устремилась наверх. - Что за непоседа растет, не девочка, а настоящий сорванец. -Да будет тебе, милая, ты слишком строга. Пройдет еще несколько лет и тогда она наконец-то, полюбит платья, делать прически, а потом, когда она полюбит какого-нибудь проходимца и выскочит за него замуж, ты будешь жалеть, что это время, когда она была маленькой, безвозвратно ушло. -Почему обязательно за проходимца? Я думаю, что наша дочка достаточно разумна для того, чтобы выбрать себе честного и достойного человека. -Да, это у вас семейное, а девочка обязательно пойдет в мать, - сказал мужчина, хитро глядя на свою жену. -Ты хочешь сказать, что я сделала неправильный выбор? -Почему неправильный? Я люблю тебя, ты любишь меня, и мы прекрасно подходим друг другу. Только твой папаша до конца своих дней был уверен, что ты совершаешь огромную ошибку, выходя за меня замуж, что, в сущности, так и было. Ты могла бы составить счастливую партию любому честному торговцу, а выбрала моряка. -Значит такова моя судьба, ведь сердцу не прикажешь. Я не представляю, как можно было бы жить с человеком, и не испытывать к нему любви и уважения. А если иметь в качестве главной цели жизни только торговую прибыль и благополучие, то такая жизнь больше напоминает ад на земле. Так что я не думаю, что совершила ошибку. Что касается Серены, я надеюсь, что у нее достанет разума, чтобы выбрать то, что ей по сердцу, и что она пойдет по правильному пути, не собьется и не свернет с него. -Что же, будем надеяться, что твои слова окажутся пророческими, моя милая. Ладно, завтрак закончился, нужно идти проверить, как там обстоят дела на улице. Вчерашний шторм мог натворить много бед. Интересно как там, в доках, нет ли разбитых кораблей? Как я не люблю это, находить остатки кораблекрушений. -Все возможно, при таких волнах, какие были позавчера, могло случиться все, что угодно. -Я очень надеюсь, что наши тростниковые поля выстояли после вчерашнего урагана. -Да, потерять урожай было бы печально. Если это произойдет, то нас ожидают большие трудности. - Папа, папа, вот и я! Посмотри, я одела старые сапоги и платьице, и шаль, чтобы не замерзнуть, и теперь могу отправиться в путешествие! -Ладно, иди ко мне моя красавица! Поцелуй маму на прощание, - девочка вприпрыжку подбежала к матери и запрыгнула к ней на колени. Мать потрепала дочку щеке, и поцеловала ее в лоб. -Отправляйтесь с Богом. Затем она поцеловала мужчину в щеку. Девочка спрыгнула с колен, прихватив по дороге булочку со стола. Мужчина тяжело, с кряхтением, поднялся и направился выходу вместе с ребенком. Утро поражало своей свежестью, вымытая дождем зелень сияла каплями воды как бриллиантами. Погода стояла просто чудесная, природа, словно выпустив за прошедшие три дня всю свою неистовую ярость и злость, находилась в блаженном покое. Не было ни единого дуновения ветерка, ни облачка на небе, все было тихо и безмятежно. Омытые вчерашним дождем растения сверкали своей яркой, свежей, сочной зеленью. Все вокруг было таким первозданно чистым. Птицы, которые провели последние несколько дней в своих убежищах, немедленно продолжили изливать свои трели. Том тяжело шагал берегу, Серена кружила вокруг него. Маленькой девочке все было интересно, все было любопытно, и она засыпала отца вопросами. Было видно, что ему это все очень даже нравится, и что он души не чает в дочке и прощает ей все шалости. В конце концов, она была его единственной дочерью, к тому же еще и поздней. Наконец, они вышли на песчаную косу, и побрели по направлению к небольшой бухте очертания которой ясно угадывались впереди. Везде были заметны последствия, оставленные разбушевавшейся стихией, дороги были размыты. Кое-где валялись сломанные ветки, некоторые деревья были вырваны с корнем. Тут и там виделись нагромождения камней и валунов, оставленные ими следы позволяли понять, что тропический ливень, обрушившийся на остров, превратившись в лавину, смывал все на своем пути, оставляя тут и там обломки камней, ветви деревьев, смешанные с грязью. Среди окрестностей больше не было заметно каких-либо серьезных разрушений, поэтому судить о том, насколько могли пострадать жилые постройки, было невозможно. Старый дом благополучно пережил удары стихии и, как ни в чем не бывало, продолжал стоять с прежним, невозмутимым видом. Рядом с домом, с правой и с левой стороны, ближе к холму находилось несколько хозяйственных построек. Лишь на одной из них, расположенной в наибольшем удалении от холма была немного содрана черепица. Никакого иного вреда стихией нанесено не было. Хозяин дома еще раз внимательно оглядел свои владения, и удовлетворенно хмыкнул. Несомненно, его порадовало