ужны были доказательства, и их-то и искал Джеймс здесь, на островах. Я не могла заставить вас поверить, что ваша дочь жива, а потом отнять у вас эту веру. С моей стороны это было бы просто кощунство, я поступила бы гораздо хуже тех, кто это сделал. Даже сейчас мы все можем ошибаться. Прости меня, милая! - она потрепала сестру по руке. -Ну что ты, Серена! Ты всегда была моей сестрой, всегда заботилась обо мне и я всегда могла на тебя положиться. Я не знаю, кто эти люди и почему я так похожа на эту леди. Даже если я имею к ним какое-то отношение, моя семья там, на острове. Там моя мать, которая вырастила меня, там, - она махнула в сторону моря, - мой отец, здесь вы с Кристианом. Вы моя семья и другой мне не нужно. -Ты всегда была упрямая, как море, которое тебя пощадило тогда, - воздев глаза к небу, сказала Серена. -Сейчас есть дела поважнее! - невозмутимо откликнулась она, - например, почему мы стоим на якоре? Корабль Лазаро и еще один бриг пиратов стоят за СентИзабелл. -О боже, ты уверена? -Уверен, как в том, что солнце светит! - раздался низкий голос. Кристиан, не отрываясь, смотрел на девушек, все еще лежа на палубе. Его светлые золотистые волосы удивительным образом гармонировали с загорелой кожей, а глаза, синие как море, и белые зубы только еще больше делали его похожим на морское божество. Он вздохнул и мгновенно поднялся на ноги, оказавшись на целую голову выше всех присутствующих. -Мы что сидим на рифе? - весело фыркнул он. -Так точно! – со вздохом ответил ему капитан корабля. -Филипп, ну как ты мог! - громогласно расхохотался он, вогнав капитана в краску. Затем, не говоря ни слова, он с разбега запрыгнул на борт и, оглядевшись по сторонам, нырнул в море. Регина тут же рванула следом за ним к борту, полностью игнорируя не сводивших с нее глаз семейства Мальборо. Кристиан скоро вынырнул и забрался обратно на корабль. И?.., - требовательно спросила его жена, как только он залез обратно. -Все не так плохо! - широко улыбнулся он. - Ну что, готовы попрыгать по снастям? - громогласно обратился он к матросам, которые, похоже, уже имели возможность познакомиться с его талантом капитана. -Да, сэр! - ответ прозвучал как выстрел, и все тут же заняли свои места. -Отлично! Филипп, ты позволишь? - он вопросительно взглянул на капитана. -Еще спрашиваешь! Дальше началось самое странное и удивительное действо, которое доводилось видеть герцогу и всем присутствующим гостям на борту. Якорь был поднят и матросы на мачтах и реях, повинуясь каждому слову Кристиана с ловкостью обезьяны, то поднимая, то опуская паруса, меняли курс, и мало-помалу, застрявшая бригантина начала медленно, но верно выбираться из окружающих ее скал. Выбравшись на глубокую воду, они взяли курс на Сент-Эужению, куда должны были приплыть все остальные корабли. Через час они уже спускали шлюпки на воду и грузились в них, чтобы добраться до острова. Сестры, не видевшиеся целый год, не отрывались друг от друга. Новостей у обеих было много и им не терпелось ими поделиться. Впрочем, Регина знала почти все, что произошло с ее сестрой от Джеймса, который и нашел Кристиана еще прошлой осенью, почти сразу после их с Сереной свадьбы. Услышав эту ошеломительную новости, девушка от возмущения потеряла дар речи. Кристиан и Регина, увидев выражение ее лица, долго не могли успокоиться от хохота, и начали рассказывать о том, как они провели все это время. Оказалось, что Кристиан давно уже знал о проходе в рифах. Ему рассказал о нем еще их отец, а он, поняв, что по-другому уйти от пиратов у него не получится, расширил его. Калипсо не получила серьезных повреждений и они без труда добрались до Франции. Там жила семья Кристиана, его сестра и брат, которые с удовольствием их приютили. На деньги, вырученные от продажи рома и драгоценностей, которые дал ему ее отец, они купили малюсенький домик с садом на берегу Средиземного моря, где родился их сын. Восторгу Серены по поводу того, что она стала тетей, не было предела. Джеймс, не знавший обычных маршрутов, по которым плавал Кристиан, был вынужден оставить в нескольких местах засады. Когда солдаты схватили его, то он, первым делом подумал, что это наемники дона Сантьяго и сопротивлялся отчаянно, пока его, наконец, не скрутили и не бросили в тюрьму, видимо, потеряв надежду хоть как-то урезонить буйного парня. Каково же было его удивление, когда сидя в тюрьме, к нему в камеру зашел Джеймс, в сюртуке, шляпе, с тростью, и охраняющие его конвоиры обращались к нему не иначе, как ваше превосходительство. Разговор у них вышел недолгий, они оба были заинтересованы в одном и том же, и Кристиан тут же получил свободу и ресурсы для достижения их