехавшей кареты. -Серена, - тихо позвал он ее, но в ответ она только промычала что-то нечленораздельное и перевернулась на другой бок. Он улыбнулся и засунул руку под одеяло и вскоре услышал недовольный возглас, а затем из-под одеяла вылезла и сама девушка. -Доброе утро, соня! -Черт, Джеймс, имей совесть, на дворе же ночь. И почему ты одет? Снова уезжаешь! - мгновенно догадалась она, он лишь кивнул головой и продолжал молча смотреть на нее. -У меня есть к тебе просьба, я очень хочу, чтобы ты ее выполнила. Пообещай мне! - он настойчиво смотрел на нее. -Хорошо, я постараюсь. Мне опять никуда нельзя выходить? -Это ради твоей безопасности. -Джеймс, что может со мной случиться здесь? -Ты обещала мне! Я буду в бешенстве, если найду тебя вне дома. -Как долго тебя не будет? -Думаю, пару недель. -Постарайся хорошо провести время, - язвительно сказала Серена, за что тут же была повалена на кровать и награждена горячим поцелуем. -Маленькая злюка! Мне уже пора, мой экипаж уже стоит внизу, - еще раз чмокнув ее в губы, он вышел из комнаты, но в дверях снова, как тогда, оглянулся и бросил на нее долгий странный взгляд. Серена пыталась погрузиться в странный мир Лондона и не могла. День сменялся за днем, они с бабушками Джеймса еще несколько раз принимали гостей у себя, это были как обеды так и ужины, а затем стали возвращать визиты. Серена не понимала, почему каждый раз, когда они собирались куда-то, в доме поднималась настоящая паника. Наибольшее ее недоумение вызывало то, что, куда бы они ни поехали, везде их сопровождало двое-трое лакеев, и они ни на минуту не оставались на улице. Больше всего девушке хотелось прогуляться по городу, поглазеть на красивые старинные особняки и дворцы, фонтаны, скульптуры и парки, но пожилые леди тут же начинали протестовать, говоря, что их ожидают к определенному времени и опоздать туда было бы верхом неприличия. Ей ничего другого не оставалось, кроме как смирится. Все, что она могла себе позволить, это посмотреть на город из окна кареты, несмотря на увещевания о том, что это неприлично. После того, как ее наконец-то оставляли одну, она брала книгу и уходила в нее с головой, стараясь отогнать все более и более беспокойные мысли о доме. Прошло уже почти полгода, как она уехала с острова, но тоска и отчаянное беспокойство становились все сильнее. Она, как могла, гнала от себя дурные и мрачные мысли, не давая своему воображению рисовать самые страшные картины того, что могло произойти и отчаянно, всей душой надеялась, что ничего непоправимого там не произошло. Чем дольше не было Джеймса, тем настойчивее были мысли о том, что ей пора возвращаться на родину. Присутствие мужа отвлекало от грустных мыслей словно громоотвод, не давая ей утонуть в пучине мрачной тревоги и неизвестности. Она потихоньку начала пытаться разузнать, как бы ей лучше выбраться отсюда. В кабинете Джеймса была большая подробная карта Лондона, где, к ее удивлению, было отмечено столько разных мест, к которым обычно аристократы, по мнению Серены и близко не должны были приближаться. Ее немало это удивило, и она принялась досконально ее изучать, не уставая благодарить мужа за тщательность и скурпулезность к деталям. Прошло уже три недели, но от него не было никаких известий. Серена постепенно начинала терять терпение, и идея побега становилась все навязчивей. У нее еще оставалось немного денег из тех, что ей дал капитан Спирс, но она все равно почти все свои деньги, которые, как выяснилось, выделил ей на мелкие расходы муж, откладывала для часа икс. Она очень старалась не вызывать никаких подозрений у бабушек, но прежде решила уточнить, нет ли каких известий о ее семья у дяди, и написала ему письмо. Также ее интересовало то, получил ли он ответ из министерства, куда он написал письмо, описывая их заключения, и просил принять меры для избавления жителей Сент-Эужении от бандитского гнета. Принятие решения о времени побега было отложено до получения ответа дядя. При пожилых леди она по-прежнему старалась вести себя безукоризненно, успокаивая их бдительность. В скором времени, они стали выезжать куда-то и без Серены, которая под разными предлогами старалась остаться дома одна. Тайные сборы ее были уже почти закончены, оставалось только дождаться ответного пи