то, что представилось его глазам, похоже, что он рассчитывал на куда большие разрушения, и был готов к длительному исправлению и починке полученных повреждений в хозяйстве. Серена весело шлепала по грязи. Ей доставляло удовольствие носиться вприпрыжку и, периодически забывая затормозить, врезаться в отца. Он не испытывал ни малейшего неудовольствия по этому поводу. И даже наоборот, судя по его лицу, ему доставляло огромное удовольствие наблюдать за тем, как его дочь весело резвится. Теперь мужчина смог расслабиться и насладиться чудесной утренней прогулкой с дочерью. Он начал напевать себе под нос какую-то веселую морскую песенку и направился по направлению к пляжу. -Серена, сколько можно прыгать и веселится! Пойдем быстрее! Мы с тобой и так уже прилично задержались, к этому времени мы уже должны были быть на берегу. -Папа, это же ты сходил и проверил все ли в порядке, не навредила ли нам сегодня погода. Я ту совершенно не причем. -Да, конечно не причем, маленькая проныра! Он взял дочку на руки и вместе с ней зашагал по крутому склону вниз, к берегу моря, и лишь достигнув песчаной косы, мужчина поставил ребенка на ноги. Девочка тут же побежала к воде. Шторм вынес на берег много всякой всячины. Здесь были и морские звезды, медузы, морские ракушки и большие красивые раковины. Девочке они безумно нравились, и она тут же начала собирать в карманы своего передничка самые красивые, все дальше и дальше удаляясь от отца. Мужчина же напротив, медленно и размеренно ходил по берегу, оглядываясь по сторонам. Он, старый моряк, прекрасно знал, что такие бури как та, что была прошлой ночью, забирает немало жертв. И он был рад, что море не выбросило на пляж никаких свидетельств совершенной им казни над имевшими несчастье оказаться в такой недобрый час в море путешественниками. Не было ни обломков бревен, сломанных досок, обрывков парусов и веревок. Сколько раз после таких же безумных ночей, на берег выносило останки погибших и обломки кораблей, потерпевших кораблекрушение. Оглядевшись еще раз по сторонам, мужчина, наконец-то, уверился в том что, море на этот раз не получило кровавой жертвы. Настроение у него стало еще лучше. Глядя на свою резвящуюся дочь, Том тоже начал помогать ей собирать раковины, разбросанные по берегу. Иногда на берег выносило моллюсков, которые несли в своем чреве прекрасные перламутровые жемчужины. Несмотря на кажущуюся состоятельность, достаток семьи и был весьма и весьма скромен. По одежде мужчины можно было заметить, что она используется им многие годы. Рукава куртки были изрядно протертыми, как и колени на брюках. -Скажи папа, а в этой ракушке есть жемчужина? -Не знаю, дочка, собирай самые большие, мы принесем их домой, а там посмотрим. -Хорошо бы мне найти жемчужину, большую-пребольшую, и тогда мы точно стали богатыми. -Да уж, это было бы просто здорово, моя милая. Так что, давай, ищи, возможно, сегодня тебе повезет. Девочка побежала вперед, по направления к валунам, в избытке находившимся на пляже. -Папа, папа иди сюда скорее! - закричала Серена. Мужчина торопливо направился на зов. - Посмотри, там что-то белое лежит! -Что ты там увидела? Что тебя так напугало, малышка? Сейчас посмотрим, - мужчина размашистым шагом направился мимо самого большого валуна. Похоже, что его предчувствие относительно произошедшей накануне бури все-таки было не напрасным. Подойдя к тому месту, на который указывала Серена, мужчина обмер. За одним из самых больших валунов, белел кусок ткани, больше всего похожий на кусок старого потрепанного паруса. Мужчина торопливо подошел ближе и нагнулся. На песке лежало маленькое тело ребенка, скорее всего девочки, судя по длинным темным волосам. Вероятно, белые лоскутья, которые привлекли внимание Серены, некогда служили ей платьем, теперь же они напоминали клочья пены, белеющей на верхушке волны. Он нагнулся над ребенком и аккуратно перевернул девочку, которая лежала ничком на песке, лицом вниз, и ее тело было неестественно изогнуто. Он осторожно пощупал пульс на шее у ребенка, и с удивлением и радостью обнаружил, что девочка жива. -Серена, быстро, помоги мне! - сказал отец. -Она жива? - подбежав к отцу, спросила Серена. -Да, как ни странно, но она жива. Помоги мне, я сейчас приподниму ее, а ты, Серена, подержи ее голову, нужно освободить ее лицо, чтобы она могла дышать. Он осторожно перевернул маленькое тело, и осмотрел девочку. Несмотря на то, что она была без сознания, на ней практически не было порезов или ссадин, как это обычно бывает с теми, кто попал в бушующее штормовое море рядом с коралловыми рифами. Обычно, люди, которых он находил после шторма, были сильно искалечены, исцарапа