Глава 5
С последним ударом колокола, раздавшегося с крыши старой гасиенды, усадьба начала оживать, тут и там стали появляться люди, потягиваясь и зевая. Кто-то только что покинул теплую кровать и ещё не успел толком одеться и вышел в одном исподнем, другие уже успели привести себя более-менее надлежащий вид, и были практически полностью готовы встретить новый день. Не прошло и нескольких минут как все обитатели дома были уже на ногах. Только новоприбывшие узники еще продолжали спать, невзирая на общую суматоху и шум, воцарившийся во дворе. Утро было ясным и солнечным. Большая часть надзирателей, которых предоставлял дон Сантьяго, так же жили здесь, в усадьбе. По его требованию, отец девушек, мистер Томас Брук, нынешний владелец плантации, был вынужден предоставить им одно крыло своего дома для их ночлега. Для надзирателей, также как и для их подопечных, утро начиналось одинаково, с ударом колокола, расположенного на крыше дома. Охрана, в отличие от каторжников, имела некоторые преимущества. После того как колокол прозвучал, они также как и все остальные, встали и ежась от прохладного утра направились в тот самый сарай, где вчера вечером все ужинали. Посредине открытого двора стояла большое корыто. Сейчас оно было до краев наполнено водой, которую уже успели наносить те, кто оставался караулить в ночь. Мужчины по очереди подходили к этому корыту, чтобы умыться. Во дворе стоял умопомрачительно вкусный запах свежих кукурузных лепешек и только что сваренного кофе. Несомненно, если бы не такие ароматы, витавшие в воздухе, разбудить всех было бы намного труднее. Старая негритянка прекрасно справлялась со своей задачей. Сейчас только те, кто прибыл вчера, еще продолжали спать, остальные обитатели дома, включая сестер, уже находились во дворе. Процедура приема пищи проходила точно также как и вчера, все по очереди подходили к негритянке, которая раздавала еду, на столе рядом с ней стояло огромное блюдо с горячими, еще дымящимися лепешками, и много простых глиняных чашек. Мужчины, подходя к ней, брали кружку, негритянка наливала кофе и давала лепешку. На этом и был весь завтрак. Старый Билл, оглядевшись по сторонам, и поняв, что еще не все проснулись и пришли завтракать, кряхтя и бранясь себе под нос, направился в сторону сарая. Через некоторое время там послышались глухие удары, стоны и громкая брань. Еще спустя несколько мгновений двери сарая, сплетенные из пальмовых листьев, распахнулись и из него буквально вылетел спящий, и с громким стуком грохнулся на землю. Следом за ним вылетела еще парочка. А затем, группами по двое-трое, они начали быстро выбегать из сарая. Все находившиеся во дворе начали смеяться во все горло. Один едва не расшибся о двери, которым в это утро и так уже пришлось несладко. Последним вышел старый Билл, чье появление было встречено громовым аплодисментами хохотом, и залихватским свистом. -Немедленно встали, свиньи! - громко проорал он на весь двор. - Вы что, думали, что приехали сюда как следует отдохнуть и насладиться местными красотами? Давайте, живее пошевеливайтесь, быстро все умываться, сжевали лепешку, выпили кофе, и мистер Крамор познакомит вас самой главной местной достопримечательностью. - Эта фраза была встречена новым приступом громового хохота. -Да уж, - подхватил кто-то за столом, - эта достопримечательность, несомненно, вам понравится! Ее вы будете любить и ненавидеть почти так же сильно, как ту девчонку, что первой наставила вам рога! - Смех усилился. Неожиданно громкий резкий звук выстрела прекратил всеобщее веселье. Все резко пригнулись и начали озираться по сторонам. В стороне стоял высокий темноволосый человек, в его руках было охотничье ружье, над дулом которого все еще вился легкий дымок, оставленный только что прозвучавшим выстрелом. -Не припоминаю, чтобы дон Сантьяго говорил мне о том, что эти люди были привезены сюда для того, чтобы веселится. Но раз уж так весело может быть, продолжим? - угрюмо усмехнулся он, и вскинул ружье к плечу. Все тут же инстинктивно пригнулись, кое-кто даже свалился на землю. -Мистер Крамор, ну что вы, в самом деле! Что плохого в том, чтобы немного посмеяться? – вмешалась появившаяся из ниоткуда Серена, - От дона Сантьяго не убудет. Все равно солнце еще только что встало над горизонтом, и тростник еще сырой для того, чтобы его рубить. В любом случае, нужно будет подождать хотя бы час, а уж потом приниматься за уборку. -Мисс, - демонстративно растягивая слова, сказал мужчина, - а вашего мнения никто не спрашивает, я не нуждаюсь в ваших указаниях. - Да-да, разумеется, не нуждаетесь в указаниях! Если дон Сантьяго получит ром, от которого будет вонять плесенью, я думаю что, он нас с вами по голове не погладит. Вы можете даже не сомневаться в том, что я расскажу ему, почему он получил такой скверный напиток. Как вы думаете, что будет дальше? Думаете, он позволит вам находиться здесь, на острове? - ехидно ухмыльнулась Серена. -Мисс, я советую вам придержать язык, а то, как бы вам его случайно не потерять! – оскалился Крамор. -О, вы можете мне угрожать столько, сколько хотите. Да только у вас руки коротки, чтобы меня достать. Думаю, что дону Сантьяго будет гораздо выгоднее оставить живых меня, нежели вас. Я могу варить ром, знаю как нужно выращивать хороший тростник, как сделать из него сахар, а вы умеете только убивать. -Вы даже не представляете себе, насколько хорошо я умею убивать. Очень надеюсь, что вам когда-нибудь представится возможность оценить это мое умение. -Имейте ввиду, что таких, как вы у дона Сантьяго не одна сотня, а нас только четверо. Я, моя сестра, отец и моя мать. Если вас не станет, то ваш главарь легко заметит потерю. Если кто-нибудь из моей семьи исчезнет, то думаю, что он будет очень даже зол. Поэтому сейчас вы уберете свое ружье, и дадите моим работникам как следует подкрепиться, поскольку их ждет тяжелый рабочий день и им потребуются силы! - Крамор смерил ее пристальным разъяренным взглядом, однако предпочел послушаться, и закинул свое ружье обратно на плечо. Арестанты, поняв, что опасность миновала, как ни в чем не бывало, продолжили свой завтрак. Новоприбывшие еще некоторое время опасливо озирались по сторонам, но, решив, что терять нечего, также присоединились к своим товарищам по несчастью. Старая негритянка, накормив всех, подняла свое пустое блюдо и, плавно покачивая полными бедрами, направилась в сторону господского дома. Колокол на ратуше снова проб