плана. Все остальное Серена знала и так. Дальше ее интересовало то, что пираты творили на острове, но и тут они смогли ее успокоить. Пираты еще какое-то время пытались заставить их отца отремонтировать перегонный аппарат, но тот был упрям, как скала и они просто забрали сахар. Затем наступил сезон дождей, а после него у пиратов все чаще и чаще стали возникать проблемы с британскими военными кораблями, которые, словно прописавшись в их водах, не давали сделать из шагу. Скоро их так обложили на островах, что пираты всерьез забеспокоились и решили с боем прорываться из окружения, но у них ничего не получилось, их уже ждали. Теряя людей и корабли после каждого столкновения, пираты были вынуждены забрать почти всех, кто охранял каторжников на Сент-Эужении, а затем и самих арестантов забрали и пристроили матросами на пиратские корабли. А вот у Кристиана и Джеймса добраться до острова получилось далеко не сразу. Остров, как всегда, был негостеприимным, а после высадки на него, они и сами оказались в окружении, прорвать которые удалось только Блиссу и Нуаре, которые присоединились к ним, прорвав кольцо окружавших их пиратов. Тут Серена получила массу комплиментов и благодарностей за свою хорошую память, поскольку без опытных шкиперов ничего бы не получилось. Тем временем они уже доплыли до острова. Высадившись на него, Серена впервые за всю свою жизнь ощутила в полной мере, насколько ей была дорога эта земля, песок под ногами и даже обжигающее, палящее солнце. Все это было ее родное, но насколько все это было обезображено пиратским пристуствием! Они смогли разрушить почти все, что создавалось веками, оставив после себя только почерневшие руины. Дороги к усадьбе не было, а также как не было и раньше. Из всех женщин, достигших острова, на берег решились высадиться только Серена и ее сестра, остальные дамы не решились отправиться навстречу неизвестности, и остались на борту корабля. Герцогине было дурно, после нечаянного обретения дочери, которая ни в какую не хотела признавать никаких других родителей, кроме тех, что ее вырастили и продолжала игнорировать всех, кроме сестры и мужа. Дамы остались с ней, чтобы помочь ей прийти в чувство. Мужчины, которым было интересно увидеть то, ради чего, собственно, и было потрачено столько усилий, не раздумывая, отправились на остров. В этот раз никто даже не пытался уговорить Серену остаться на корабле, понимая бесполезность своих усилий. С бригантины были спущены шлюпки, и большой отряд вооруженных матросов был готов сопроводить их, обеспечивая безопасность. Дорогу до дома Серена могла бы найти темной ночью и с завязанными глазами, но никогда еще она не казалась ей такой длинной. Высадились они на том самом пляже, где ее застал купающейся Джеймс, и воспоминания, как морские волны нахлынули на нее. Только сейчас она поняла, что жутко соскучилась по нему, так же сильно, как и по родителям. Передвигаться пришлось молча, колонной, и под вооруженной охраной. Бандитов на острове уже не было, но они вполне могли приплыть сюда ночью и устроить засаду. Наконец, миновав последний поворот, они вынырнули из леса, очутившись на лужайке перед домом. Он был все тот же, к счастью, камень может вынести все что угодно, но застекленных окон в усадьбе уже не осталось. Остатки кованой ограды и ворота были оторваны от столбов и брошены рядом. Часть надворных построек была сожжена. Здесь разруха ощущалось так сильно, как нигде на острове. Но, несмотря на погром, устроенный в усадьбе, она сохранилась, и стоило только отряду показаться из леса, как им навстречу вышло несколько вооруженных людей. Серена никого из них не знала, но они, увидев кто передними, вежливо, с поклонами проводили их во внутренний двор. Один из них доложил Кристиану и капитану Филиппу, что за время отсутствия никаких происшествий не было, и ни один из кораблей не вернулся. Внутренний двор тоже претерпел значительные изменения. Терраса была перестроена полностью, расширена и у нее больше не было стен, только крыша. Рядом с ней была построена отдельная кухня, с большим каменным очагом, около которого сейчас колдовали две женщины. Запах, разносившийся от готовящейся еды, мог, казалось, пробудить аппетит и у мертвого, так вкусно пахло. Крыша над ангаром с перегонной установкой тоже была сожжена, ворота выбиты и никто чинить их, похоже, даже не пытался. Вездесущие мальчишки в этот раз с опаской выглядывали из хижин, но, увидев среди толпы незнакомых людей лица Регины и Кристиана, поверили, что все хорошо и с громкими криками побежали навстречу. Женщины у очага, услышав крики, тоже вышли посмотреть, что такое происходит. Одна из них, взглянув в их стор